Услышать тебя...

Козлов Вильям Федорович

— Ты что, хочешь меня в гроб вогнать? Какая еще жена?!

— Законная, мама, какая же еще? — Сергей взгля­нул на Лилю. В сумраке блестели ее глаза, и непонятно было, улыбается она или собирается заплакать.

— Мы в лужу упали, — негромко произнесла Лиля. — Я и Сережа.

— Уходи! — повысила голос мать, растерянно глядя на сына. — Уходи, чтоб и глаза мои тебя не видели... И на порог не пущу!.. Жених беспорточный! Подумал, куда ты ее привел? Тут и так негде повернуться... Со­баку навязал на мою шею, теперь...

— Что это на тебя нашло? — вспыхнул и Сергей.

Лиля круто повернулась и быстро зашагала к калит­ке. Юбка ее звучно

шлепала по ногам. Одна туфля сле­тела. Она нагнулась, сняла и вторую и, взяв их в руки, побежала босиком по тротуару.

— Ну вот, добилась своего... — процедил Сергей сквозь стиснутые зубы и бросился вслед за Лилей. От удара калиткой стоявший у забора мотоцикл завалился на клумбу с георгинами.

Дружок, ничего не понимая, то смотрел на присло­нившуюся к косяку мать, то на две удаляющиеся в дождь фигуры. Жалобно гавкнув, он бросился вслед за ними. А мать, кусая губы, смотрела на дорогу и ничего не ви­дела. «Зачем я так? — думала она. — Какие у него были глаза!.. Зачем я так сказала! Надо вернуть их, по­звать... Мокрые, неприкаянные... Куда они пошли?!.» Она выбежала за калитку, но никого не увидела. Пустын­ная блестящая от дождя улица. И мокрые фонари. Свер­кающая завеса ливня опустилась у самой калитки и от­городила ее от суетливого и беспокойного мира...

Вокруг все сверкало, искрилось. Светящимися пунк­тирами убегали в темноту мокрые провода, во всю ширь ночной улицы блестел асфальт. Капало с крыш, с деревь­ев. Капли долго и мелодично звенели, прыгая с листа на лист.

Они молча брели по пустынной улице. За сквером ма­тово светились высокие круглые колонны театра. Хлопа­ли тяжелые двери, слышались голоса, смех. Только что закончился спектакль, и зрители выходили на улицу.

— Она очень вспыльчивая, но вообще-то добрая,— сказал Сергей.

Лиля успела забежать в гостиницу и переодеться во все сухое. Однако настроение у нее не стало лучше.

— Даже не пригласила нас в комнату... — Она с кис­лой улыбкой взглянула на мокрого взъерошенного пария, который сегодня стал ее мужем.

— Где же мы проведем, милый, свою первую брач­ную ночь?

— Действительно, проблема, — усмехнулся Сергей.

— Я ей не понравилась?

— Не в этом дело... Она тебя толком и не разгля­дела. Этот чертенок Генка ее чем-то разозлил, а тут мы некстати подвернулись!

— Начало, прямо надо сказать, неудачное... — вздохнула Лиля. — Мы что, всю ночь будем бродить по го­роду?

— Может, в гостиницу?

— Меня выписали, — сказала Лиля.

— Снимем люкс, — загорелся Сергей.— Теперь мы муж и жена... Вот вытянется физиономия у администра­торши! По-моему, она старая дева.. .

— Гостиница переполнена, — сказала Лиля. — Ка­кой-то слет...

— Передовиков промышленности,— уныло подтвер­дил Сергей. — Я утром снимок сделал.

Когда они поравнялись с маленьким сквером, при­жавшимся к высокому красному зданию Дворца пионе­ров, Сергей остановился под кленом и обнял Лилю. Ко­стюм его измялся, черные волосы прядями прилипли ко лбу. Он нагнулся и поцеловал ее. Лиля тоже обнимала его, гладила мокрые волосы. Когда послышались чьи-то шаги, она отстранилась:

— Увидят…

— Имею я право целовать свою собственную жену?!

— Имеешь! — рассмеялась она. — Но не обязательно это делать на глазах у прохожих.. .

Выйдя на площадь, они спустились к реке. На косо­горе вдоль берега примолкли клены и липы. Капли сры­вались с ветвей и клевали забытую на скамейке газету. Вспучившаяся Дятлинка, ворча и пенясь, шлепала

в бе­рега. Над водой низко неслись темные облака.

— Я устала, — сказала Лиля. — И куда мы идем?

— Не все ли равно? — ответил Сергей и неожиданно поднял ее на руки и понес к скамейке. По пути споткнул­ся о камень, и Лиля еще сильнее прижалась к нему. Сер­гей осторожно опустил ее на землю, смахнул ладонью дождевые капли со скамьи, улыбнулся:

— Нам повезло… Кажется, ночь будет теплой... Первая брачная ночь в городском парке... Сколько ро­мантики! В старости это будет самое приятное воспоми­нание…

— Ты это серьезно?— Лиля села рядом на скамью и поежилась. — Как бездомные бродяги… Какая же тут романтика?

— А по-моему, это здорово — все начинать с пустого места, . .

— С садовой скамейки... — сказала Лиля.

С клена сорвалась крупная капля и звонко щелкнула по ее воротнику, вторая угодила в голову. Лиля подняла воротник плаща и уткнулась лицом Сергею в плечо. Нет, она не плакала. И даже сейчас, когда они, действительно как бездомные бродяги, сидели одни в ночном парке, она не жалела, что вышла замуж. Во время поездки в Усть-

Долыссы и потом в библиотеке, когда он так быстро и хорошо написал зарисовку в газету вместо нее, Лиля по­няла, что Сергей Волков — перспективный парень… С ним можно начинать, как он говорит, с пустого места. Этот парень добьется в жизни всего, чего захочет. Не чета глупому и самоуверенному Роберту, привыкшему жить за счет родителей. .. И пусть Сергей из простой многодетной семьи, но он воспитан, не хам и очень мно­гое знает, а в том, что из него получится первоклассный журналист, Лиля не сомневалась. А для талантливого газетчика двери открыты в центральные газеты,

журна­лы. .. Конечно, со временем они уедут из этого городиш­ки. Со своей стороны Лиля приложит все силы, чтобы по­мочь мужу выбиться в люди... Пусть из нее не получи­лось журналистки — это она очень ясно поняла, — она постарается быть хорошей женой. Кто знает, если у Сер­гея талант, может быть, его пошлют собкором централь­ной газеты за границу... Быть женой талантливого жур­налиста— это гораздо лучше, чем быть просто посред­ственной журналисткой... А Сергея можно взять в руки и направлять его бьющую через край энергию в нужное русло... В нем есть что-то первобытное, дикое, волную­щее женщину. .. И с ним спокойно. Пусть дождь, нет пристанища, все равно с ним хорошо. И не надо ни о чем думать — он ее муж, пусть сам думает... Муж, глава семьи... Получится ли у них семья? А почему бы и нет? Вот с Робертом бы не получилось. .. Кстати, она почти Не думает о нем. Так, изредка всплывет в сознании его наглое, улыбающееся лицо... С Робертом она не раз заговаривала о замужестве — какое счастье, что этого не случилось! — он отделывался шуточками, а Сергей сразу все воспринял серьезно. Это потому, что он любит ее! Это Лиля знала наверняка. Его бурное, сильное чувство захватило и ее. Сергей ей сразу понравился. Еще там, на автобусной остановке, она обратила на него внимание. Любит ли она его? .. Наверное, да. Конечно, не так силь­но, как он ее, но, когда нет рядом Сергея, она скучает. Возможно, еще и потому, что Лиля три года мучилась с Робертом, встреча с Сергеем как бы разбудила ее, вско­лыхнула, заставила посмотреть на себя совсем другими глазами. Впервые Лиля почувствовала себя настоящей женщиной, человеком, который необходим другому чело­веку как воздух. А Роберт? Помыкая ею, издеваясь, он Медленно убивал в ней все хорошее, доброе, оставляя