Устранение
Шрифт:
— Что произойдёт, если ты не сделаешь то, что поклялся сделать?
— Я тоже умру, — говорит он, и это простое заявление вызывает во мне страх, но я позволяю тёплой воде и рукам Романа смыть мой страх. Я встречаюсь с ним взглядом, прижимаясь к нему всем телом.
— Можешь рассказать мне о своём обещании?
Он качает головой.
— Я не хочу скрывать это от тебя, но условия не могут быть озвучены вслух никому, кроме того, с кем я заключил связь. Условия могут быть только выполнены.
Я делаю глубокий вдох, принимая его ответ
Когда мы возвращаемся в постель и он обнимает меня, моё сердце сжимается. На короткое время, уединившись здесь, в джунглях, с Романом, я обрела истинный покой.
Если бы только я могла переживать этот момент вечно, отодвигая тьму, которая ждёт меня впереди.
Я погружаюсь в сон без сновидений, такой глубокий, что голос, призывающий меня проснуться, отзывается мягким эхом в моем сознании, лёгким толчком. Пока это не так, быстро превращаясь в суровую команду.
— Нова, проснись!
Глава 29
Я резко выпрямляюсь, потревожив Романа, который обнимал меня.
Его глаза распахиваются, когда я приподнимаюсь.
— Нова, что такое?
Я качаю головой, внимательно прислушиваясь.
— Что-то не так. Но я не знаю…
— Хорошо. Ты проснулась.
На моей левой ладони вспыхивают искры, и знак связи Жнеца поблескивает в лучах раннего утреннего солнца.
— Жнец?
Её рычащая речь в моём сознании — это и приятное вторжение, и повод для беспокойства.
— Иди скорее, Нова. Следуй за своими волками. Мои щенки приведут тебя ко мне.
Её голос обрывается, и все, что я могу выдавить, это:
— Мне нужно идти.
Роман не задаёт вопросов, быстро набрасывает руну, чтобы выдать мне одежду — джинсы, чёрную майку и ботинки, — и сам одевается, выбирая джинсы и простую чёрную футболку.
— Я иду с тобой.
Я останавливаюсь, спеша в ванную.
— Ты сказал, что вы с Жнецом не вторгаетесь на территорию друг друга. Я не уверена, где она хочет встретиться со мной. Ты воспримешь её присутствие как угрозу?
— Она заслуживает встречи со своими щенками, — говорит Роман. — Я не буду мешать.
Что бы Жнец ни хотела мне сказать или показать, Роману тоже нужно об этом знать. Помня об этом, я киваю ему.
Мгновение спустя он обнимает меня своими крыльями и уносит обратно в хижину. Почти каждое утро я нахожу своих волков греющимися вместе с Ингрид у камина.
Этим утром они собрались возле двери, маленькая летучая мышь прильнула к спине Темпл, их головы выжидательно повернуты в мою сторону. Энергия моих волков остра и язвительна, все четверо встревожены и напряжены, их тявканье призывает меня поторопиться.
К тому времени, как я подхожу к ним, Эйс уже рычит, и его рычание настолько резкое, что я подозреваю, что он разбил бы окно, чтобы выбраться, если бы я не появилась. Быстро подхватив Ингрид на руки, я ставлю её на стол с миской ягод, чтобы она могла поесть. Здесь она будет в безопасности,
Как только я открываю дверь, Эйс издаёт вой, и все четверо моих волков убегают вместе. Я бросаюсь за ними, чувствуя, что Роман следует за мной, хотя он и остается на небольшом расстоянии.
Мы покидаем территорию, расположенную непосредственно вокруг дома Романа, знакомую территорию, которая для меня как дом родной, и мчимся по узкой дорожке сквозь густую зелень. Несколько раз мне приходилось перепрыгивать через густые заросли лоз или проскальзывать под низко лежащими ветвями, но с моими волками, идущими впереди, не так уж трудно предвидеть препятствия впереди.
Звук тихо журчащей воды доносится до меня за несколько секунд до того, как мы прорываемся сквозь заросли деревьев и останавливаемся на берегу низинного ручья. Широкий берег по обе стороны ручья покрыт рубиново-красным песком, который плавно спускается к воде, создавая яркий контраст с изумрудным окружением.
Мои волки останавливаются впереди меня, прямо у кромки воды, их ониксовый мех резко выделяется на фоне песка. Когда я подхожу ближе, поверхность под моими ботинками становится мягкой, оставаясь в тени раскидистых ветвей, которые тянутся поперёк водного пути. Роман едва переступает границу деревьев позади нас, только кончики его ботинок касаются песка.
Мои волки не обращают внимания на прозрачную воду, текущую у их ног, их внимание сосредоточено на другом берегу.
Пока мы ждём, моё дыхание успокаивается, но не без усилий.
Теперь, когда я побывала за пределами дома Романа, незнакомая энергетика всех существ, обитающих в Дебрях, стала более отчётливой. В моём демоническом видении некоторые из них медлительны и коварны, в то время как другие смелы и могущественны, и от этого клубка энергии у меня мурашки бегут по спине.
Ничто из этого не сравнится с той огромной энергией, которую излучает Жнец — той самой энергией, которую я почувствовала, когда меня забросили в Запретные Земли.
Отметина на моей ладони покалывает, когда Жнец выходит из тени на другом берегу ручья. При свете дня она кажется ещё больше, чем я помню, а я помню, что она была огромной. След от когтя на её глазу поблескивает, а её темный мех развевается на ветру, когда она останавливается у кромки воды напротив нас.
При её появлении мои демоны-волки испустили дружный вой, по их спинам пробежали мурашки, их энергия так резко разнеслась в воздухе, что я не могу сказать, чувствуют ли они волнение, возбуждённую натуру, грусть или радость. Возможно, все эти эмоции вместе взятые.
Голос Жнеца звучит у меня в голове, и он полон эмоций.
— Нова, у меня есть новости, но сначала… Мне нужно побыть наедине со своими щенками.
— Конечно, — шепчу я, отступая на шаг. — Они могут быть моей стаей и семьёй, и я люблю их больше собственной жизни… Но я не могу представить твою боль, когда их у тебя отняли.