Утро Земли

Борисов Алексей Николаевич

Эпилог

Мир был тихим, он спал с начала времён. Небесный огонь омывал его плоть, а жгучий эфир превращал землю в красную окись. Странники-метеоры наносили удары по тверди, оставляли глубокие рубцы. Испарялись безжизненные моря. В зыбком,

тонком воздушном своде над миром рождались и умирали тонкие нити облаков.

Когда холодную тишину нарушили выхлопы двигателей, мир беспристрастно принял гостей. Люди прибыли надолго, возможно, навсегда. Им не хватало тепла и воздуха, но они боролись, цеплялись за жизнь и строили подземные города. Катакомбы не были похожи на города потерянной Земли, города из прошлого остались в памяти.

Под керамическими куполами, собранными из шестигранных плит, вглубь планеты уходили многоэтажные комплексы. В просторных залах под лампами дневного света зеленели деревья – они проросли из семян, привезенных с Земли.

Но лазурные своды пещер – это иллюзия, они, не могли заменить родного синего неба.

Поколения сменяли друг друга, и память о Земле таяла, как и надежда на то, что когда-нибудь люди сумеют вернуться домой.

Но в самом начале эпохи переселения не было роскошных подземных галерей. Люди часто вспоминали покинутый дом и подолгу смотрели в холодное небо четвертой планеты от Солнца.

Среди них был человек, один из тысяч. Он многое познал: жизнь и смерть, ненависть и любовь. О нём сохранились отрывочные воспоминания.

Говорят, ему принадлежат эти строчки: Не

осталось и слёз Только спокойное знание Этот мир и без нас проживёт Может, мы рождены на заклание, И начертан нам низкий полёт. Я не верю И в этом неверии Стержень вижу и силу опоры Где ты моё, смятение? Покажись перед гневным взором. Замолчи. Слова твои сказаны. Их несёт над песком ураган. Не судьбою судьба нам навязана Чем-то странным, неведомым нам. Я не знаю. И ведать сумею ли? Может, тысячи лет промелькнут. Наша воля развеется временем А следы под песком пропадут. Но однажды. Откроются знаки, Расшифруют небесные тайны, Капли истины станут морями И тогда мы, быть может, узнаем. Кто мы есть и кем станем.

В памяти потомков автор остался под именем Станислав Ушаков (Корнеев).

2004-2009 гг