Шрифт:
Глава 1
Песня в наушниках отгораживала от меня целый мир. Помогала ей тёплая барашковая толстовка по середину бедра, с плотным капюшоном и секретом в виде высокого воротника по самые глаза. За всем перечисленным спрятаться было хоть и сложно, но если подключить воображение, то можно и не замечать взгляды презрения с усмешками, либо сожаление.
Хорошо, что сегодня должна быть тренировка, потому как я приехала в это воскресенье, а не завтра, когда в школе будет в десять раз больше человек, чем сейчас. Может всё было не так погано? Ведь мне благоволило мироздание – Грегори написал об отмене тренировки
– Скрывака! – обнаружила меня Фрея, – я тебя вижу, давай к нам! – за привычным столиком посреди пустой столовой, – Маколяндия! Ты раскрыта. Расчехляйся и шуруй сюда, у меня для тебя есть пара слов!
Я подтянула воротник до самых глаз, нажала на кнопку какао и сделала вид, что меня здесь нет и никогда не было.
– Макушкоста-ан! – не сдавалась подруга, – мы все ждём тебя. Так что имей совесть и иди обсуждать твою трагедию. Давай!
Я сунула в горячий бумажный стаканчик трубочку, продела её в специальную дырочку в кофте и отпила немного тёплой радости. А после да – повернулась к действительно «всем» – за столиком на меня моргали Грегори, сама Фрея, капитан, Эрни и Тинго. Каждый из них сочувствующе сканировал взглядом мой вид ниндзя-обыкновенного и попытался улыбнуться. Один только крокодил поджимал губы и хмурил свои серые глаза. Он с самого позавчера пытался через Грега пробиться сквозь мою блокировку его страницы. Единственное чего эти двое смогли добиться – это я заблочила и второго бессовестного добавлятеля страданий.
– Мы думали, что ты приедешь только завтра, – улыбнулся Эрни.
Я села рядом с ним.
– Сегодня тренировка, – снисходительно оглядел его Оз.
– Я написал, что она отменяется, – Грегори, – Мако, ты меня теперь навсегда заблокировала?
– Ты написал за час до времени, дурень, – хмыкнула Фрея, – а ей ехать полтора из дома.
– Прости меня пожа… – Тинго на её ругательство.
– Ой, заткнись! – рыкнула она, – не извиню, понял! Макака, объясни этому тугоумному, что бросать меня перед балом, а после таскаться как ни в чём не бывало – это чисто общемировой грех!
Я промолчала. Только тянула какао через трубочку, смотря на стол перед собой.
– У меня не получилось закончить быстрее, чем за отвёденное балом время, – сверлил меня прямым взглядом Оз, – поэтому я прошу у тебя прощения. Ты сейчас занята? – он говорил мягко.
Позавчера меня о таком никто не спрашивал. Там больше что-то утвердительное доносилось.
– Я… – скис Грегори, – Оз, прочитай последнее сообщение, которое она мне отправила перед блокировкой, – он нахмурил светлые брови и подал другу телефон, – я как-то постеснялся тебе его переотправлять.
Капитанское лицо разглаживалось всё сильнее в процессе прочтения.
– Какая жалость, – хмыкнул
Я промолчала.
– Мы планировали устроить тебе приятный сюрприз на завтра, – раскрыла себя Фрея, – вроде как тебе явно будет нелегко следующие пару недель, пока про Реджа будут трубить из каждого динамика, так что… сюрприза уже не получится, – она стала кислой, – может просто сходим все выпьем и… вот я так и подумала, что ты откажешься. Поэтому должен был быть сюрприз.
– Против которого она будет, Самерфил? – снисходительно оглядел ее Оз, – ты целенаправленно не видишь препятствий?
Хотелось сказать ему какой он прозорливый стал. Как-нибудь поязвительнее. Но я пила какао.
– Ты собрала нас чтобы сделать ей хуже? – Эрни говорил даже мягче крокодила, – Фрея, так нельзя.
Девушка закатила глаза.
– Разойдитесь ворчанием как Мелания и добейте меня тоже! – закатила глаза Фрея, – я, между прочим, тоже пострадавшая от этого интервью!
– Признайся, что собрание было в твою честь, – устало вздохнул капитан, – и тренировку ты слёзно просила отменить по не причине помощи Фиджез.
Так и не перестал звать меня по фамилии. На что я надеялась?
– Какая разница, если ты повёлся? – хрюкнула Фрея, – у нас тут вообще кристально охрененная компания, – она оглядела всех и начала тыкать пальцем, – вы с Эрнестом хотите немножко пообитать у неё под юбкой, Тинго таскается за мной, Грегори делает вид, что он её друг, хотя ему плевать, Мелания вообще слилась, и только я думаю о том, как ей сейчас помочь!
– Самерфил, у тебя в голове обитаюсь только заведомо грязные мысли? – Оз.
– Вперемешку с себялюбивыми, – они с Эрни впервые сошлись на одном мнении, – это некрасиво, Фрея.
Подруга расхохоталась.
– Спасибо, что собрались, – выдавила я, – но мне ничего не нужно. Я в порядке.
– Угу, по тебе видно, – резко нахмурилась подруга, – дай угадаю, у тебя ещё и похмелье. Сколько из запасов твоего отца вы с твоей мамой успели выпить вчера?
Я помотала головой и отставила стакан подальше от себя, чтобы продолжить нервно грызть трубочку.
– Нисколько, – пробормотала для неё.
Мел вчера приезжала с самого утра. Мы немного посидели у её жениха, поели торт, а после она увезла меня домой. Мама предлагала напиться уже нам двоим.
– Может тогда всё и в правду не так плохо? – воспряла Фрея.
– Все наши уже нашли журнал с твоей мамой, – по-соголдски широко улыбался Тинго, – твоих фото почему-то нигде нет.
Эрни цокнул.
– Вейнс, тебя сразу язык отрезать или ты дождешься, пока я совсем разозлюсь и отрежу тебя яй… – капитан, на соголдском и подавшись вперёд к откровенно устрашившимуся Тинго.
– А ты говорила, что не высшая соголдка, – осуждающе смотрел на меня Эрни, – хотя, я теперь понял почему ты скрывала свою фамилию.
Я даже воротник расстегнула от подобного.
– Я ничего не скрывала, – хмурое от меня, – я Фиджез, ты это знал.
Эрн качнул головой.
– В Костне – да. У вас здесь патриархальное наследование фамилии отца в ста процентах случаев. В Соголде у высшей аристократии правила другие. Ты Аямако Тааффеит. А мама – та самая скандальная дочь магистра Лернта и Оками Тааффеит.