Ужас
Шрифт:
Дверь захлопнулась за ней с тяжелым стуком, вернув ее к мрачной реальности. Не совсем. Вэл не слишком удивилась, обнаружив, что дверь заперта. «Думаю, это дорога в один конец».
Слева от нее находился бассейн. Он был освещен, и она могла видеть тонкие завитки пара, поднимающиеся от похожей на драгоценный камень поверхности. Справа располагался небольшой пруд, окруженный экзотическими растениями, как цветущими, так и нецветущими. Двор огораживал забор, скрывая его от взгляда с улицы. Прямо перед собой она увидела оранжерею. Стекла тускло мерцали, отражая облака над головой.
«Мне
И... что? Подвергнуть его тоже опасности? Было ясно, что Гэвин не испытывал никаких угрызений совести, сталкивая их друг с другом.
На двери оранжереи висел еще один лист. Там было написано: «ключ под цветочным горшком».
Она взяла ключ и открыла дверь. Первое, что Вэл почувствовала, был жар. Горячая, гнетущая жара, резко контрастирующая с холодом снаружи. И было влажно. Влага пропитала ее кожу, волосы, одежду. Вэл откинула волосы с лица; они уже начали завиваться.
Два папоротника стояли по обе стороны от двери, и один из скелетообразных листьев задел ногу, вызвав у Вэл крик. Он ярко отразился от стекла, пронизывая ее до мозга костей. За этими растениями уже давно никто не ухаживал. Она взглянула на часы. Осталось семь минут.
Вэл сделала еще несколько шагов вперед. Ее нога наткнулась на что-то мягкое и податливое. Она посмотрела вниз. Джеймс.
Это был Джеймс.
И он был мертв. Она опустилась на колени, протянула руку, чтобы пощупать его пульс, уже зная, каков будет результат. Его кожа была такой жесткой, такой холодной. Такой бледной.
И мокрой.
Вокруг его горла зияла глубокая рана, похожая на кричащий рот. Вскрикнув, она отчаянно вытерла руку о джинсы. Кровь застыла и прилипла к ее пальцам. Она чувствовала густой, приторный запах старых пенни. Задыхаясь, она попятилась от его тела, стараясь не вдыхать этот запах. Он прилипал к горлу, как тонкая пленка.
— О боже, — задыхаясь, произнесла она, — Джеймс. О, нет. Пожалуйста, боже, нет.
В животе образовалось холодное пространство, как будто что-то жизненно важное внутри нее умерло вместе с ним. Она покачала головой. Как он мог так замерзнуть, когда два часа назад был теплым и дышал?
— Что он с тобой сделал?
Но она знала ответ и на этот вопрос. Гэвин перерезал ему горло, как какому-то животному в амбаре, и теперь она никогда больше не увидит, как загораются его глаза. С убийством Джеймса была пересечена черта. Раньше Гэвин был просто опасен. Теперь он стал убийцей.
Слезы наполнили ее глаза, потекли по щекам.
— Мне так жаль. Мне так, так жаль, прости меня...
— Это все твоя вина. Почему он должен тебя прощать?
Вэл резко обернулась и увидела, что Чарли, прислонившись к двери, наблюдает за ней. На ее лице появилась странная полуулыбка, и Вэл почувствовала, как ее желудок сжался от того, что кто-то может быть так жестоко равнодушен перед лицом смерти.
— Заткнись! — Вэл всхлипнула. — Ты понятия не имеешь, что ты...
Она замерла, внезапно у нее пересохло во рту, когда Чарли подняла кочергу. Черт возьми.
— Совершенно верно. Подойди еще ближе, и ты воссоединишься со своим
— Что ты собираешься с этим делать?
Брюнетка потрясла самодельным оружием в направлении Вэл, заставив ту настороженно отступить назад.
— А ты как думаешь? Конечно, ты не настолько глупа.
Вэл врезалась прямо в один из металлических столов, на котором стоял поднос с растениями в горшках. Она обошла его, пытаясь создать любой барьер между собой и Чарли, какой только могла.
— Меня нет в твоей записке.
— Я в курсе. У меня твоя стервозная подруга. — Она улыбнулась и неторопливо шагнула вперед. — И я собираюсь позаботиться о ней, как только закончу с тобой.
Вэл сделала еще один шаг назад, подпрыгнув, когда один из горшков разбился о землю с грохотом, который эхом разнесся по теплице.
— Ты не можешь этого сделать, — дрожащим голосом произнесла она, — ГМ сказал...
Чарли взвизгнула, размахивая кочергой по дикой дуге, отчего несколько растений упали на пол.
— Не смей говорить со мной о нем, дрянь. Даже не произноси его имени. Верно, — добавила она, усмехнувшись в лицо потрясенной Вэл, — я видела, как ты его целовала. Если бы ты не обманывала его, он никогда бы не убил Джеймса. Так что, как видишь, это все. Твоя. Вина.
— Он сказал мне, что не будет, — хрипло произнесла Вэл. Ей слишком поздно пришло в голову, что она должна все отрицать. Чарли зарычала и снова набросилась на нее. Вэл пришлось упасть на колени.
— Он сказал мне, что не будет, — усмехнулась Чарли, — О, Вэл. Ты такая прелесть. Я думала, что это просто притворство, но ты действительно сладкая, как гребаный пирог? Я пыталась выждать время. Но нет, ГМ решил, что собирается пройти через свой глупый миттельшпиль. Я ничья пешка, не его — и не твоя. Единственная причина, по которой он сделал тебя королевой, — это его желание трахнуть тебя. Но, конечно, эта идея, скорее всего, даже не приходила тебе в голову? Нет, ты не думала. Не милая маленькая Вэл. Все это просто один сплошной чертов детский сад с тобой.
Вэл зажала рот ладонями. Запах земли заполнил ее ноздри. От этого ее затошнило. Она сосредоточилась на том, чтобы ползти, пригибаясь, избегая осколков разбитой терракотовой керамики. «Я должна выбраться отсюда. Я должна предупредить Лизу».
— Но он совершил ошибку. Он думал, что сможет избавиться от меня... что я просто приму это и буду хорошей маленькой пешкой. И именно поэтому я собираюсь убить тебя, — свирепо закончила Чарли, — Потому что я не собираюсь ей быть. Когда ты исчезнешь из поля зрения, он увидит меня и поймет, что мы идеально подходим друг другу.
Вэл едва слышала слова Чарли. Ее сердце колотилось слишком громко.
— Мой дед был охотником — ты знала об этом? Он выслеживал испуганных зверьков в лесу, в джунглях, в тундре — это именно то, кем ты и являешься, не так ли? Испуганное маленькое животное. Нет смысла прятаться, Вэл... Я найду тебя. И когда это сделаю, я собираюсь...
Внезапно стол перевернулся. Вэл инстинктивно подняла руки, чтобы прикрыть лицо, когда керамические горшки разбились, а дерево раскололось вокруг них.