Узоры на воде
Шрифт:
Сомнений нет: время стирает лица,
В альбомах оставляя след.
Время на полках памяти хранится,
Забвеньем летописных лет.
Вот только видятся мне снами,
Снега и холода ночей.
И силуэт между мирами,
И не найти его родней.
Сны эти сердцу дорогие,
Но на разгадку не точны.
Тень… силуэт… века седые,
И песни тихие слышны.
Сомнений нет: время стирает лица,
Но когда снег с небес и время врёт,
Моей душе-скиталице не спится,
Она
Слово тихим откровеньем
Слово, словно ручеёк живой,
Пробивается сквозь скалы.
Словно силой рвётся в бой,
Открывая дверь порталов.
Окрыляется душой,
Будоражит сон стихами.
Разбивается волной
И уходит вдаль морями.
Слово в мир любовь вдохнёт,
Мрак взорвёт рожденьем!
Слово к сердцу путь найдёт,
И пробьётся откровеньем.
Тот, кому поверил Бог однажды
Эти раскосые глаза с чертинкой,
Его назвали Гением, безумцем нарекли!
Он был, как розовый фламинго,
И был он крестником Земли!
Как ветер был душой свободный!
Картинами он покорил весь мир!
Его зовут героем всенародным,
Он пил из чаши мудрых эликсир.
Но что ему, Крылатому, до славы!
Пускай века хранят всё то, что он творил.
Пусть говорят шедевры: «Мастер, браво!
Картинами, ты время победил!»
Магия картин
Окиян титан сияет светом,
Небо дарит магию чудес.
И художник с красками, в берете,
В мире сказочных существ,
С откровением, присущим детям,
Пишет сказку! Ночь горит!
И быть может, это гений некий,
С небом ночью говорит!
За героем – в полумраке,
Он спешит за ним тайком!
Чтоб гуашью по бумаге,
Новый Мир ожил пером.
Красота творений вечна
Красота творений вечна,
Даже в ворохе углей!
Время – друг её, сердечный,
Сохранит всю славу дней.
Тленно всё! Года, столетья…
Случай пишет ход времён!
Без претензии к наследью,
И на пафос всех имён.
Забвение
Бывает и душа о чём-то просит,
Словно ты чем-то занемог.
И эту боль молитвами уносит,
Туда, где музыка и Бог.
И погружаясь в мир забвенья,
Кто не искал и тот найдёт -
Неизреченное Творенье,
Где в вечном танце Бог живёт.
Деревья без листвы
Деревья без листвы который год,
Отбрасывают тени у обрыва.
И солнца свет их не убьёт,
Другая сила их сломила.
Они как узники в стране,
И только снами видят край родимый.
Коронами сплелись, оставшись в стороне,
От мест, что были так любимы.
Им не хватает майского тепла,
И
Душа мертва, кора цела,
Стоят и ждут кончины.
Привыкаем к мраку дней
Привыкаем к мраку дней,
Страх крушением пугает!
Превращая жизнь в музей,
Но душа у нас живая!
Как бы ни был мир суров,
Можно в дребезги разбиться!
Но поверив правде снов,
Всё же стоит вод напиться.
Всадник
Всадник, сердцем одинокий,
Он идёт тропой людей.
Был ли путь его далёким?
Что скрывают тайны дней?
Притаились рядом тени,
У больной его души.
Ночи прячут страх видений,
Много наш казак грешил.
Среди сотни плачет дева,
На порыв любви пылка.
Со времён паденья Евы,
Жизнь на счастье нелегка.
Сердце любит страсть лихую,
Богу сердце не закрыть!
У реки её босую,
От молвы не смог Бог скрыть.
Алым цветом ночи давят,
Казака звала война.
А там дева! Не представить,
Красотой своей красна.
Жизнь длинна, но есть обеты!
Слово дал! Девица ждёт.
Но не верит! В водах Леты,
Бездыханная плывёт.
Бог спасёт… Прошли невзгоды,
Ночи мёдом не влекут.
Казака ведёт свобода,
К берегам родным. А тут -
Казака уж поджидали,
Месть сказала заплатить!
Сталь кинжала долг списала,
Только злости не судить!
Знала горе эта речка,
Мать, бедой, сошла с ума.
Догорели в церквях свечки.
Скрыла тайну девы тьма.
И казак меж двух кордонов,
Бродит тенью… век прошёл.
Искупить свой грех ведом он,
Чтобы дух покой нашёл.
Колыбельная любви
Ночь проснулась. Тишь тоской.
Слышен песней тихий голос.
Сладко-сладко… Чур покой!
Сердце болью раскололось.
Что за голос? Нет нежней!
Только слышим мы уныло -
Грех поёт! Нет песни злей!
О любви душа забыла.
Волен дух! Слепа душа,
Любит страстно, по старинке!
И сердца едва дыша,
Песнь поют, как на поминках.
Знал ли путник
Зелень гор… Река течёт…
Парус мчится вместе с ветром.
Знал ли путник у ворот,
Что путь держит к реке Лета?
Что изгнанником бродить,
Покорителем пучины,
Сердцем больше не любить,
Плыть дорогами чужбины.
Может, богом обречён?
К дому больше не вернётся.
Среди тысячи имён,
Сердце счастьем не забьётся.
Только голос, как ручей,
Запоёт… дева заплачет.
Конец ознакомительного фрагмента.