Узы крови
Шрифт:
Собственно, других развлечений, кроме переписки, у Гермионы не было. Она дни напролет была предоставлена самой себе: лорд Стивенсон пропадал в Министерстве, Талия проводила много времени в ателье, и, зачастую, Гермиона видела их раз в день – за ужином. Время от вынужденного одиночества тянулось нестерпимо медленно, иногда даже чудилось, будто оно остановилось, осело тонкой паутиной тишины по углам поместья.
Поэтому Гермиона невольно обрадовалась, когда, спустившись как-то утром к завтраку, обнаружила в холле лорда Стивенсона с дочерью и толпу
– Доброе утро, – улыбнулась Талия. – У нас сегодня небольшой переполох. Мои дочь и мать возвращаются из Парижа.
Ее необычные глаза сияли как-то по-особенному, делая Талию такой домашней, несмотря на весь ее блеск.
Двое домовиков, повизгивая от неудержимого восторга, распахнули массивные дубовые двери особняка, а затем с почтенным видом замерли в длинной шеренге своих собратьев.
Все это выглядело очень церемонно и напоминало сцены из магловских фильмов про аристократию, где слуги точно так же выскакивают на порог, чтобы выразить почтение своим хозяевам. Гермиона чувствовала себя крайне неловко.
– Мне уйти? – робко спросила она.
– Зачем? – удивилась Талия. – Мы ведь должны представить нашу гостью. О, вот и они!
Гермиона увидела черный длинный кадилак, скользящий по мокрой подъездной дороге, будто большой водяной змей, которому не страшен дождь. Такие машины она тоже видела только в магловском кино 40-х годов. Кадиллак остановился, домовой эльф распахнул дверцу, и из кожаного нутра машины выплыла широкополая белоснежная шляпа, украшенная большим бантом и очень напоминающая огромный поднос с тортом.
Затем шляпа покачнулась, из-под широких полей показалось женское лицо, сияющее улыбкой.
– Дорогие мои! – леди Стивенсон развела руки в стороны и устремилась к домочадцам, слегка покачивая бедрами. – Как же я соскучилась! – она расцеловала дочь в щеки, элегантным жестом подала ручку мужу, не прекращая щебетать: – Ах, Париж очарователен в этом сезоне, зря ты не поехала с нами, Тали, очень зря! Мы привезли превосходные образцы тканей, тебе следует взглянуть на них. Но, разумеется, не забыли выполнить все твои поручения, ибо эту неромантичную особу даже Париж не способен растрогать… О! Это, должно быть, мисс Снейп.
Гермиона сглотнула, застигнутая врасплох внезапным вниманием со стороны женщины-урагана.
Повисла пауза. Леди Стивенсон с вежливым любопытством смотрела на нее.
– Угу, – выдавила Гермиона.
– Фу, мисс Снейп, какой моветон, – леди Стивенсон пригрозила ей пальцем. – Отвечайте «Да», и никак иначе!
– Дорогая, – начал лорд Стивенсон, но его прервал насмешливый голос:
– Готовьтесь, мисс Снейп, сейчас вам прочтут лекцию по этикету, а затем водрузят на голову стопку книг для улучшения осанки.
– Стелла! – недовольно воскликнул лорд Стивенсон.
У дверей, окруженная толпой восхищенных эльфов стояла, судя по всему, мисс… вылитая мисс Блэк! Девушка вполне сошла бы за сестру Тонкс или дочку Беллатрисы: черные волосы, белоснежная матовая кожа, тонкое лицо с заостренным
– Напрашиваешься на домашний арест? – сурово осведомился лорд Стивенсон.
– Можно подумать, вы когда-нибудь его с меня снимали, – скучающим тоном произнесла девушка.
– Стелла! – на этот раз одернула ее Талия. – Веди себя прилично, у нас гости, – она указала на Гермиону. – Мисс Гермиона Снейп, но пока что для всех Грейнджер.
– А почему? – оживилась девушка. – Не знала, что у лорда Снейпа есть дочь…
– Потом, – оборвала ее Талия. – Моя дочь Стелла Блэк.
– Внебрачная, – ехидно уточнила Стелла и с невинным видом покосилась на мать. – Чтоб вопросов не было.
О, вопросов у Гермионы было хоть отбавляй! Неужели Блэк не знал о своей дочери точно так же, как Снейп? Но ведь она носит его фамилию, и это при том, что Талия и Сириус не были женаты. А если знал – почему не рассказал Гарри? Была ли знакома сама Стелла со своим отцом? Знают ли они с Талией, что Сириус в самом деле был невиновен? И это еще далеко не полный список.
***
Ателье Талии Стивенсон было тем, что Гермиона про себя называла «волшебным миром внутри волшебного мира». Все-таки разновидностей магии значительно больше, чем принято считать. Все в этом царстве красоты было безукоризненно прекрасным, благоухающим и чарующим. Казалось, будто невесомые приятные на ощупь ткани сотворили какие-нибудь сказочные феи – было сложно представить, чтобы человеческое существо могло превратить в волокна небесное облако или лепесток цветка…
– Доброе утро, мисс Стивенсон, – дружно поздоровались продавщицы: три девушки в строгих мантиях, с собранными в узел волосами и с минимальным макияжем на лицах, такие же безукоризненные, как и все вокруг.
– Доброе утро, – улыбнулась в ответ владелица ателье и бросила через плечо: – Девочки, вам в мастерскую.
После завтрака, во время которого леди Стивенсон без умолку болтала о Париже и своих знакомых, Талия предложила Гермионе отправиться вместе с ней и Стеллой в ателье, чтобы не сидеть взаперти. Разумеется, Гермиона, не задумываясь, согласилась, и теперь, глазея по сторонам, медленно плелась вслед за Стеллой.
Мастерская выглядела совершенно иначе: повсюду стояли манекены в недошитых платьях, на всех столах лежали ткани и наброски будущих шедевров – здесь сквозила рабочая атмосфера.
– Смотри, – Стелла продемонстрировала ослепительно красивое светло-бежевое платье. – Эстель Мальсибер на днях исполняется семнадцать, а ее отец балует своих детишек, – Стелла проказливо ухмыльнулась, и Гермиона не сомневалась, у кого уже видела такую улыбку. – К тому же, лорд Мальсибер тайно влюблен в мою маму, для него это платье – лишний повод заявиться сюда, – она вернула платье на вешалку. – Кстати, а почему ты для всех Грейнджер? Тоже внебрачная?