Узы тьмы

Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru

Переводчики: KattyK, Мел Эванс, Trinity-, Annabelle, Ms-Zosya

Редакторы: Talita, gloomy glory

Принять участие в работе Лиги переводчиков http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=5151

Лондон, 1894 г.

— Пойдемте, миледи, тут небезопасно.

Мисс Ианта Мартин прижала тонкий платочек к носу и оглядела камеру. Стальные прутья разрывали мрак, отбрасывая четкие полосы на каменный пол. Под зарешеченными окнами съежилась тень: проскользнувший внутрь луч солнца высветил тускло-желтые штаны до икр и голые ступни. Большие ступни с четко очерченными пальцами. Ианта уставилась на них, постепенно привыкая к темноте и вспоминая, каково было ощущать своими ногами его обнаженные ноги, тогда, давным-давно.

Пленник медленно поднял голову. Опасные глаза цвета расплавленного золота под резко изогнутыми бровями холодно блеснули из-за завесы каштановых волос. Он мельком глянул вправо, на служителя, который сопровождал Ианту, затем снова вернулся к ней. Словно кот, бьющий хвостом.

«Он не свободен. Он пленен и закован в цепи». Но как она себя ни убеждала, инстинкты ожили, внизу живота зародился жаркий трепет. Давно подчиненная примитивная часть души Ианты чуяла опасность.

— Сколько его продержали в одиночке?

— Мэм… — Служащий укоризненно кашлянул.

Наверняка счел вопрос совершенно неуместным.

Раздраженная его молчанием, Ианта двинулась вперед:

— Черт вас побери, сколько?

— Три месяца в одиночке, мэм.

А до этого еще девять месяцев в компании полуживых отбросов общества. Новая Бетлемская больница, которую большинство называло Бедламом, полностью оправдывала свою репутацию. Дом для сумасшедших преступников, безумцев и дьявольского лорда Ретберна. Журналисты описывали его именно такими словами.

— Ретберн? — Ианта робко шагнула в камеру. — Вы знаете, кто я?

На каменном полу была вырезана пентаграмма. Судя по следам, совсем недавно. Ее появлению явно поспособствовал отец Ианты и его драгоценный Комитет. Хотя Орден Рассветной звезды, к которому она принадлежала, служил королеве и стране, всегда находились суеверные или слишком глупые люди, не понимающие сути колдовства.

— Ретберн? — После секундного колебания Ианта позвала снова: — Люсьен?

Черт побери! Она надеялась найти хоть какой-то признак человека, которого знала, но, присмотревшись, поняла, что все тщетно. Его ярко выраженные скулы стали еще заметнее из-за скудного рациона, а подбородок скрывала почти черная борода.

Ни следа того элегантного мужчины, что растопил сердце семнадцатилетней девчонки… а потом с улыбкой вырвал его из ее груди.

Когда-то Ианта возлегла с Ретберном, не зная его имени. А он потом даже не догадывался о причине ее неприязни. В ту давнюю ночь равноденствия она была в маске, как и все присутствующие. Просто молодая женщина, точнее девушка, жаждущая узнать больше о горячем огоньке своей силы… и неожиданно попавшая в беду.

Теперь, из-за своего недуга и последующего заключения, Ретберн лишился лоска и превратился в поджарого незнакомца с гневными глазами. В средоточие кипящей животной ярости. В зверя, прикованного к бледным известковым стенам. Ошейник с него так и не сняли, будто боялись пленника, несмотря на цепи.

И не зря. Он был опасен.

Ианта опустила платок. Несмотря на все чаяния, в глазах Ретберна она не увидела ни узнавания, ни ясности ума. Последние надежды угасли, горло свело от жгучего разочарования. Проклятье, и что ей теперь делать?

«Для начала вытащить его из этой грязной камеры».

Повернувшись, Ианта пронзила сопровождающего своим лучшим возмущенным взглядом:

— Вы в курсе, что этот мужчина — пэр Англии?

— Его лордство опасен. Совершеннейший псих. Пытался придушить человека цепью. Все твердил, дескать, тени его заберут…

Ианта посмотрела в камеру. Тени не двигались, но это не значит, что они на такое не способны. Еще как способны. Сияющий изумруд на ее шее поймал луч солнца и отразил яркий зеленый свет на голые стены. Ретберн дернулся, будто от боли в глазах. Без сомнения, комната для свиданий, где они находились, отличалась от жуткой ямы, которую тут называли одиночкой.

— Выведете его отсюда немедленно и вымойте. Достаньте новую одежду и обувь.

Ианту нервировали голые ступни узника.

Служитель открыл было рот, но она холодно предупредила:

— Не спорьте, иначе я прослежу, чтобы вас уволили.

А выйдя за дверь, посмотрела на длинный белый коридор и прижала ладонь к виску. Кошмар. Что она скажет Верховному? Тот, кого Дрейк хотел освободить, уже давно исчез, пропал в трясине безумия, вызванного откатом его собственных способностей. Неужели колдовство стоило бастарду Верховного разума?

— Погоди, — прохрипел Ретберн.

Ианта вздрогнула и, затаив дыхание и медленно опустив руку, повернулась.

Он впился в нее блестящими глазами:

— Ты.

И вдруг попытался вырваться из оков. Мышцы мелькнули под лохмотьями рубашки, бицепсы напряглись.

— Леди-тень, я тебя помню, — прошептал Ретберн, дергая цепь снова и снова, пока на грязной коже не выступила кровь.

Даже понимая, что он до нее не дотянется, Ианта испугалась.

— Прекратите, это бесполезно. Вы только причиняете себе вред.

Она заставила себя говорить решительно. Он не воспримет доброжелательное отношение, тем более от нее.

Пленник в ответ лишь оскалился.