Узы
Шрифт:
– Что ты хочешь от меня услышать?!
– Правду, мать твою! Хочу, чтобы ты призналась сама себе!
Вздыхаю и задумываюсь. Начинаю рассуждать вслух, сама того не замечая:
– Он милый, он очень уютный, такой теплый… очень мягкий и…
– Ты говоришь про диванную подушку или про своего парня?
Уставившись на него, пытаюсь сообразить, о чем он. И тут до меня доходит. Он видит это по моим глазам и невесело усмехается.
– Видишь? Послушай, ты жалеешь кошку и режешь хвост по кусочкам. Бо славный парень. Но он не тот, кто тебе нужен.
– Конечно.
– Вы нравитесь друг другу. Но у вас разные характеры. Слишком разные. У вас нет ни одной точки соприкосновения. Он хочет дарить тебе заботу, но тебе это не нужно. Тебе просто жаль его. Чемодан без ручки, вот кто Бо. Тяжело нести, но бросить жалко. Ты переживаешь, что ему будет больно, когда ты пошлешь его. Но подумай – своим поведением, своим отношением, своими психами, срывами, криками и злостью ты делаешь ему лишь больнее. Он переживает это раз за разом, день за днем. А мог бы перестрадать всего один раз из-за расставания. Со временем он найдет себе другую девушку, которой будут по душе его забота и его сюрпризы. А ты найдешь себе парня, покрепче характером и способного тебя услышать.
– Ох, Патрик. Ты даже не представляешь, насколько ты прав. Я просто…
– Ты боишься остаться одна. Я понимаю. Ты не одна, Сэл. Я всегда рядом. Всего двумя этажами ниже. Ты в любой момент можешь прийти ко мне или позвать меня к себе. И мы будем с тобой разговаривать столько, сколько потребуется для того, – он легонько стучит пальцем мне по лбу, – Чтобы в твоей красивой голове уяснилось – ты не одна. Пытаясь доказать себе что-то пустыми отношениями, ты лишь расковыриваешь дыру в своем сердце.
С этими словами Патрик прижимает меня к себе так крепко, что у меня скрипят ребра. Он гладит меня по голове и целует в макушку. Я прижата ухом к его широкой груди и слушаю, как спокойно стучит его сердце. Благодаря этому монотонному звуку в мою душу приходит умиротворение, а в голову – твердое решение. Отстранившись, уверенно заявляю:
– Я сегодня же покончу с этим. Хватит терзать нас обоих.
– И меня.
Я смеюсь и радуюсь звуку своего смеха.
***
Всю смену ерзаю и нервничаю.
– Что, забыла вытащить шило из задницы? – Джон смеется своей шутке, но видит, что я серьезна, – Что-то случилось?
– Мне нужно сегодня разобраться кое с чем неприятным.
– Парень?
Киваю. Джон не в курсе моей личной жизни, да это и ни к чему. Он знает лишь то, что у меня есть парень. В подробности я не вдаюсь, а он и не спрашивает.
– Не переживай. Разберешься.
– Каково это – давать советы, будучи не в курсе?
Он скрипуче посмеивается.
– Отлично. Тебе стоит попробовать. Если сочтешь нужным, расскажешь.
– В этом нет необходимости. Просто давай в перерыв заедем в одно место. Там ты сможешь пообедать, пока я буду разбивать чужое сердце.
Он кивает.
– Нет проблем, – без лишних вопросов, и спасибо ему за это. –
– Кайл проиграл триста баксов с очередной кредитки.
– Триста баксов?? Чертов ублюдок.
– Я дала ей успокоительное, чтобы она могла работать. Но было бы неплохо немного утихомирить Грина.
– Это точно. Может, нам следует скинуться всем вместе и оплатить ей хотя бы часть долгов?
Качаю головой.
– Не думаю, что она это примет. Однажды я попыталась предложить ей помощь. Ее очень это задело, она говорит, что не нищая, что сама со всем разберется. Что никто не обязан решать ее проблемы.
– Ожидаемо. Понятно, что не обязаны. Но мы хотим помочь. С ней не поспоришь, ладно уж. Буду уходить, поговорю с ней, не посмеет мне отказать. Мы отработали вместе десять лет.
– И всегда у них было так хреново?
– Нет, конечно. Стала бы она рожать второго ребенка. У Кайла была хорошая работа, он заботился о Фейт. А потом его фирма закрылась или что-то в этом роде, уже и не помню. И он скатился. Слабак.
– Знаешь, Джон, ведь вместе со мной ты тоже мог бы отработать десять лет.
– Нужно было раньше родиться, деточка.
Шипит рация, и диспетчер сообщает нам о новом вызове.
– За работу. Эх, пенсия моя, пенсия.
***
В обед встречаемся с Бо в кафе. Джон вежливо садится в противоположном от нас углу. Мой пока еще парень очень рад меня видеть, рад, что я пригласила его вместе пообедать, он буквально светится. В горле у меня встает ком. Сейчас мне придется стереть с его лица эту улыбку, сейчас его щеки снова вспыхнут. Он будет возражать мне дрожащим голосом. Думаю о разговоре с Патриком и о том, что нужно было послать смс. Хотя, конечно, с этим человеком такое не прокатит.
– Так что, милая, о чем ты хотела поговорить?
– Бо, я…. Мы… Нам нужно расстаться. – Вот так. Легче, чем казалось.
Лицо Бо претерпевает все те изменения, которых я и ждала. Он начинает заикаться.
– Ч-что? О ч-чем ты г-говоришь?
– О расставании. Между нами все кончено.
– Н-но почему? Почему, Салли?
– Потому что… потому что это честно по отношению к тебе. У меня нет к тебе чувств, мне не нужны отношения с тобой. А ты заслуживаешь взаимности.
– Скажи, что я делаю не так? Я сделаю все, что нужно, чтобы ты была довольна.
– Я буду довольна, когда мы расстанемся. Неужели ты не видишь, что я только злюсь на тебя? Я не хочу обижать тебя и причинять тебе боль. Пойми, Бо. Дело не в тебе. Дело во мне.
– Расскажи мне. Расскажи мне, что с тобой происходит, я помогу тебе.
Во мне начинает закипать раздражение. Разве можно быть таким назойливым?
– То, что происходит со мной, никого не касается, кроме меня. И помочь мне с этим никто не может. Дело в том, что мы с тобой очень разные. Мы не подходим друг другу. И…