В 3
Шрифт:
– Ты лукавишь, мой сладкий. У меня нюх на такие вещи.
– Как? – просипел я.
– Вот станешь мастером в Красноречии и у тебя будут свои маленькие фокусы. Так, значит, ты родственник этого проклятого лиса?
Троуг смотрел на женщину с видом мыши, загнанной котом в угол. С безнадегой и без малейшего шанса соврать.
– Я… Я… племянник.
– Племянник? Так даже лучше… – могу поклястся, но именно в этот момент кузнец что-то придумала. – Мне как раз понадобится помощник для работы с мечом. Ты и подойдешь. Все, давай, деньги, – сказала она
– Неразрушимый, – почти не колеблясь, ответил я.
Аджена кивнула. Забрала пыль, меч и осколок Хварна спрятала в инвентарь и тяжелой поступью пошла в дом. Лишь напоследок оглянулась и поманила Троуга рукой, дескать, не задерживайся.
– А нам что делать? – спросила Рис, как только мы остались одни.
– То же, что делают все люди, попавшие в этот район. Отдыхать.
Мы вышли обратно на улицу и побрели дальше. Справа начиналась высокая стена, огораживающая парк от города. Наткнулись на обменный пункт, который не внушал никакого доверия, однако нас там не обманули. Рис поменяла двадцать долларов на лиры, и мы забурились в какое-то кафе. Знаменитый турецкий кофе на поверку оказался какой-то сублимированной фигней, зато официант был предельно вежлив.
– Вот это жизнь, – потянулся я, потягивая горячий напиток, – утром Стамбул, днем Москва, вечером, скажем, Лос-Анджелес. Кстати, в Америку же Врата есть?
– Есть, конечно, – кивнула Рис, – хотя в Южную проходов больше. Я, правда, дальше Нью-Йорка нигде не была. Не сложилось.
– Путешествия – это навязанная мода, – негромко сказал Лиций, который потягивал воду. Видимо, решил почистить организм после многочисленных возлияний с корлом, – продукт своей эпохи.
Я не стал спорить и пожал плечами. По мне, крутая мода. Всяко лучше шопоголизма. Взял немного долларов и евро, прошел Вратами и пьешь сок на берегу океана. Даже вопроса в деньгах как такового не стояло. Надо было постараться, чтобы будучи Игроком остаться бедным. Вот живым – да, труднее.
– О, смотрите, – неожиданно показала Рис на улицу.
А там действительно творилось что-то странное. Промелькнуло темное пятно, в котором я лишь благодаря Наблюдательности и Зоркости распознал зева со всадником. Потом промчалось еще несколько «лошадок». А уже за ними, рыча мотоциклами, пронеслась кавалькада преследователей. Около двух десятков. Лица не разглядеть, почти все закрылись или шейными платками, или надели шлемы. Но судя по всему, настроены ребята были решительно. Стали бы они иначе брать с собой оружие?
– Это что такое? – повернулся я к друзьям.
– Я обычно с-с-стараюсь не паниковать, но т-т-тут явно н-н-нечто нехорошее.
Слова Лиция подтвердил мощный взрыв, что раздался совсем рядом, метрах в трехстах. Задрожали стекла, зазвенели бокалы, затряслись мои поджилки. Я переглянулся с товарищами. Нет, никакого желания сходить и посмотреть, что же там происходит, у меня не было. Скорее наоборот.
– Слушайте, давайте закончим с экскурсией.
–
– Да, думаю, это будет лучшим решением.
Мы расплатились и вышли наружу. Странно, но обывателей на улице почти не было. Еще полчаса назад мы продирались сквозь толпу, а теперь ни души. Это в самом туристически популярном месте Стамбула. Ох, не нравится мне это.
– Думаешь, Отведение? – спросила Рис у Лиция.
– Л-л-либо Неприятие, – ответил тот.
– Это что?
– Сильнейшие заклинания против обывателей. Точнее от обывателей. Чтобы не лезли под ноги. Лично у меня на такие маны никогда не хватит.
– И у м-м-меня.
– Кто-то хочет, чтобы обыватели не пострадали?
– Либо, чтобы они попросту не узнали, что происходит. Не хотят привлекать внимание. А если так, то и свидетелей среди Ищущих оставлять не будут.
– Это плохо, – похолодело у меня сердце.
– Конечно плохо.
– Нет, вы не поняли. Это не абстрактно плохо. А именно сейчас плохо. Посмотрите.
Я протянул руку и указал на дальний конец улицы. Откуда в нашу сторону бежал окровавленный Ищущий. А за ним по пятам следовало трое поджарых мужчин бронежилетах и черной одежде.
Глава 16
Вопрос помощи ближнему – всегда скользкая тема. Времена «суперменов», что бросаются сломя голову на любой призыв, прошли. Многие давно привыкли жить, исходя из поговорки – ничего не знаю, моя хата с краю. Это можно оправдать разными аргументами. К примеру, никто не хочет получить нож в бок, разнимая пьяную компанию. Или заступиться за женщину, которую избивает муж, а позже слушать, какой ты подлец – стукнул ее любимого. Говоря проще – любителей проблем на ровном месте крайне мало. Потому многие и стараются не замечать творящийся беспредел вокруг. Своя шкура дороже. Мысль, что то же самое может произойти с тобой, и никто не придет на помощь, от многих ускользает.
У меня особых размышлений по поводу – помогать или нет Ищущему, не было. Тот, завидев троицу Игроков, побежал сразу к нам. Равно как и преследователи. Дожидаться удара, чтобы с видом пацифиста заявлять, мол, не я первый начал, я не стал. Все-таки, когда тебя с завидной периодичностью мутузят разные Ищущие, станешь по-другому смотреть на привычные вещи.
Я сам не понял, как в руках появился арбалет. Осознал все лишь в момент выстрела. Один из преследователей словно споткнулся и упал лицом вниз.
Навык Стрельбы повышен до двадцать восьмого уровня.
Но враги не зря ели свой хлеб. Тот, что бежал справа от него, взмахнул рукой и в ладони появилось едва осязаемое копье, словно сотканное из грозовых молний. Пятой точкой чувствую, это сейчас прилетит прямо в меня, а останки потом будут хоронить в спичечном коробке.
Палец мягко нажал спусковой крючок и болт запел свою смертельную песню.
Навык Стрельбы повышен до двадцать восьмого уровня.