В 3
Шрифт:
Чтобы совсем ничего не забыть – прошелся по карманам обывателей. Нет, местные перговские деньги, ножи, всякая дребедень. Это мне не пригодится. Уже было собрался возвращаться восвояси, когда спину в районе поясницы пронзила боль. Я закричал. Причем, не столько от острой рези, сколько от досады. Ну почему, чтобы поумнеть, надо обязательно поймать собой нож?
Ведь бехолдер говорил русским языком: четыре. Четыре, а не три. Ладно, может не совсем русским, но это не суть. И цверг заявлял, что «они с братом с Уллума». А эти двое обывателей были местные, пургаторские.
Все мысли пронеслись достаточно быстро. И я сделал единственное, что оставалось.
Бочонки, мирно покоящиеся в инвентаре, сыграли со мной злую шутку. Оказалось, что теперь я не так быстр и ловок, как раньше. Вот оденьте на человека походный рюкзак и посмотрите, как тот будет вальсировать. Выйдет примерно то же самое. Я успел дернуться и удар вышел не колющим, а режущим. И то хлеб. Вместо дырки заимел лишь кровоточащую рану на боку. Зараза, плащ испортил, Лапоть будет не в восторге.
Либо я расист, либо одно из двух. Однако цверг был похож на своих сородичей, будто они все являлись однояйцевыми близнецами. Одет легко, неброско, в руках тот самый пресловутый нож, разве что странно сверкающий при свете фонарей.
Я не стал дожидаться нового выпада, а совершил свой. Вот именно сейчас лунная сталь, находившаяся в ножнах на плече, сослужила добрую службу. Я благодарил Вселенную за то, что расовой способностью цвергов не оказалась суперловкость. Потому что от моего выпада тот не успел увернуться. Дернулся, поведя плечом, однако на этом все. Я ударил еще несколько раз, пока не увидел строчку перед глазами, подтверждающую смерть противника.
Навык Короткие клинки повышен до девятнадцатого уровня.
Вы убили враждебно настроенного Ищущего.
Доступна смена направления развития на Зоопатор (необходимо в течение 24 часов оставить текущее направление или выбрать новое).
Захвачено заклинание Облегчение переносимого веса.
Меня чуть качнуло, и я вытянул руку, упираясь в стену, чтобы не упасть. Черт. То ли нож плохой, то ли рана сама по себе неудачная. Но весь бок уже был мокрым от крови. Нет, так дело не пойдет. Не хотелось, чтобы спустя тысячелетия какие-нибудь перговские археологи нашли меня в этой пещере. Один Гулливер и четыре лилипута вокруг. Такая себе компания.
Для начала применил Затягивание. Судя по тому, что повышения навыка не случилось, существенно я дело не улучшил. Хотя мне показалось, что лить из раны стало меньше. Может и дотяну. Добраться бы только до Рис. А та уж подлечит.
Шатающейся походкой я направился к выходу наверх. Мысленно поблагодарил цвергов и Вселенную (что-то сегодня я к ней зачастил) за то, что ребята были малого роста. Отчего и сделали нечто вроде лестницы. По такой даже я, раненый и убогий
Я встал на один камень, уперся, поднялся на другой. Уже думал, что совсем выбрался, когда закружилась голова. И не просто закружилась, перед глазами встала пелена. И последнее, что мелькнуло в сознании – бесформенная туша бехолдера. Привиделось или…?
Глава 19
Великая болезнь человечества – ненасытность. Провинциал из глубинки может существовать и надеяться, что когда-нибудь, в лучшей жизни, у него будет, к примеру, ватерклозет. Но стоит тому появиться и спустя некоторое время он станет обычной вещью, не вызывающей бурные эмоции. А превратится лишь в необходимость.
Так со всем. Мы поглощаем, поглощаем, поглощаем. Безостановочно и без перерыва. Окружая себя все новыми предметами, которые становятся нашим микрокосмом. И стоит чему-нибудь из этого исчезнуть, как весь мир начинает рушиться, вводя нас в оцепенение.
Раньше я не задумывался о такой вещи, как медицинская помощь. Ну есть она и есть. А скорость приезда неотложки – служила отличной темой для шуток. И вот только, когда оказываешься в мире, где нет переливания крови, врачей с обезболивающим и стерильных бинтов, начинаешь по-другому смотреть на привычные вещи.
Благо, у меня была Рис. И еще два товарища, которые сейчас о чем-то спорили. Я приоткрыл глаза, залез пальцами в прореху и нащупал там тонкий шрам. Это что же со моим телом в старости будет? Если доживу. Я почему-то вспомнил обнаженный торс Охотника и нахмурился.
– Тихо вы, в себя пришел.
Я огляделся. Сидели мы у дороги, неподалеку от самой звенящей, прошу прощения, Поющей пещеры. Хм, в упор не помню, как выбрался. Так, в последний раз я вроде видел бехолдера.
– А как я тут оказался?
– Тебя принес такой высокий, красивый мужчина, – сказала Рис.
– Ничего не мужчина, а женщина, – возразил Троуг, – вот с такими вот… ну ты понял. И задни… то есть, очень интересная.
– Меня немного смущает наблюдения моих товарищей, – вмешался Лиций, – потому что я могу поклясться, что это была молоденькая кошечка. В смысле, зверолюд. Если предположить…
– Да ничего не надо предполагать. Вы все видели одно и то же существо – бехолдера. Ментальное восприятие в действии. И куда ушел этот мужчина-женщина-кошка?
– Туда, – показали все в разные стороны.
– Ясно. Но исходя из того, что бехолдер выбрался наружу и спас меня, Поющую пещеру он покинул. Значит, мы вроде как все сделали правильно. Минуту.
Я зарылся в интерфейс, просматривая строчки. Меня буквально заспамили сообщениями. Пролистал до последних и прочитал.
Вы помогли дружелюбно настроенному Обывателю.
+ 20 единиц Кармы. Текущий уровень + 5660. Вы тяготеете к Свету.
Вы помогли дружелюбно настроенному Обывателю.