В 4

Билик Дмитрий Александрович

– Алло, – услышал я знакомый голос. Почему-то веселый.

– Прив… Здравствуйте.

– Здравствуйте... Алло... Ну же, говорите. Что вы хотели?

– Я… Я…

– Дайте угадаю, вы опять мне будете предлагать кредит на выгодных условиях?

– Да. То есть нет. Извините.

Я нажал отбой, с силой закусив губу. Слезы душили, грудь будто проткнули железной спицей. Мне почему-то вспомнились детские обиды. Когда ты совсем маленький, считаешь, что с тобой поступили несправедливо. И начинаешь фантазировать, что бы было, если бы вдруг умер. Как на твои похороны приходят

все близкие, родные. Как они тебя теперь любят и сожалеют, что не купили то самое мороженое, которое могло бы тебя спасти. И ты лежишь неподвижно такой маленький, хороший и так себя жалко становится, что слезы в глазах появляются. Благо, потом эти глупые фантазии проходят. Тебе приносят мороженое или наоборот, не приносят. Но жизнь продолжается. А теперь…

Нет, теперь, конечно, никто не умер. Собственно, я и сделал все ровно для этого. И Юля, и родители, и Дашка. Это мой сознательный выбор. Вот только выдавливать из себя человека и оставлять лишь Игрока, по сути лишь функцию, оказалось невероятно трудно. Намного сложнее, чем я думал.

Телефон завибрировал. Сердце на мгновение остановилось – вдруг это перезванивает мама? Но нет. Наверное, она уже забыла о моем звонке. Сейчас мама, наверное, готовит завтрак для Дашки и отца, поругиваясь на младшую, что она долго собирается. Со мной же хотел поговорить другой человек. Точнее зверолюд.

Я вытер слезы, судорожно отдышался и нажал на зеленую трубку лишь на седьмом или восьмом звонке.

– Привет, Лиц.

– Сергей, я достал карту лабиринта. Частичную карту. Лучше у них ничего нет.

– Хорошо. Значит, у нас все готово.

– Это очень скоропостижное заявление. Для разведывательной миссии, каковой мне видится данный поход, не хватает множества артефактов. Но, зная твой характер, я могу предположить, что еще две-три недели для полномасштабных приготовлений, ты ждать не будешь.

– Иногда предсказуемым быть хорошо.

– Поэтому могу заключить, что отправиться в Атрайн мы можем в любое ближайшее время.

– Отлично. Так и поступим. Приготовься, сейчас я приеду в общину.

Я отключился. Что ж, у меня настроение такое, что хоть в Атрайн, хоть на верную смерть – все едино.

Глава 13

В минуты отчаяния или просто сложные моменты жизни человеку свойственно уходить в другие миры. Эскапизм наше все. Не случайно книги, игры и фильмы на эту тему не становятся менее популярными. Скорее наоборот. Чем тяжелее реальность, тем больше хочется уйти в другой мир.

Самое смешное, что я лишь подтверждал это правило. Чуть что случится, так я тут же бегу к Вратам, чтобы переключиться с обывательских проблем на игровые. И даже вроде как помогало. Всяко лучше, чем сидеть, страдать и думать: «а что, если»…

Лиций ждал меня возле дома Троуга. Впрочем, не только он. В сборе была вся честная компания. Лица серьезные, сосредоточенные. На Рис новые, утепленные сапоги, зверолюд обзавелся забавными браслетами зеленого цвета, а корл стоял уже в доспехах. Лишь котомки на палке за спиной не хватало.

– Вы-то куда?

– В Атрайн, – ответила за всех

Рис.

– Я им говорю, что в этом нет никакого смысла, – включился в разговор Лиций, – в случае опасности, мы не сможем быстро отступить и перегруппироваться.

– Согласен. Все поляжем.

– Можем у Врат быть, – сказал Троуг.

Интересно, что творилось у него на лице? За закрытыми шлемом и не разглядишь. Однако голос корла был не таким бодрым, как обычно. Не знай я его, так подумал бы, что Троугу попросту страшно.

– Или так, – согласился я, – если что будет опасное, дадим знать. И тогда уже позовем кавалерию. А по Атрайну пойдем только мы с Лицием.

Казалось, мой ответ Троугу пришелся по душе, а Рис напротив, не устроил. Однако она и слова не сказала. Лишь пристально посмотрела на меня, как следователь на захмелевшего рецидивиста, уверявшего, что тот не причастен к грабежу вино-водочного, а после кивнула. Вот и ладненько.

– Карта, – протянул мне кусок пергамента Лиций, – и сдача.

Я хотел было сказать, чтобы он оставил ее себе, однако мешок оказался весьма увесистым. Забрал и то, и другое. Если верить вернувшимся деньгам, этот кусок старой бумаги обошелся Лицию в четыреста грамм. Я боялся, что сумма будет большей. Карта развеялась в моих руках. Негусто. Лабиринт оказался исследован лишь на треть. Придется попотеть.

Хождение меж миров стало для меня таким же обыденным занятием, как катание на лифте. Подумаешь – переместиться в Пургатор. Раз плюнуть. А следом отправиться в Атрайн. Легче легкого.

Хотя, конечно, я немного врал. В самом перемещении не было ничего необычного, а вот посещение нового мира интриговало. Особую пикантность придавал тот момент, что почти все, кто упоминал об Атрайне, настоятельно рекомендовали его не посещать. И вот после двух перемещений я здесь, в обители Вратаря умирающего мира.

– Подожди, – сказала мне Рис, – возьми, если вам будет угрожать опасность, выстрели один раз в воздух.

Она передала мне свой посох. Тот самый, с которым практически никогда не расставалась.

Малый посох Огня.

Выпускает огненный шар, способный воспламенить противника или нанести ему ожог. Не воздействует на существ огненной формации. Плохо воздействует на существ из неживой материи.

Зарядов: 425/1000

Зона действия: в пределах видимости.

Примечание: длина полета огненного шара зависит от навыков Стрельба и Слежение.

– Спасибо, – бросил я, понимая, что отказаться тут не получится.

– И будьте осторожны.

– Я всегда осторожен, – недоуменно заметил Лиций, – если вести себя иначе, вероятность выжить значительно снижается.

Когда с прощаниями было закончено, мы вышли наружу. Ветер тут же растрепал волосы, полы плаща стали хлестать по камням, в лицо пахнуло влагой. Словно мы стояли рядом с теплым морем. Может и так. В любом случае, из-за тумана, клубящегося далеко внизу, разобрать что-либо не представлялось возможным.