В Багдаде все спокойно
Шрифт:
Кто-то когда-то сказал, что пережить можно все, только нельзя после этого оставаться прежним. Может, оно и так.
Один мой знакомый сравнил меня с доктором Ливси из мультика «Остров сокровищ» – этим рисованным широкоплечим дядькой, который постоянно весел, позитивно настроен, всегда смеется, всхохатывая и скалясь во все шестьдесят четыре зуба, и не теряет оптимизма ни в быту, ни в бою. Я всхохотнул и ответил, что, по мнению некоторых сетевиков, подвергнувших образ мультяшного Ливси психоанализу, доктор столь весел оттого, что перенес когда-то контузию; другие такие же сетевики уверены, что за внешней жизнерадостностью и смешливостью доктор Ливси прячет какую-то давно перенесенную большую беду… Знакомый призадумался. Я заржал, копируя
«Чтобы овладеть хорошим юмором, надо дойти до крайнего пессимизма, заглянуть в мрачную бездну, убедиться в том, что там ничего нет, и потихоньку возвращаться обратно. След, оставленный этим обратным путем, и будет настоящим юмором». (Фазиль Искандер)
Не могу судить, действительно ли я заглянул в мрачную бездну, действительно ли убедился в том, что там пусто, и действительно ли овладел настоящим юмором, отползя назад. Все мои суждения будут носить чисто субъективный характер. Но в этой книге я собрал материалы по большей части смешные или забавные. Про всякие ситуации, как я их называю. Происходили они в разные периоды моей жизни, и расположил я их в произвольном хронологическом порядке. Возможно, кому-то мой юмор покажется местами горьковатым, но это уже на личный вкус каждого.
Да, должен предупредить вот еще о чем. Все, описанное в книге, происходило в доковидную эпоху. Я намеренно не стал включать сюда воспоминания о временах обязательного ношения медицинских масок и мытья рук, прививок, локаутов, карантина и самоизоляции, дистанционки и волонтерства, и всего прочего в том же роде, хотя мне есть что рассказать и об этом тоже. И когда-нибудь непременно расскажу, а пока не хочу перегружать книгу и излишне рассекать ваше внимание.
«По ходу пьесы» я буду давать ссылки на два предшествующих сборника, но это больше для порядка – я не только сангвиник, я еще и перфекционист… Знаете, кто такой перфекционист? Повторяю, не будет большой беды, если вы не читали предыдущих книг. Но все же лучше, если бы вы нашли и прочитали и «Звездную ящерку», и «С днем рождения, Белый свет!» – тогда перед вами полнее открылась бы картина моей небезынтересной жизни, полной всяких событий, выпавших на долю оптимиста, романтика, сангвиника…
Баку. Сентябрь, 2023
Вместо вступления
В Багдаде все спокойно
Было это в Баку в середине «лихих девяностых».
Я тогда работал в одном из институтов системы Академии наук Азербайджана (не будем уточнять, в каком именно, чтобы не быть несправедливыми к другим институтам, в которых могла произойти точно такая же история…). Учреждению, о котором идет речь, принадлежал сад площадью в восемь гектаров. И в дневное, и в ночное время территорию стерегли два охранника, один в вестибюле здания, другой – у ворот в сад. Прежде эту функцию исполняли полицейские, но потом они стали дирекции не по карману и от них избавились. А это означало, что впредь все заботы об охране Института и прилегающей территории ложились на плечи сотрудников. Так оно и вышло. Комендант ежедневно назначал двоих, один из которых должен был караулить вестибюль, другой – ворота. Первого выбирали из сотрудников более пожилого возраста, второго – из сотрудников помоложе и покрепче, ибо ворота соприкасались с внешним миром, а до вестибюля еще надо было добраться через полсада.
Но времена и впрямь были лихие. Забор, ограждающий институтскую территорию, был чисто символической
Как-то раз один несовершеннолетний воришка пробрался, выломав окно, в лабораторию, в которой я работал; лаборатория стояла на отшибе, дело было рано утром, в предрассветные часы; чертенок прихватил с собой все, что сумел найти впотьмах, – лабораторные весы (на кой ляд они ему?) и десятиметровый шнур-удлинитель. Правда, он бросил все это, улепетывая от пожилого охранника, который услышал звук разбиваемого стекла.
Другой случай был посерьезнее. Здоровенный и наглый детина перелез через «забор» с глухой стороны, вторгся в здание Института (в здание!) в ту ночь, когда вестибюль охранял 75-летний худосочный Мамед-киши; детина, не особенно и скрываясь, выломал дверь одной из лабораторий на первом этаже и уволок на себе холодильник… А что же доблестный охранник? А он в данной ситуации поступил как настоящий восточный киши, то есть мужчина: заперся в своей каморке и не выходил оттуда до самого рассвета, вернее до самого начала рабочего дня… Почему не позвонил в полицию, спрашиваете? Ну, сотовый Мамеду-киши и не снился, а городской телефон в вестибюле давно отключили за неуплату…
Скандал разразился неописуемый. Комендант сказал, что эта капля «переполнила чашку его нетерпения», и отныне в охрану назначались исключительно молодые парни и зрелые мужики; им предписывалось в паре обходить территорию Института каждые два часа…
Несколько раз мне (зрелому мужику) выпадало дежурить с Маратом (молодым парнем). И мы вдвоем аккуратно совершали ночные обходы – как и положено, каждые два часа. И не только в силу личной добросовестности, а еще и потому, что комендант время от времени проверял, как мы несем службу.
Мы с Маратом отлично понимали, что в ходе патрулирования можем столкнуться и с обкуренными подростками, и с отмороженными взрослыми, и даже с уголовниками. Вверенные нам восемь гектаров сплошь поросли деревьями и кустарником и по ночам освещались весьма скупо (одна тусклая лампочка у складов и другая точно такая же над вестибюлем, все остальное тонуло во мраке). В кустах мог затаиться целый взвод злоумышленников, готовых наброситься на нас, бредущих по узенькой тропинке. Откуда им знать, что часовой есть лицо неприкосновенное?..
Нет, без оружия нам было никак.
Тут, пожалуй, придется сделать небольшое отступление.
В лихие девяностые я не ходил по улицам без самодельного холодного оружия, и были на то серьезные основания.
Так-то по натуре я человек законопослушный, богобоязненный. Но жизнь изменили круто, у меня не спросивши, поставили перед фактом, так что… Нет, не нож. Конечно, нож, обычный, складной, в магазине купленный, был бы самым простым, удобным вариантом. Но попадись с ним ментам – и будешь потом в отделении долго и нудно качать права про допустимую законом длину лезвия и клятвенно уверять невыспавшегося лейтенанта, что ножом пользуешься исключительно для приготовления чобан-салаты [1] …
1
Чобан-салаты (пастушеский салат) – национальное азербайджанское блюдо из нарезанных помидоров, огурцов, красного лука и мягкого рассольного сыра, приправленное оливковым маслом, сбрызнутое лимонным соком и присыпанное всякой зеленью. (Здесь и далее примечания автора.)