В доме

Ле Руа Филипп

– Посмотри на себя, Мехди, и скажи: ты тут смеешься?

Квентин остановил запись на кадре с перепуганным Мехди.

– Ладно, убедил, выпью я твою водку. Зато я не зря препирался – ведь теперь мы знаем, что нас снимают исподтишка.

– Ну, теперь-то не исподтишка, – поправил его Квентин.

– Может, поедим? – предложил Максим.

– Идея, – одобрила Матильда.

Они спустились на первый этаж и вновь собрались на кухне, чтобы закончить приготовление ужина. Квентин поставил песню Basique Орелсана.

Si tu dis souvent qu’t’as pas d’probl`eme avec l’alcool,c’est qu’t’en as unSimpleFaut pas faire un enfant avec les personnesque tu connais pas bienBasique [13] .

– Неплохо

ты нас поимел, козлина! – признал Жюльен.

Квентин ответил ему, подражая Орелсану:

– Не стоит приходить на вечеринку ужасов, если не хочешь, чтобы тебя поимели. Это основы. Друзья должны друг другу врать, иначе они не друзья. Все просто.

13

Если ты все время говоришь, // что у тебя нет проблем с алкоголем, // значит, они у тебя есть. // Все просто. // Не стоит делать детей // с людьми, которых плохо знаешь. // Это основы (фр.).

– А ведь вечеринка только началась! – заметил Максим.

– Кстати, у нас по-прежнему нет новостей от Клемана, – напомнила Леа.

– Ну и ладно.

– У кого-нибудь есть его телефон?

– Достаточно не знать его номера, чтобы ему не звонить. Это основы, – продолжал Квентин.

– Раз не звонит, значит, не хочет, – сказал Жюльен.

– Я могу сама позвонить, – предложила Леа.

– Откуда у тебя его номер?

– Ну как, я у него спросила.

– Лучший способ получить его номер – это спросить у него. Все просто.

– Достал уже, – возмутилась Мари.

– Ты предпочитаешь черно-белого исполнителя? Типа Мориса Кавалье?

– Мориса Шевалье, – поправила его Мари.

Леа набрала номер. Включилась голосовая почта. Она оставила сообщение: «Привет, Клеман, это Леа… Мы не понимаем, где ты… Мы уже не ждем тебя, но если ты все еще едешь, то мы оставим тебе десерт».

– Хорошая шутка, – подколол ее Квентин.

– Вдруг с ним что-то случилось, – забеспокоилась Леа.

– Если он будет отвечать на твое сообщение, его наверняка занесет, – продолжал подтрунивать Квентин.

– Он же не за рулем, – возразила Мари.

– Откуда ты знаешь? Может, он на скутере?

– На водном скутере, – уточнил Максим. – Видели, какой потоп? Вот он и припозднился.

– Черт-те что, – проговорила Леа.

– Хватит трындеть! – сказал Жюльен. – Хотя гипотеза о том, что

он попал в аварию, не такая уж и дебильная. По такой погоде водитель, который его вез, вполне мог не вписаться в поворот.

Они задумались, и ненадолго воцарилась тишина. Этим воспользовался Мехди, который указал пальцем на Леа. На ее лице явственно читались испуг и тревога.

– Испугалась – значит, пьет! – сказал он.

– Испугалась – значит, пьет! – хором подхватили остальные.

– Я не испугалась, я просто беспокоюсь.

– Это тоже считается, – решил Мехди. – Беспокойство, тревога, страх – это все одно и то же.

– Не совсем, – уточнила Мари. – Тревога – это предчувствие события, которое еще не случилось. Это когда ты, например, спускаешься в темный подвал. А страх – это когда ты уже внизу, а дверь за тобой неожиданно захлопывается. Так что давайте-ка решим, будем ли мы пить по четыре глотка и за беспокойство тоже.

– Ограничимся страхом, – сказал Квентин. – Все согласны? Потому что у вас у всех тревожные лица, у меня в доме нет столько алкоголя.

– Я хочу есть, – объявил Максим.

– Хорошая идея, – согласилась Матильда.

– Мне кажется, Клеман приготовил нам историю, от которой у нас волосы встанут дыбом, – предположил Максим.

– У тебя они и так всегда дыбом, – заметила Камилла.

– Нет, на ночь я не укладываю их гелем.

– А чем укладываешь? Вазелином? – поддела его Матильда.

– Так, ребят, полегче, мы уходим от темы, – предупредил их Квентин. – Надо вернуться к страшилкам.

Вспышка молнии озарила газон. На миг за окном стало светло как днем. Вслед за этим последовал раскат небесного барабана, напомнивший им, что погода вполне соответствует теме вечеринки.

– Там в саду кто-то есть! – вскрикнула Мари.

Все посмотрели на стеклянную стену, отделявшую их от ночной темноты.

7

Мари поклялась, что во время вспышки молнии увидела снаружи чей-то силуэт.

– Это наверняка Клеман, – сказал Квентин.

– Это была женщина, – уточнила Мари.

– Женщина?

– Ага, с длинными волосами! И в белом платье.

– Клеман переоделся девчонкой? – предположил Квентин.

– Я не шучу, – стояла на своем Мари. Она была по-настоящему встревожена.

– Ты нас разыгрываешь. Но после отрезанных пальцев Матильды нас так просто не проведешь.

– Не думай, будто тебе удалось нас напугать, – добавил Мехди.

– Но я правда кого-то видела.

– У тебя есть освещение снаружи? – спросила Камилла у Квентина.

– Да, на террасе, а в саду нет.

– Зажги хотя бы там, давай посмотрим.

– Ты что, повелась?

– Тебе жалко, что ли?

– Все-таки шестьдесят ватт.

Мари больше их не слушала. Она медленно подошла к стеклу. Остальные последовали за ней.

– Надо просто дождаться еще одной молнии, – пробормотала она.

– Я хочу есть, – буркнул Максим.

– Ты включишь свет или нет, Квентин? – недовольно спросила Камилла.