В горе и радости

– Ты уже решила, будешь менять фамилию или нет? – спросил меня Бен. Он сидел на противоположном конце дивана, массировал мои ступни и выглядел необыкновенно привлекательно. И как только мне удалось в конце концов связаться с таким чертовски привлекательным парнем?

– Понятия не имею, – поддразнила я его. Но на самом деле я уже все решила. Мое лицо расплылось в улыбке. – Думаю, я ее все-таки поменяю.

– Правда? – возбужденно уточнил Бен.

– А ты этого хочешь? – продолжила игру я.

– Шутишь? То есть ты не обязана это делать. Если тебе это кажется оскорбительным или… это заставляет тебя отказаться от твоей фамилии. Я хочу, чтобы ты носила ту фамилию, которую выберешь сама, – сказал Бен. – Но если эта фамилия вдруг окажется моей… – он слегка покраснел, – то это было бы круто.

Бен выглядел слишком сексуальным, чтобы быть мужем. Мужья – это толстые, лысеющие мужчины, которые выносят мусор. А у меня сексуальный муж. Он молод, он высок. Он силен. Он совершенно безупречен. Дура я, да? Но ведь так и должно быть, разве нет? Я новобрачная, и мне положено смотреть на мужа сквозь розовые очки.

– Я подумала остановиться на варианте Элси Портер Росс, – объявила я Бену.

Он на минуту перестал массировать мои ступни.

– Это действительно классно.

Я засмеялась.

– Почему?

– Не знаю. – Он возобновил прерванный массаж. – Наверное, во мне говорит пещерный человек. Мне просто нравится, что мы Россы. Мы мистер и миссис Росс.

– Мне это нравится! – воскликнула я. – Мистер и миссис Росс. Это круто.

– Я же тебе говорил!

– Значит, решено. Как только мы получим свидетельство о браке, я отошлю его в Департамент транспорта или куда там его надо отсылать.

– Замечательно. – Бен убрал руки от моих ступней. – Что ж, Элси Портер Росс, теперь моя очередь.

Я взялась за его ступни. Пока я бездумно разминала пальцы его ног сквозь носки, установилась тишина. Мои мысли блуждали где-то далеко, и через некоторое время я вдруг осознала, что проголодалась.

– Ты есть хочешь? – спросила я Бена.

– Сейчас?

– Мне вдруг почему-то захотелось «Фруктовых камешков».

– У нас что, нет хлопьев? – поинтересовался Бен.

– Есть, но мне просто… хочется «Фруктовых камешков». – У нас были хлопья для взрослых, коричневые, обогащенные клетчаткой.

– Что ж, давай сходим и купим. Уверен, что аптека CVS еще открыта, и я не сомневаюсь, что у них есть «Фруктовые камешки». Или я один схожу и куплю их для тебя.

– Нет, ты

– Ты просто ленишься, но ты моя жена, а я тебя люблю и хочу, чтобы ты получила все, что хочешь. – Бен начал подниматься с дивана.

– Нет, в самом деле, ты не обязан это делать.

– Все, я иду. – Он ненадолго вышел из комнаты и вернулся с велосипедом и ботинками.

– Спасибо! – крикнула я, укладываясь поперек дивана и занимая место, которое он только что освободил. Бен улыбнулся мне, открыл дверь и вывез велосипед. Я услышала, как он опустил подножку велосипеда, и поняла, что он еще вернется, чтобы сказать «до свидания».

– Я люблю тебя, Элси Портер Росс, – сказал Бен и нагнулся, чтобы поцеловать меня. На нем были велосипедный шлем и краги. Он улыбнулся мне. – Мне нравится, как это звучит.

Я широко улыбнулась.

– Я люблю тебя! – сказала я мужу. – Спасибо.

– Не за что. Я люблю тебя! И я скоро вернусь. – Бен закрыл за собой дверь.

Я опустила голову на подушку, взяла книгу, но сосредоточиться не могла. Мне его не хватало. Прошло двадцать минут, я ждала его возвращения, но дверь так и не открылась. И на ступеньках я никого не слышала.

Когда прошло полчаса, я позвонила ему на мобильный. Ответа не было. Мозг поспешно предлагал варианты. Все они был притянутыми за уши и абсурдными. Он встретил другую. Он заглянул в стриптиз-клуб. Я снова набрала номер Бена, потому что рассудок нашел новые причины для его опоздания, более реалистичные и от этого более пугающие. Когда Бен не ответил на мой очередной звонок, я встала с дивана и вышла на улицу.

Не знаю, что я хотела увидеть, но я посмотрела в один конец улицы, потом в другой, надеясь увидеть мужа. Было ли безумием думать, что с ним что-то случилось? Я не могла решить. Я старалась сохранять спокойствие и говорила себе, что Бен, должно быть, попал в какую-нибудь пробку и не может выбраться или же встретил старого друга. Время замедлило ход. Минуты казались часами. Каждая проходящая секунда превращалась в невыносимый отрезок времени.

Сирены.

Я услышала приближающиеся звуки сирен. Я видела мигающие огни над крышами домов на моей улице. Тревожные, повторяющиеся завывания как будто звали меня. В их звуке я слышала свое имя: Эл-си. Эл-си.

Я бросилась бежать. К тому моменту, когда я добежала до конца улицы, я почувствовала, как бетон леденит мои ступни. Легкие спортивные брюки не защищали от ветра, но я продолжала бежать, пока не увидела источник звука.

Я увидела две машины «Скорой помощи» и пожарную машину. Несколько полицейских автомобилей перегородили улицу. От испуга я пробежала еще немного, потом остановилась. Кого-то подняли на носилки. На обочине лежал огромный перевернувшийся грузовик. Окна были разбиты, всюду валялось разбитое стекло. Я вгляделась в грузовик, пытаясь понять, что случилось. И тут я увидела, что это вовсе не стекло. Вся дорога была усыпана крошечными частичками чего-то еще. Я подошла ближе и увидела одну частичку у своих ног. Это были «Фруктовые камешки». Я огляделась, пытаясь увидеть кое-что и молясь о том, чтобы я этого не увидела. Но я это увидела. Прямо передо мной – и как только я могла не заметить? – наполовину под грузовиком лежал велосипед Бена, погнутый и раздавленный.