В комплекте – двое

Долгова Галина

– Хорошо. Спасибо, Итарон. – Я искренне улыбнулась мужчине. – А почему об обычаях и законах Даагонских тебя не попросили рассказать?

Он отвел глаза:

– Потому, что это дела семейные. До завтра, Полина.

– А ты не останешься в замке?

– Нет, конечно, – хмыкнул он. – Во всех замках стоят порталы, связывающие их не только с Землей, но и друг с другом, так что спать я предпочитаю в своей постели.

– О, Итарон, уже уходишь, – раздался от дверей жизнерадостный голос Мирсана. Парень улыбался, сверкая белоснежными зубами и поправляя манжет черной шелковой рубашки. – Может, пообедаешь с нами?

– В другой раз. Мне и правда пора.

Распрощавшись с Итароном, Мирсан повел меня в столовую, где, к

моей радости, никого не было. Сама не знаю почему, но видеть Арта мне жутко не хотелось, да и остальных тоже. Чувствовалась какая-то неискренность и недоговоренность во всем. С Мирсаном было проще. Он предпочитал не касаться опасных тем или просто не отвечать, но не юлить и не обманывать.

Уроки этикета, танцев и музыки оставили меня равнодушной, хотя я честно старалась все запоминать и делать правильно. Этикет и дипломатию я отнесла к категории необходимых дисциплин, но все остальное воспринимала скорее как «просто повторяй». Обучать меня верховой езде и основам рукопашного боя взялся сам Мирсан, что очень меня порадовало. Вообще, чем больше я общалась с братом Арта, тем сильнее хотелось произвести замену игрока. Нет в жизни справедливости!

На ужин я шла в довольно приподнятом настроении, но, переступив порог столовой, ощутила такую волну негатива и напряжения, что мне стало не по себе. Только после ужина, прошедшего в тягостном молчании, когда Меарис увела меня на очередной урок истории, я поняла причину всеобщей мрачности.

– Полина, – она вздохнула и села напротив, гипнотизируя меня взглядом, – ты мне нравишься. Я рада, что моей снохой не станет кто-то наподобие Кэоры, но мне совсем не нравится то, что происходит.

– Это вы о чем? – насторожилась я, даже как-то незаметно перейдя на «вы».

– О том, что ты специально или нет, но стравливаешь моих сыновей. То, сколько времени ты проводишь с Мирсаном, просто недопустимо. Более того, ты не скрываешь своей симпатии. Твое появление еще вызовет достаточно… негатива, и я не хочу, чтобы мой старший сын был в этом замешан.

– Меарис, – я не сдержала в голосе раздражения, – я не понимаю причины этой лекции. Да, я общаюсь с Мирсаном, и мне это нравится. Он внимательный, воспитанный, с ним легко, и он единственный, кто со мной здесь нормально общается. Если ты не заметила, то Арт за последние двое суток вообще ни разу ко мне не подошел и не заговорил. – Я не стала упоминать о нашей случайной встрече в его комнате. – Что я должна думать? Только то, что он явно не стремится наладить со мной отношения. В конце концов, не бегать же мне за ним по замку! – Разозлившись, я разошлась не на шутку, выплескивая накопившееся. – Какой негатив от моего появления ты ждешь? Я сюда не просилась. Это Артвирт притащил меня, но вместо того, чтобы облегчить мне адаптацию и как-то наладить отношения, как это делает Мирсан, он всячески показывает, что я его не устраиваю, и скрывается от меня. Я не претендую на любовь, но уж нормальное отношение для меня обязательно. И я никого не стравливаю. А Арт, вместо того чтобы возмущаться и обвинять в чем-то брата, пусть на себя посмотрит!

Все. Я выдохлась. Замолчала, напряженно всматриваясь в задумчивое лицо будущей свекрови. Вот точно, теперь сама отравит, Кэоре такое ответственное дело не доверит. Молчание затягивалось, и мне уже действительно становилось не по себе.

– Что ж, – наконец произнесла Меарис, – я поняла тебя. В чем-то ты права, не буду спорить. И я поговорю с Артом. Знаешь, я даже не буду вмешиваться. Но я хочу, чтобы ты мне пообещала, что не будешь заигрывать с Мирсаном или вызывать с его помощью ревность.

– Это я могу обещать. Но прекращать общение с ним не собираюсь.

– Идет. Думаю, сегодня нам уже не до истории, давай перенесем беседу на завтра.

– Отлично.

Я встала и поспешила покинуть комнату. До отведенных мне покоев я долетела в рекордные сроки. Во мне бурлили эмоции, раздражение

грозило вырваться наружу, и вероятность того, что я сорвусь и нагрублю, была велика. Как бы я себя ни вела, но неуверенность в себе и завтрашнем дне сильно меня нервировала. Неприятное чувство. Я могла храбриться сколько угодно, но мне было страшно. А особенно меня пугало то, что я все вернее становлюсь на путь Кэоры.

Глава 6

Последующие две недели слились в сплошной поток: завтрак – учеба – обед – учеба – ужин – учеба. Итарон оказался прекрасным преподавателем, как, собственно, и Мирсан с Меарис. Не могу сказать, что за две недели я стала прекрасно танцевать или выучила все правила этикета, но читать и писать могла уже вполне сносно и поглощала книги буквально залпом. Это помогало отвлечься от высокомерно-пренебрежительных взглядов Кэоры и равнодушно-брезгливых высказываний Асириана и Артвирта. Более того, чем ближе был день назначенной свадьбы, тем хуже становилось отношение Арта и безрадостнее казалось будущее. Теперь я даже на Кэору смотрела по-другому. Нет, в то, что мы станем когда-нибудь подругами, я не верила, слишком велика между нами разница и слишком высокомерна была блондинка, но понять ее злобу я могла. Кэора, оказывается, тоже была из Даагонских, правда, из другого дома, или клана, как называли дома за пределами Даагонии, – Кэль-Деон, дом воздуха. Всего у Даагонских было шесть домов: Аль-Шион – первый предок получил стихию воды, Кэль-Деон – воздух, Иль-Саро – огонь, Фэль-Ирэт – земля, Мэль-Фэро – металл и наследный дом Теро-эль, который хоть и считался первым среди равных, но управлял Даагонией все же Совет Старейшин, куда входили главы всех домов. Аль-Шион в Совете представлял дед Арта, Ирван.

Вообще, за эти две недели я достаточно узнала о Даагонских, даже без учета того, что мне расскажут уже после всех обрядов, чтобы испытывать настойчивое желание бежать. Оказалось, что ко всему прочему у Даагонских строгая иерархия и серьезные наказания за неподчинение. Например, за отказ отправиться на Землю в выбранный Советом срок предусматривалось пятьдесят ударов плетью, год запрета на пользование магией и принудительная телепортация. Или, например, за отсутствие на любом общественном мероприятии Даагонских без уважительной причины – три года блокировки магии и месяц карцера. Жуть! Но пока Меарис рассказывала только общую историю сего дивного клана, обещая, что все правила и порядки мне объяснят позже. Угу! Даже знать не хочу.

С Артом дело обстояло не лучше. Теперь на всех ужинах или при встрече он был сама галантность и предупредительность. Обаятельная улыбка не сходила с его лица, и он каждый вечер спрашивал, не хочу ли я прогуляться по саду, прекрасно зная, что у меня очередной урок с его мамочкой. Правда, один раз я согласилась, попросив зайти за мной после занятий. Он пришел. В результате мы за получасовую прогулку так и не сказали друг другу ни слова. Проводив меня до комнаты, он ехидно поинтересовался, довольна ли я прогулкой. Прошипев, что просто в восторге и согласна так гулять каждый вечер, я захлопнула дверь у него перед носом. Мою мстительную натуру тешило одно: до свадьбы и в течение года после нее, а также на время беременности жены плюс год после внебрачные связи для Арта – табу. Это радовало, хотя я и понимала, что ограничения эти временные.

– А, вот ты где! – вывел меня из задумчивости голос Меарис. – Грустишь?

Я пожала плечами:

– Да нет. Ты что-то хотела?

– Дорогая, у меня отличная новость! Завтра состоится ваша свадьба! Ты счастлива? – Она заглянула в мое перекошенное лицо. А что, не видно, что я в восторге?

– Конечно. – То, что я изобразила на лице, видимо, было недостаточно убедительно, раз она так громко икнула.

– Ну вот и хорошо. – Меарис все же сделала вид, что ничего не заметила. – На рассвете свадьба, а в полночь проведем обряд инициации. Зачем время терять, да?