В комплекте – двое
Шрифт:
Амулет встретился с моим огнем где-то в середине пути ко мне и… Такого никто не ожидал, включая меня и Сташи!
Это было похоже на столкновение двух метеоритов. Казалось, в месте столкновения небольшого кружка металла и огненной стены взорвалось маленькое солнце, раскинув свои щупальца во все стороны, опаляя всех находившихся поблизости. Это было страшно! Нет, даже не так! Я пришла в ужас от содеянного. Разве стоит одна моя жизнь жизни нескольких десятков ни в чем не повинных людей? Это же я сама накалила ситуацию…
Но следующим чувством, возникшим словно все из того же огня и пожиравшим
Ярость моментально прочистила мне мозг, и в голове четко высветился приказ. Огонь, словно послушный щенок, повиновался, втягивая свои щупальца внутрь себя, кроме одного…
И тут же мои глаза открылись, и действительность навалилась во всей своей угрожающей реальности. Поляну огласили крики, стоны и плач. Я смотрела на людей, попадавших на землю. Обожженные лица, руки, шеи, одежда в саже и дырах, потрескавшиеся губы и закрытые глаза, из которых текли слезы… И Расхарт, безвольной куклой лежавший практически на амулете.
Повинуясь внутреннему чутью, я скользнула к мужчине и провела над ним рукой. Не знаю, что на меня нашло, но я чувствовала, что это правильно. И произошло нечто удивительное. Прямо на глазах кожа Расхарта светлела и разглаживалась, и уже через минуту он сел, непонимающе тряся головой.
– Что это было? – хрипло спросил он.
Я не стала отвечать. Неизвестно насколько долговечна эта моя способность. Поэтому, не теряя времени, я начала быстро обходить всех пострадавших. Последним я подошла к Лэсситу. Может, это было мелочно с моей стороны, но он заслужил. Закончив, вернулась к сидящему на земле Расхарту.
– Как ты себя чувствуешь?
– Хм… Ну, можно сказать, что я в шоке. Это была весьма наглядная демонстрация силы.
– Не я это начала, – буркнула я, поднимая с земли амулет.
Ого! На обратной стороне четко проступал символ Даагонских, со значком стихийника огня. Амулет вспыхнул на ладони и окатил ласковым теплом, признавая меня хозяйкой. В голове тут же всплыли сказанные вскользь слова Итарона, что все амулеты, сделанные Даагонскими, всегда подчиняются строгой иерархии: создатель амулета – его ближайшие родственники – члены семьи – род – Даагонские – владелец. Неудивительно, что в данной ситуации амулет не причинил мне вреда. Даже не активируй я свое кольцо, ничего бы со мной не произошло. Такими вещицами обменивались все члены родов, ведь обычно у каждого есть только своя сила.
– Я требую объяснений! – прогремел над нами резкий и злой голос Лэссита.
Подняв голову, я даже опешила от искажающей его лицо ярости. Но ответить не успела, меня опередил Расхарт.
– Требуешь? – прошипел наемник. – Ты что, слепой? Ты что, не видел, что начала все Сташи? Или это такая попытка защитить свою очередную любовницу? Кстати, не подскажешь, как давно ты с ней развлекаешься, а?
Лэссит попятился. Судя по его замешательству, можно сделать вывод, что отношения начались еще во время «счастливых» времен Расхарта и Сташи. Вот так друг, однако.
– Да что ты несешь! – вскричал,
– Ее никто не заставлял швырять в спину Нэялин такой опасный амулет, – сухо отрезал Расхарт, мрачно глядя на уже, наверное, бывшего друга. – Раз уж решила использовать, то надо быть готовой, что его сила может обернуться и против нее самой. Кстати о бесчувственности… Как бы отреагировал, если бы амулет сработал и Нэя сгорела прямо тут, у всех на глазах?
– Она бы не сгорела, – слегка стушевавшись, буркнул Лэссит. – Сташи просто неудачно пошутила…
– Да? – дружно удивились мы с Расхартом. Нечего себе шуточки.
– Лэс, ты совсем идиот? – тихо спросил Расхарт. – Или у тебя в голове помутилось? А может, выпил чего?
– Прекрати, – устало бросил караванщик. – Я уже видел этот амулет в действии. Максимум на что он способен – это оставить без волос и обжечь лицо… А Сташи пострадала серьезнее…
– Максимум? – не выдержала я. – То есть, по-твоему, ничего страшного, что девушка навсегда останется изуродованной? Так? И твоя ненаглядная уже не раз проделывала это? Да… – Договорить я не успела – мою щеку опалило болью.
Расхарт обхватил взбешенного Лэссита, который, брызжа слюной, орал:
– Не смей так говорить, тварь! Пока тебя не было, все было нормально! Это из-за тебя все! Ты одна такая хорошая, да? Вся такая правильная, чистая, только вот не замечаешь, что оставляешь после себя только разрушение и ненависть… Довольна, да? Я дал тебе шанс добраться до Карста, я был добр к тебе, справедлив, все, что от тебя требовалось, – это следить за дорогой! Но тебе же было не до этого, да? Ты только и делала, что флиртовала то с одним, то с другим… А в результате погибли мои люди! Мой племянник лежит без сознания, и неизвестно, выкарабкается он или нет! Ты умудрилась рассорить меня с другом. Думаешь, у Расхарта их много? Ты, такая совершенная, ты останешься с ним после поездки, а? Когда все закончится, будет он тебе нужен такой? А Сташи его терпела! И да, я спал с ней! Почему бы и нет? В отличие от тебя она из себя благородную не корчит! И вот теперь ты ее изуродовала! Ну что, довольна? Я требую, чтобы ты сейчас же покинула мой караван! Хотя нет, вылечи Сташи и убирайся, чтобы я больше тебя не видел. Поняла?!
Поняла ли я? Нет, я ничего не поняла! Искаженное гримасой лицо Лэссита не оставляло сомнений в том, что он не шутит. Он действительно так думает! И это было… страшно. Такой грязной, облитой нечистотами и обиженной я не чувствовала себя еще ни разу. Даже когда про мужей узнала, и то было легче, чем сейчас. Хотелось только одного – сбежать! Сбежать от них всех, от этой несправедливости, жестокости. Просто спрятаться где-то…
Я не осознавала, что плачу, только когда поняла, что не могу уже вдохнуть ни грамма воздуха, и приоткрыла рот, почувствовала на губах соленую влагу. Но сил скрыть эти предательские слезы тоже не было.