В логове льва
Шрифт:
– И отступили после первой же стычки, – подхватил Линкольн. – Можем ли мы продолжать без них?
– Можем, – откликнулся Пирс. – Впрочем, сомневаюсь, что добьемся многого. Британский королевский род повязан родственными узами с половиной коронованных особ Европы и пользуется заметным влиянием. Пальмерстон наверняка доложит обо всем королеве, возложив вину за все случившееся сегодня на нас. Маловероятно, что этот форум сможет продолжаться после того, как королева Виктория выразит свое недовольство прочим коронованным особам. Политиков, уполномоченных принимать решения, отзовут, а тут останутся только посредственности и марионетки, каковые наверняка будут блокировать любое
– Что ж, – кивнул Линкольн, – нам нужно сыграть свою роль в представлении, а не отступать при первых же раскатах пушечной пальбы. Будь оно хоть трижды представление, мы высидим его до конца. Британия не сможет обвинить нас, что мы угрожаем миру в Европе, или воспрепятствовать заключению торговых соглашений.
Предсказание Пирса сбылось до йоты. Последовали обсуждения повестки дня, но в них участвовали только мелкие сошки, а главы делегаций сбегали один за другим. К исходу первой недели их примеру последовал и Линкольн.
– Слишком много болтовни, слишком мало дела, – пояснил он. – Посол Пирс, оставляю вас во главе делегации, поскольку в Вашингтоне меня ждут неотложные дела.
– Понимаю, господин президент, – угрюмо кивнул Пирс. – Генерал Шерман, могу ли я рассчитывать на вашу помощь?
– Увы, нет. Я сопровождаю президента в Остенде, где по сей день стоит на якоре крейсер ВМФ США «Диктатор». Мы знаем, что вы сделаете все возможное.
Пирс с тяжким вздохом кивнул. Конференция, сулившая такие большие перспективы, обернулась фарсом. Послу же осталось лишь проводить отбывающую президентскую команду мрачным взглядом.
– А вы двое так и не надумали открыть мне, что вы там затеваете? Что за таинственные дела влекут вас за мной в Остенде? – поинтересовался Линкольн у Фокса и Шермана, как только все трое оказались в карете. Их упорное молчание только разжигало его любопытство.
– Не смеем, – просто ответил Фокс. – Если о том, что мы делаем, просочится хотя бы шепоток – боюсь, международные последствия могут быть просто катастрофическими.
– Вот теперь вы меня заинтересовали по-настоящему. Но… – Линкольн упреждающим жестом поднял ладонь, – расспрашивать больше не буду. Однако обещайте мне, пожалуйста, доложить обо всем, как только ваша миссия завершится.
– Вы узнаете обо всем первым, уж это-то я вам обещаю.
Вернувшись в гостиничный номер, генерал Шерман вытащил из комода и гардероба всю свою одежду и разложил на кровати, после чего отпер чемодан. Внутри обнаружился лист бумаги, которого не было, когда Шерман запирал чемодан много дней назад. Поднеся лист к свету, льющемуся из окна, он прочел:
За вами пристально следят британские агенты. Подымайтесь с президентом на борт судна ВМФ США «Диктатор». Дальнейшие инструкции получите у мистера Фокса.
Подписи не было.
Приготовления были сделаны с большим упреждением, и для президентской команды – а также для немалого отряда вооруженных офицеров бельгийской гвардии – был забронирован целый вагон. Король Леопольд испытает громадное облегчение, когда американцы в целости и сохранности подымутся на борт военного корабля в Остенде, но до того их будут неусыпно охранять. Путешествие было совсем недолгим, сперва поездом, потом в экипаже. Едва Шерман успел ступить на палубу, как моряк попросил его пройти в офицерскую кают-компанию. Там его ждал Гус Фокс вместе с озадаченным офицером флота.
– Генерал Шерман, это старший
– Рад познакомиться, капитан, – произнес Шерман, прекрасно догадываясь, что замышляет Фокс. И как только Фокс заговорил, его догадка подтвердилась.
– Я поведал капитану Уилсону лишь тот простой факт, что мы с вами предпринимаем миссию, имеющую величайшее значение для нашей страны. А также то, что она может оказаться крайне опасной. Конечно, будучи военным, он может просто получить приказ сопровождать нас. Однако, принимая во внимание опасность – не говоря уж о деликатности – этого поручения, я счел, что решение должно оставаться за ним. Посему я спросил его, поможет ли он нам, не получив пока более никаких сведений. С радостью сообщаю, что он идет добровольцем.
– Рад слышать, капитан, – откликнулся Шерман. – Хорошо, что мы можем рассчитывать на вас.
– Наоборот, это я рад. Буду откровенен, генерал. Все это кажется мне чересчур таинственным, и при других обстоятельствах я мог бы пересмотреть свое решение. Однако не могу не ухватиться за шанс послужить под вашим началом. Наша страна обязана своим существованием вашей доблести, и я полагаю ваше предложение за великую честь.
– Спасибо, капитан. Я уверен, что Гус откроет вам все при первой же возможности. А пока нам придется получать инструкции от него.
– Давайте начнем с этого, – с этими словами Фокс выудил из-под стола шляпную картонку и открыл ее, чтобы извлечь три шелковых цилиндра. – Это самое непохожее на форменные головные уборы, что мне удалось раздобыть впопыхах. Надеюсь, я купил подходящие размеры.
Все трое принялись обмениваться шляпами, с улыбками примеряя их, пока каждый не удовлетворился выбором.
– Вполне подойдет. – Поглядев в зеркало, Фокс залихватски сдвинул шляпу набекрень. – Далее. Пусть каждый уложит чемоданчик с личными предметами первой необходимости. Пожалуйста, никакой одежды, о ней позаботятся позже. Встречаемся здесь же в полночь. И пожалуйста, наденьте брюки без лампасов. Шинели для вас я приготовлю, тоже без знаков отличия. Капитан обещал, что перед тем, как мы покинем корабль, он отправит в порт достаточно много вооруженных матросских патрулей, чтобы они прочесали территорию и устранили всех незваных гостей. Это крайне важно, поскольку мы должны уйти незамеченными.
– И куда же мы направимся? – осведомился Шерман.
На это Фокс лишь с улыбкой прижал палец к губам.
– Скоро узнаете.
Палубу не озарял ни единый лучик света, когда они, вскоре после полуночи, нырнули во тьму. Да и в порту не видно было ни души. Путь вниз по трапу пришлось отыскивать ощупью: в эту безлунную ночь путь им указывали только звезды. На пристани смутно виднелся какой-то черный силуэт, и только ржание лошади подсказало, что их ожидает экипаж.
– Entre, si vous plais, [10] – прошептал кучер, открывая перед ними дверцу. Не успели все трое усесться, как экипаж дернулся, приходя в движение. Окна были задернуты плотными шторами. Они не могли озирать окрестности – зато никто не мог заглянуть внутрь. Все трое хранили молчание, без сетований снося толчки экипажа, подскакивающего на ухабах, но вскоре он выехал на ровную дорогу и набрал скорость.
10
Входите, пожалуйста (фр.).