В логове львов
Шрифт:
– Вы осторожный человек, – сказал он Борису.
– Как и вы. Диктуйте номер телефона.
Эллис назвал ему номер. Борис записал его в блокнот, лежавший рядом с аппаратом, и начал набор.
Остальные молча ждали.
– Алло! – сказал Борис. – Я звоню вам по поручению Эллиса.
Возможно, голос чужака не спугнет ее, надеялся Эллис. Она так или иначе ждала странного звонка. Он ведь ясно дал ей понять: «Не обращай внимания ни на что. Запомни только адрес».
– Что? – раздраженно спросил Борис, и Эллис подумал: какую глупость
Наступила еще одна пауза.
Просто сыграй свою роль, Джейн! – мысленно умолял ее Эллис.
– Да, это очень хороший отель.
Брось болтать о пустяках! Просто скажи, что выполнишь поручение!
– Спасибо, – ухмыльнулся Борис и добавил с сарказмом: – Вы очень любезны.
После чего дал отбой.
– Она знала, что я русский. Как ей стало известно об этом?
Эллис даже растерялся на мгновение, но потом все понял.
– Она – профессиональный лингвист и умеет различать иностранные акценты, – объяснил он.
Тут впервые заговорил Пепе:
– Дожидаясь прибытия этой девицы, не пора ли взглянуть на деньги?
– Будь по-вашему.
Борис ушел в спальню.
Пока он отсутствовал, Рахми тихо прошипел Эллису:
– Я никак не ожидал от тебя таких трюков!
– Разумеется, не ожидал, – отозвался Эллис притворно равнодушным тоном. – Если бы ты знал о моем плане, он бы не сработал как мера предосторожности, верно?
Борис вернулся с большим коричневым конвертом и передал его Пепе. Тот вскрыл конверт и принялся пересчитывать купюры достоинством в сто франков каждая.
Борис взялся за пачку сигарет и прикурил одну из них.
А Эллис продолжал размышлять: надеюсь, Джейн не станет тянуть со звонком «Мустафе». Мне следовало настоятельно внушить ей, насколько важно передать сведения немедленно.
Через какое-то время Пепе сказал:
– Здесь вся обещанная сумма.
Он вложил деньги в конверт, облизал край, смазанный клеем, запечатал его и положил на край журнального столика.
Несколько минут четверо мужчин сидели в полном молчании.
– Вы живете далеко отсюда? – спросил Борис у Эллиса.
– Пятнадцать минут езды на мотороллере.
В дверь постучали. Эллис всем телом напрягся.
– Она быстро ездит, – сказал Борис и открыл дверь. – Но это всего лишь кофе, – констатировал он злобно и вернулся в свое кресло.
Двое официантов в белых пиджаках вкатили в комнату тележку. Они распрямились и повернулись, держа в руках пистолеты M.A.Б. модели «Д», – штатное оружие французских полицейских.
– Никому не двигаться! – отдал приказ один из них.
Эллис чутьем понял, что Борис готовится к прыжку. Почему детективов только двое? Если Рахми наделает глупостей и его подстрелят, у Пепе и Бориса появится возможность напасть на полицейских и обезоружить их…
Распахнулась дверь
Борис сразу же расслабился. На его лице отобразилось отстраненное выражение.
Только сейчас Эллис осознал, что надолго затаил дыхание, после чего издал глубокий вздох.
Все было кончено.
В комнату вошел человек в мундире офицера полиции.
– Ловушка! – воскликнул Рахми. – Это все-таки оказалось ловушкой!
– Заткнись! – сказал Борис, и его хриплый голос снова заставил Рахми молчать. Затем он обратился к офицеру: – Я решительно протестую, ваши действия возмутительны, – начал он. – Прошу заметить, что…
Полицейский ударил его прямо в зубы обтянутой перчаткой рукой.
Борис прикоснулся к губам и посмотрел на кровь, оставшуюся у него на пальцах. Его манера поведения сразу же радикально изменилась, когда он понял, насколько серьезно положение, чтобы рассчитывать хитростью выйти сухим из воды.
– Запомните хорошенько мое лицо. – Он обратился к офицеру с замогильным холодом в голосе. – Вам еще доведется его увидеть.
– Но кто же предатель? – взволнованно вопрошал Рахми. – Кто нас выдал?
– Он. – Борис указал на Эллиса.
– Эллис? – переспросил Рахми в полнейшем изумлении.
– Телефонный звонок, – напомнил ему Борис. – Адрес отеля и номер комнаты.
Рахми уставился на Эллиса. В его взгляде читались нескрываемая обида и боль.
Еще несколько полисменов в мундирах вошли в апартаменты. Офицер указал на Пепе.
– Это Гоцци, – назвал он фамилию. Двое рядовых надели на Пепе наручники и увели. Офицер посмотрел на Бориса. – А вы кто такой?
Борис напустил на себя скучающий вид.
– Меня зовут Йан Хохт, – ответил он. – Я гражданин Аргентины…
– Не трудитесь понапрасну, – оборвал его офицер с отвращением. – Уведите этого человека. – Потом обратился к Рахми: – Ну а вы что скажете?
– Мне нечего вам сказать! – Рахми сумел заставить свою фразу прозвучать поистине героически.
Офицер отдал распоряжение простым движением головы, и на Рахми тоже нацепили наручники. Пока турка уводили, он прожигал Эллиса ненавидящим взглядом.
Арестованных спустили вниз на лифте по одному. «Дипломат» Пепе и конверт, набитый купюрами, запечатали в полиэтиленовые пакеты. В номер вошел полицейский фотограф и установил штатив.
Офицер сказал Эллису:
– Перед отелем припаркован черный «Ситроен-ДС», – с явной неохотой добавив обращение: – Сэр.
Что ж, я снова на стороне закона, подумал Эллис. Какая жалость, что Рахми куда как более симпатичная мне личность, чем этот полицейский.
Он тоже спустился на лифте. В вестибюле гостиницы стоял управляющий в черном пиджаке и в полосатых брюках. На его лице застыло выражение уязвленного самолюбия, когда он увидел, как все больше представителей полиции бесцеремонно врываются в его заведение.