В мозг
Шрифт:
Дело в том, что интерфейс ММ по многим позициям коррелировал с моей экономической теорией. В отношении тех же самых производителей, в частности. Согласно моей теории, истинными владельцами любой изготовленной вещи являются ее первоначальные производители, а вовсе не юридические собственники, в том числе последующие приобретатели. Если человек изготовил вещь, она принадлежит ему – это естественное, не отчуждаемое право производителя на вещь, которого современная антиэкономика не признает. Интерфейс ММ указывал на истинных производителей вещей, а вовсе не на их ложных,
Когда я «углублял» взгляд на ботинке, интерфейс выдавал башенку в сотню бляшек – переход на чужие ММ. Это были истинные производители ботинка. В противном случае, при указании на юридического владельца, я должен был получить ссылку на самого себя. Но ММ игнорировало ошибочные экономические теории, останавливая выбор на единственной верной теории – моей. Маркс что-то вякал по поводу того, что верна его экономическая теория, но он постыдно заблуждался. Заблуждения сделались совершенно очевидными после появления моей экономической теории: не так давно, собственно – всего несколько дней назад. Поэтому оставим Маркса в покое, а возвратимся к бляшкам, указывающим на истинных производителей вещей.
То, что бляшки указывают на производителей, а не на кого-то еще, я догадался после того, как обнаружил: интерфейс появляется при «углублении» взгляда далеко не на все вещи. Появление интерфейса вызывали вещи только искусственные, то есть изготовленные человеком. Выросшие в дикой природе деревья, также дождевые капли, также дикие птицы не давали аналогичного эффекта. Проживание в городе, где все окружающие вещи искусственные, первоначально сбивало с толку, но прогулка в выходной день в Сокольники, вместе со Светланой, дало новую питательную пищу для разума.
В Сокольниках имелось множество диких деревьев, травинок, былинок и прочее. При «углублении» взгляда на эти вещи, интерфейс возникал, но в обнуленном состоянии: цифровые показатели, равно как бляшки перехода, отсутствовали. Так я догадался, что интерфейс выдает данные исключительно по искусственным вещам – остальное было делом техники.
Я свою экономическую теорию долго разрабатывал, на протяжении нескольких лет – о многом за прожитое время передумал. Как видно, не напрасно. То, что интерфейс Мозгомирья совпал с моими представлениями об экономической сущности явлений, свидетельствовало о научной прозорливости. Я всегда догадывался о том, что являюсь научным гением, а сейчас получил объективное подтверждение. Это как охотник, много лет догадывавшийся о существовании диковинного животного. Охотнику никто не верит, все над смеются и указывают пальцем. А охотник отправляется на очередную охоту в джунгли и – что бы вы думали? – первым встречает диковинного зверя, тем самым закрепляя за собой научный приоритет. При наличии фотографий, чучела и свидетелей научное открытие состоялось.
Всем перечисленным я располагал. Я обладал совершенно объективным явлением – Мозгомирьем. Существовал и свидетель, в лице непосредственного начальника. Имелся ботинок, установить производителей которого было, конечно, сложно, но совершенно не нужно. Достаточно было знать,
Нет, я точно был экономическим гением! Сама природа указывала на меня как достойного толкователя и исследователя.
Глава 8. В зоопарке
Помимо исследования ММ, в выходные я занимался Светланой. В пятницу проводил ее до дому, в субботу мы гуляли в Сокольниках, а в воскресенье отправились в зоопарк. Не знаю, что на меня нашло – впрочем, должен же я был ее куда-нибудь пригласить?! Договорились сначала, для моциона, прогуляться по зоопарку, потом пообедать.
Мы гуляли по зоопарку – вокруг пруда, смотрели зверушек и птичек и болтали. Ради забавы, я проник…
[…сначала в свое ММ, а из него…]
[[…в ММ Светланы. ]]
[[Сейчас я нахожусь в светланином ММ и наблюдаю сразу из двух точек: из себя самого, также из Светланы. Когда я произношу фразы, они раздаются одновременно и в реальности, и в ММ. Правда, в ММ фразы не звуковые. Вероятно, за счет этого фразы параллельных реальностей не накладываются друг на друга, а существуют как бы по отдельности. ]]
– Свет, тебе нравится работа?
Это я произнес в реале.
[[Одновременно парень, которого я вижу перед собой произносит: ]]
[[– Свет, тебе нравится работа?]]
[[Этот парень – я сам, разумеется. Если смотреть на себя глазами Светланы, я неплох. Обычный парень – по виду, и не скажешь, что гениальный экономист. С этой точки зрения Светлана посимпатичней: вот у нее какие ножки стройные и сиськи выпирают. Очень привлекательная девушка. ]]
– Работа меня устраивает. Маркетингом интересно заниматься. Только платят мало, хотелось бы побольше.
[[То же самое произносит мой реципиент в ММ.]]
[[Я согласно киваю, беру девушку за руку и увлекаю вперед…]]
…проделав то же самое в реальности.
В таком необычном раздвоении наша беседа и продолжалась – пока мы не добрались до вольера с орангутангом.
Орангутанг произвел на меня неожиданно сильное впечатление. Он слишком походил на человека: массивный, обросший длинными рыжими волосами, с выдвинутой вперед мордой и грустный.
Зачарованные, мы остановились напротив. Орангутанг – за время пленения, видимо, привыкший к неволе, а может, в ней родившийся – смотрел сквозь нас ровно, не обращая внимания.
Я протянул стеклянный луч к его волосатой голове и установил мозговую связь.
[Вспышка – но не такая, как обычно, а наполненная темным пламенем. Мириады разноцветных нитей, но среди них преобладают багровые и фиолетовые.]
[Взглядом из-под свисающей со лба шерсти я осматриваю окружающий мир. Этот мир искажен, то есть перспектива у его искаженная. Мир как будто сдвинут набок. Смещены акценты: в том смысле, что окружающая обстановка вроде та самая – московского зоопарка, – но взор нечеловеческий. Да, теперь я хорошо понимаю, что нечеловеческий. Из-за этого, наверное, странная перспектива.]