В начале было...
Шрифт:
Мужчина переглянулся с женой.
— Почему бы и нет, если это не сильно напряжет хранителя и его друга.
Сергей, бодро прошел через импровизированную калитку, постучал во внутреннюю дверь. На пороге сразу же возникла Марта.
— А, Сергей! Заходи! Мы тут немного отмечаем праздник! Наконец-то, Улана стала полноправной наложницей! Дай я тебя обниму! Заходи, чего стоишь, как не родной! Хратгар с мальчиками, второй бочонок пива допивает!
— Нет, Марта, я на минутку, спросить, можно ли гостей, альфар к вам в баню пустить, троих?
Марта недоуменно
— Ты чего, хранитель?! Конечно можно! Наш дом — твой дом! Твои гости — наши гости! Мог бы и не спрашивать, а сразу вести! Сейчас все сделаем! — и повернувшись внутрь дома громко закричала, — Викен! Ульрих! Быстро баню истопить! И пива отнесите, хранитель с гостями париться пойдет! Точно не зайдешь? Нет? Ну ладно. Жаль, конечно. И завтра не получится, скорее всего, да? Темные придут. Хотя, мы все равно, баньку затопим!
Возвращаясь за стол, Сергей застал интересную картину обсуждения, застав только последнюю часть фразы, брошенную Наядой.
— …а если он обиделся?
— Ну все, минут пятнадцать, и поверьте на слово, смоете с себя не только грязь и пот, но и усталость, и заботы последних дней. Эээ, что-то случилось? Я что, что-то не так сказал или сделал?
Саурус встал, за ним поднялись и женщины, посчитав, что они решили откланяться и уйти, Сергей тоже поднялся, раздумывая, чем мог их обидеть. Но, глава семейства, степенно и глубоко поклонился, с трудом сделал торжественное лицо, было видно, что алкоголь хорошо успел усвоиться, и, таким же торжественным голосом, начал вещать.
— Хранитель, мы приносим свои глубочайшие извинения за то, что за все это время не смогли вручить свой дар тебе!
— Тьфу, блин! Напугали! Я уж было подумал, что сделал что-то не так и вы домой собрались, обиделись на меня. Нашли из-за чего извиняться! Успокойтесь, не нужно извинений. Все нормально! Садитесь вы уже.
— Нет, хранитель, мне стыдно, что я забыл об этом. Прошу меня простить.
— Да успокойся ты! Ты прощен, все нормально, присаживайся. В ногах правды нет.
— Хранитель, — продолжил таким же торжественным тоном вещать Саурус, — мы просим тебя, принять наложницей, или женой, если на то будет воля хранителя, нашу дочь, Сати эр Сатих дэр Наус. — При этих словах девушка, слегка поклонилась, как бы представляясь. — Передаем ее, по ее доброй воле и без ее стороннего принуждения.
«Твою мать!» — только и подумал Сергей.
— Я, Сергей, из рода Нарышкиных, принимаю Сати эр Сатих дэр Наус в свой род, пока ее цвет не завянет, или пока смерть не разделит нас. — А в голове только мысль «Твою мать, если так дальше пойдет, что делать с ними тогда?» — Да садитесь вы уже! Давайте отметим, что-ли, это дело!
— Фух! — Шумно выдохнула Наяда. — Извини хранитель, это я виновата! Совсем из головы вылетело. А как услышала, что у гноманов праздник, по случаю становления полноправной наложницей, так мне, как стрелу в висок стукнуло, что мы не передали тебе дар!
— А я тебе сказал, что хранитель, хороший чел! Не станет он обижаться по этому поводу! Давайте и правда, отметим! — Саурус, поднял свою рюмку. — Хочу
Сергей закашлялся, да так, что брызнули слезы.
— Спасибо, интересный тост! Выпьем!
Беседа перетекала из одного русла в другое, хорошенько захмелевшие альфары начали рассказывать свои анекдоты, перешли на традиции. В вечерней прохладе хмель быстро выветрился, и вскоре, пришел Ульрих, что «баня ух, как хороша!».
Сергей вошел первым, начал скидывать с себя одежду, за ним следом вошли альфары, с интересом глядя за тем, как он обнажается и заворачивается в простыню. Но, надо отдать должное главе семейства, тот, недолго думая, скинул одежду, подавая пример женщинам, замотался, по примеру Сергея, простыней, прошел внутрь. Сергей забежав в парилку, поддал немного пара, заварил веник, заскочил в душ, ополоснулся, Саурус повторил все тоже самое, подхватив мокрого альфара под локоть, потащил в парилку. Присев на лавке, Сергей начал рассказывать о сути бани.
— Понимаешь, тут в чем суть, мы сейчас паримся, поры по всему телу раскрываются, потом в прохладный душ, а лучше, вообще в ледяную прорубь! Поры очищаются! Потом опять в парилку, чтобы соль из организма выгнать, да еще и веником пройтись! Потом перекур с пивком или квасом, и опять в парилку! Несколько раз так делаешь, и сразу чувствуешь, как из легких весь шлак вылетает! Вот, смотрю, вспотел! А теперь в душ! Вперед, а я за тобой!
Следом за мужчинами, зашли женщины, но вскоре выскочили, раскрасневшие, как раки, рванули в душ. Из душа вышли уже намного более расслабленными, чем входили. Кега с пивом обнаружилась рядом со столом. Сбоку висела наклейка — пиво пшеничное. И где найти только успели? Отметил про себя Сергей, хотя, знаяХратгара, и его отменный нюх на пиво, особо не удивился. Налив 4 стакана, выставил на стол.
Закончилась помывка далеко за полночь, когда довольные и расслабленные альфары отправились домой, оставив дочь в доме у Сергея.
Первым делом, вернувшись домой, он проведал сынишку, потом прошел к себе в спальню, Уланы не было, в гостевой комнате девушка тоже отсутствовала.
— Ты ищешь первую, Улану, хранитель? — Тихо спросила стоявшая посреди комнаты Сати. — Она сказала, что останется у родителей, ведь это и ее праздник.
— Хорошо, что предупредила, а то я уже переживать начал. Ладно, как бы то ни было, Куда бы тебя спать положить?
Девушка, плавным движением рук скинула лямки платья, которое медленно упало к ее ногам, оставшись стоять обнаженной, перед удивленным взглядом Сергея, залюбовавшимся ее телом. Ее тонкой женственной фигурой, высокой грудью, со вздернутыми чуть вверх сосками и полным отсутствием растительности на теле.
— С собой, хранитель. Сегодня я сплю с тобой. — У Сергея появилось острое желание сделать жест «рука-лицо», но сдержался. Прошлепав босыми ногами мимо Сергея в спальню, девушка залезла под одеяло и призывно протянула к нему руки. «Твою мать!» — только и подумал он.