В объятиях любви
Шрифт:
Говоря это, он обнял Аспазию и их губы соединились.
Он целовал ее очень нежно, она стала отвечать ему, и, продолжая целовать ее, он знал, что разжигает в ней маленькое пламя.
И тогда Аспазия произнесла с ноткой страсти в голосе,
— Я люблю.., тебя.., и хочу быть.., ближе и ближе.., к тебе, чтобы я смогла.., смогла сказать тебе, как сильно я… люблю тебя.., и я.., больше.., не боюсь ничего.., потому что я в твоих руках.
Маркиз снял свой халат и лег на кровать, и когда Аспазия придвинулась ближе к нему, и он ощутил тепло ее тела, прижавшегося к нему, он подумал, что не ведал до сих пор о существовании такого счастья.
Глядя на него в слабом свете свечей, пробивавшемся сквозь кружевной полог, она сказала:
— Я хотела, чтобы.., мы были.., так прошлой ночью.., но я.., думала, что ты будешь очень.., шокирован, если я подвинусь.., ближе к тебе.
— Если бы ты только знала, как я хотел этого, — ответил маркиз, — но теперь, мое несравненное сокровище, мы поженились, и я могу прижать тебя сильнее, и еще сильнее.
— Я хочу быть еще.., ближе к тебе, — шептала Аспазия, — но когда ты целуешь меня.., это так восхитительно, что.., мне становится трудно.., дышать.
Она вздохнула.
— Это.., невозможно объяснить.., но, пожалуйста.., научи меня любви..,
— Я намерен сделать это, — сказал маркиз, и его голос был глубоким и слегка надрывным. — И это, моя восхитительная, твой первый урок.
Затем он целовал ее вновь, целовал ее губы, ее нежную шею.
Аспазии представлялось, как будто молния пронизывает ее тысячью всполохов, и ее дыхание становилось прерывистым и коротким.
— Я.., люблю.., тебя… О.., я люблю.., тебя!
Маркиз отодвинул ее рубашку и целовал ее грудь, а затем вновь ее губы, пока она протестующе не подняла руки.
— Я не пугаю тебя, мое сокровище? — хрипло спросил он.
— Нет.., но ты.., заставляешь меня чувствовать.., так… странно.
— Как?
— Как.., будто.., внутри.., меня.., горит огонь, но я все равно.., хочу, чтобы ты целовал меня.., и продолжал.., целовать меня больше и больше.., но мне все равно.., недостаточно.
— Моя нежная, чудесная маленькая жена.
Маркиз овладел ее губами, его рука касалась ее, и огоньки пламени в Аспазии разгорались все жарче.
И было невозможно более ни думать, ни бояться.
Она лишь знала, что маркиз уносит ее в небо, ворота небес были открыты. Когда они вошли в них вместе, они были едины на всю вечность, простиравшуюся перед ними.