В объятиях тьмы
Шрифт:
— Да.
Он приподнял брови.
— Стоило тебе попросить, и я бы купил его еще вчера. Не стоило подвергать себя опасности.
Шей изумленно захлопала глазами. Даже сведенные мышцы слегка расслабились — на миг она забыла, что он враг!
— Эвор никогда не пытался выставить Леве на торги. — В ее глазах заплескалась боль воспоминаний. — Он предпочитал держать его при себе, чтобы было кого помучить.
Его руки чуть разжались — для того, чтобы пальцы могли легонько
Начать хотя бы с этого тролля.
— Он продал бы собственную мать, предложи ему цену побольше, — проворчал Вайпер.
Долгая минута прошла, пока она неохотно подняла глаза, чтобы встретить его пристальный взгляд.
— Интересно, откуда бы мне знать, что вы охотно окажете столь высокую милость своей рабыне?
Его ладонь легла на ее затылок.
— Почему ты так охотно признаешь себя рабыней, если я сам еще до конца не уверен?
В ответ на его прямой выпад она растерянно заморгала:
— А кто я еще? Ты купил меня у работорговца. Владеешь амулетом, который приковывает меня к тебе независимо от моего желания.
— Хочешь вернуться назад к Эвору? Найти другого хозяина?
— Какая разница, чего я хочу!
— Отвечай на вопрос.
Буря чувств исказила ее лицо.
Смущение. Замешательство. Наконец, неохотное смирение.
— Нет, — прошептала она тихо.
Судорожно вздохнув, он завладел ее губами, впитывая жар ее дыхания, наполняя им свое существо. Сладостный вкус, в котором вампиру впору бы утонуть…
Нежно раздвинув языком губы Шей, он принялся исследовать влажные глубины ее рта. Из горла вырвался хриплый крик, когда ее руки вцепились в его плечи и она вдруг вернула поцелуй с той же отчаянной страстью, что билась в нем самом.
Словно молния сверкнула между ними, и Шей, судорожно вздохнув, отпрянула от него, глядя ему в глаза почти с ужасом.
— Вайпер!
Он вполголоса выругался. Тело протестующе сжалось, когда он со всей суровостью попытался прогнать непокорную страсть. Какого черта с ним творится?
Вампир, которому много веков от роду, наделенный безграничным могуществом и жизненным опытом! Не хватало еще предаваться оргии при свидетелях. Каким бы сильным ни было искушение.
— Ты права. Вряд ли это подходящее место для романтического свидания, — прошептал он. — И не время развлекаться.
Она глубоко вздохнула, и он почувствовал тяжесть ее маленьких твердых грудей. Черт!
— Как ты меня нашел? — спросила она.
— Я же говорил — территория охраняется.
Ее брови взлетели вверх.
— Так за
— Именно. — Вайпер повернул голову, с нарочитым вниманием рассматривая высокого вампира, который безмолвно стоял в отдалении, почти скрытый ночной тенью. Неудивительно, что Шей замерла в тревожном смущении.
Сантьяго представлял собой впечатляющее зрелище в кожаных брюках и черной майке, обнажающей его могучую грудь. Узкое лицо с высокими скулами, темно-карие глаза, унаследованные от предков-испанцев.
Достаточно было одного взгляда, чтобы определить его сущность.
Искусный воин, готовый убить, защищая членов своего клана.
Шей проглотила комок в горле.
— Он вампир. Не может быть, чтобы он дежурил, когда я уходила.
— Дорогая, сейчас не каменный век, — протянул Вайпер. — Территория охраняется с помощью сложной электронной системы — датчики движения, бесшумные сигналы тревоги, целая серия камер наблюдения, передающих сигнал на мониторы. Сантьяго сидел глубоко под землей, когда увидел, как ты нас покидаешь.
— Почему он не послал кого-нибудь меня остановить?
— Я приказал ему не задерживать тебя.
Ее глаза подозрительно вспыхнули.
— Почему?
— Я знал, что смогу легко проследить твой путь.
— Ты собирался за мной шпионить!
— Признаюсь, мне было любопытно. Но, что важнее, я хотел доказать тебе, что глупо пытаться от меня сбежать.
Ее лицо вдруг посуровело.
— Я знаю, что не могу сбежать. Не нужно выставлять часовых. Достаточно воспользоваться амулетом, и я буду вынуждена вернуться.
— Дело не в этом.
— Тогда в чем же?
Он обнял ладонями ее лицо.
— Какая-то могущественная сила уже не раз пыталась отнять тебя у меня. До тех пор пока мы не поймем, кто это, тебе не позволено гулять по собственному усмотрению.
Он ждал, что Шей разозлится.
Поразительно, но она приняла это совершенно спокойно. Лишь тревога зажглась в ее прекрасных глазах.
— Полагаешь, мне все еще грозит опасность?
— Сама как думаешь?
Она прикусила губу, потом тяжело вздохнула:
— Хорошо. Ты прав. Я сваляла дурака, отправившись сюда одна. Можешь теперь меня отпустить.
Вайпер обрадовался — она оказалась способна внять доводам разума, смирив свою неукротимую свободолюбивую натуру. Он улыбнулся:
— Какая жалость! — Его пальцы погладили волнующий изгиб ее шеи. — Мне бы хотелось держать тебя так подольше. Но разумеется, в моих фантазиях ни на мне, ни на тебе нет никакой одежды, не говоря уж о порхающей над нами горгулье.
— Я говорила тебе…