В ожидании
Шрифт:
Высокий полисмен зашевелился, искоса взглянул на Динни, словно почуяв не слишком ортодоксальный образ мыслей, и откашлялся.
– Благодарю вас, мистер Черрел.
Хилери вышел из свидетельской ложи, заметил племянницу и помахал ей рукой. Динни поняла, что слушание дела закончено и судья сейчас вынесет приговор. Он сидел молча, сложив вместе кончики пальцев обеих рук и пристально глядя на девушку, которая перестала утирать слезы и в свою очередь уставилась на него. Динни затаила дыхание. Ещё минута – и на чашу
– Состав преступления отсутствует. Подсудимая освобождается. Можете идти.
Девушка всхлипнула. Справа от Динни «ламповщик» прохрипел:
– Ну и ну!
– Эх! – выдавил высокий полисмен.
Динни увидела, что дядя провожает девушку. Проходя мимо племянницы, он улыбнулся:
– Подожди меня, Динни… Освобожусь через две минуты.
Выскользнув в коридор вслед за высоким полисменом, Динни остановилась, ожидая дядю. При виде того, что её окружало, у девушки мурашки поползли по коже, словно ей предстояло пойти ночью зажечь свет в кухне. Запах карболки щипал ей ноздри. Динни отошла поближе к выходу. Полисмен с сержантскими нашивками осведомился:
– Чем могу служить, мисс?
– Благодарю вас, я жду дядю. Он сейчас выйдет.
– Его преподобие?
Динни кивнула.
– Хороший человек наш священник. А девушку выпустили?
– Да?
– Что ж, бывают ошибки. Да вот и он, мисс.
Хилери подошёл к Динни и взял её под руку.
– А, сержант! – воскликнул он. – Как хозяйка?
– Превосходно, сэр. Вызволили-таки девчонку?
– Да. Теперь можно и трубку выкурить. Пойдём, Динни, – сказал Хилери и, кивнув сержанту, вывел девушку на воздух.
– Как тебя занесло сюда, Динни?
– Я зашла за вами, дядя. Тётя Мэй проводила меня. Эта девушка в самом деле не виновата?
– Почём я знаю? Но осудить её – значит прямиком толкнуть в ад. Она должна за квартиру, сестра у неё болеет. Постой минутку, я закурю.
Он выпустил клуб дыма и снова взял Динни под руку:
– Что я могу сделать для тебя, дорогая?
– Представьте меня лорду Саксендену.
– Бантамскому петуху? Зачем?
– Чтоб он помог Хьюберту.
– Собираешься обольстить его?
– Так вы устроите мне встречу с ним?
– Я учился с Петухом в Хэрроу. Он тогда был только баронетом. С тех пор мы не виделись.
– Но у вас же в кармане Уилфрид Бентуорт, а они соседи по имению.
– Ну что ж! Полагаю, что Бентуорт даст мне к нему записку насчёт тебя.
– Нет, это не то, что нужно. Я должна встретиться с ним в обществе.
– Гм, верно. Без этого тебе его не обольстить. О чём же всё-таки идёт речь?
– О будущем Хьюберта. Мы обязаны дойти до
– Понимаю. Послушай, Динни, Лоренс – вот кто тебе нужен. Во вторник Бентуорт едет к нему в Липпингхолл охотиться на куропаток. Ты тоже могла бы поехать.
– Я уже думала о дяде Лоренсе, но не хотела упустить случай повидаться с вами.
– Дорогая, – воскликнул Хилери, – прелестные нимфы не должны вести таких речей: это ударяет в голову! Вот мы и пришли. Зайди выпей чаю.
В гостиной Динни с удивлением увидела дядю Эдриена. Подобрав под себя длинные ноги, он сидел в углу в окружении двух молодых особ, по виду похожих на учительниц. Эдриен помахал Динни ложечкой и немедленно подошёл к ней:
– Можешь себе представить, Динни, кто явился ко мне сразу же после тебя? Сам злодей! Решил посмотреть моих перуанцев.
– Что? Халлорсен?
Эдриен протянул ей карточку: "Профессор Эдуард Халлорсен". Внизу карандашом приписано: "Отель "Пьемонт".
– Он оказался приятнее, чем я думал, когда столкнулся с ним в Доломитах. Он был тогда такой здоровенный, весь заросший бородой. Я бы даже сказал, что он – неплохой парень, если к нему подобрать ключ. Вот я и решил с тобой посоветоваться: не стоит ли поискать к нему ключ?
– Дядя, вы же не читали дневника Хьюберта!
– А хотел бы прочесть.
– Ещё прочтёте. Он, вероятно, будет опубликован.
Эдриен тихо свистнул.
– Обдумай все хорошенько, дорогая. Собачья драка интересна для всех, кроме собак.
– Время Халлорсена истекло. Теперь очередь Хьюберта бить по мячу.
– Прежде чем ударить по мячу, на него не вредно взглянуть, Динни. Разреши мне устроить небольшой обед. Диана Ферз пригласит нас к себе. Ночевать останешься у неё. Как насчёт понедельника?
Динни наморщила чуть вздёрнутый носик. Если на будущей неделе поехать в Липпингхолл, как она собирается, то в понедельник – удобнее всего. В конце концов, может быть, и стоит увидеться с этим американцем, до того как объявлять ему войну.
– Хорошо, дядя. Я вам очень признательна. Если вы налево, можно мне с вами? Хочу повидать тётю Эмили и дядю Лоренса. Маунт-стрит – это вам по дороге.
– Отлично. Подкрепляйся и пойдём.
– Я уже подкрепилась, – ответила Динни и встала.
VI
Удача не покинула Динни, и она застала своего третьего по счёту дядю на Маунт-стрит около его собственного дома, который он созерцал с таким видом, словно собирался его продавать.
– А, Динни! Входи, входи. Твоя тётка хандрит и будет рада видеть тебя.
Они вошли в холл, и сэр Лоренс прибавил:
– Мне недостаёт старого Форсайта. Я как раз прикидывал, сколько запросить за дом, если мы решим сдать его на будущее лето. Ты не знала старого Форсайта, отца Флёр. Это была фигура.