В пекарне

Бласко-Ибаньес Висенте

Но Тоно не далъ ему докончить. Трусъ! Подлецъ! Это для такихъ-то разговоровъ бродили они по улицамъ? Разобью я тебѣ сейчасъ морду.

Менутъ откинулся назадъ, чтобы избѣжать удара. У него тоже вспыхнуло желаніе тутъ-же накинуться на противника.

Но онъ сдержалъ свой порывъ при видѣ медленно приближавшейся и подпрыгивавшей на колеѣ дороги тартаны со спящимъ кучеромъ.

– Эй, кучеръ, остановись!

И шумно открывъ дверцу, Менутъ пригласилъ Тоно войти. Тотъ отступилъ въ изумленіи. У него не было ни гроша денегъ. И ради пущей выразительности, онъ прищелкнулъ пальцемъ.

Но Менуту хотѣлось покончить съ этимъ дѣломъ поскорѣе. – Я уплачу. – И онъ даже помогъ своему врагу войти въ экипажъ, войдя вслѣдъ за нимъ и быстро спустивъ жалюзи у оконъ.

– Ступай въ больницу!

Кучеръ не сразу понялъ, и Менуту пришлося повторить адресъ. Затѣмъ ввиду просьбы Менута не торопиться, экипажъ медленно покатился по улицамъ города.

Кучеръ слышалъ за собою шумъ, сдавленные крики, возню, точно сѣдоки смѣялись и щекотали другъ друга, и проклялъ свою собачью судьбу и скверно начавшійся день. Очевидно, это были пьяные, которые провели ночь за городомъ и желали теперь, въ порывѣ плаксивой нѣжности, навѣстить какого-нибудь больного пріятеля, прежде чѣмъ идти спать. Нетрудно себѣ представить въ какой видъ они приведутъ сидѣнья экипажа!

Тартана

подвигалась медленно и лѣниво среди утренняго движенія. Коровы обнюхивали колеса, однообразно позванивая колокольчиками; козы, испугавшіяся лошади, разступались, покачивая полнымъ выменемъ, кумушки съ половыми щетками поглядывали съ любопытствомъ на спущенныя въ тартанѣ жалюзи, и даже городовой насмѣшливо улыбнулся, подмигнувъ прохожимъ. Такъ рано, а уже по городу гуляетъ контрабандная любовь.

Въѣхавъ во дворъ больницы, кучеръ соскочилъ съ козелъ и сталъ поглаживать лошадь, тщетно ожидая, чтобы пьяные вышли изъ экипажа.

Но они не выходили. Тогда онъ подошелъ къ дверцѣ и увидѣлъ, что по желѣзной подножкѣ змѣится струйка крови.

– Помогите, помогите! – закричалъ онъ, распахивая дверцу.

Свѣтъ залилъ внутренность тартаны. Всюду была кровь. Одинъ человѣкъ лежалъ на полу, головою къ самой дверцѣ. Другой валялся на скамейкѣ съ бѣлымъ, какъ бумага, лицомъ; рука его сжимала ножъ.

Больничный персоналъ прибѣжалъ на зовъ кучера и, выпачкавшись въ крови до локтей, вынулъ трупы изъ тартаны, которая покодила на телѣгу, ѣдущую съ бойни и нагруженную окровавленнымъ и изрѣзаннымъ мясомъ.

Примечания

1

Sereno – ночной сторожъ.

2

Меnut (menudo) – маленькій, худой, тщедушный.