В погоне за ведьмой
Шрифт:
стаптывать ноги, но связываться с этой врединой я больше не собиралась. Уж
лучше пешком прогуляться по лесу, чем снова подвергать свою жизнь ненужному
риску. Запоздалая интуиция истерично вопила о том, что сегодня я буквально на
волосок разминулась со смертью. И с этим ведь не поспоришь. Мне
действительно несказанно повезло приземлиться в болоте и при этом не увязнуть
в трясине, так как глубина ила тут была по колено. А свались я на твёрдую почву,
ещё до утра растащили бы звери.
Представив во всех деталях столь безрадостную картину своей кончины, я
ужаснулась и даже какое-то время всерьёз подумывала о том, чтобы отказаться
от однажды пришедшей мне в голову рискованной затеи. Но потом во мне
ожидаемо взыграло упрямство, щедро подпитываемое любопытством, и я
решительно прогнала трусливые мыслишки подальше.
Ничего ведь со мной не случилось. Я жива и практически здорова.
Несколько синяков и ссадин ещё не повод сворачивать с полпути. Огорчало лишь
то, что я, кажется, осталась без средства передвижения, и вот это действительно
могло стать проблемой.
Какое-то время я размышляла над тем, способна ли безмозглая деревяшка
выжить из ума, и пришла к неутешительному выводу, что вот именно эта способна
на что угодно. В любом случае, доверять ей больше нельзя, равно как и иметь с
ней дело.
Позади снова послышался шорох, а мне в руку ткнулось деревянное
древко.
Осторожненько так, с намёком. Метла явно прониклась ожидающими её
перспективами и решила ко мне подлизаться.
Не выйдет.
Оттолкнув от себя подлизу, я решительно прибавила шагу, стараясь не
оглашать округу жалобными стонами и причитаниями, а то, если кто вдруг
услышит, стыда ведь не оберёшься. Как же, ведьма и не может себя исцелить. А
как прикажете лечить, если сумка с зельями утонула в болоте?
Углубляться в лес не хотелось, но другой дороги тут не было. Лишь эта
звериная тропа давала хоть какую-то возможность двигаться дальше. Над
головой серело вечернее небо, а под кронами деревьев уже сгустились сумерки, заставляя сердце чаще биться от страха и ожидания неминуемой встречи с
ночными хищниками. А ведь у меня даже ножа при себе не имелось. Впрочем, наличие оружия вряд ли могло мне чем-то помочь. Что поделать, я ведьма, а не
боец. Меня с детства учили варить зелья и проводить колдовские ритуалы, а не
сражаться на поединках, хотя сейчас мне бы очень пригодилось умение за себя
постоять.
Метла периодически напоминала о своём присутствии, а я всё чаще
задумывалась о том, что риск
риска быть съеденной заживо каким-нибудь зверем.
И, словно бы вторя моим мыслям, откуда-то из темноты до меня донёсся
тихий стон. Едва различимый, на грани слышимости, и лишь благодаря
напряжённому состоянию, я смогла его уловить. Сомнений быть не могло, это
стонал человек. Звери не способны издавать подобные звуки.
Замерев на месте, я прислушалась, стараясь угадать, откуда шёл звук, а
услышав его снова, уверенно двинулась в том направлении. Вероятно, кто-то
упрекнёт меня за глупость и легкомыслие, но я не могла поступить иначе.
Разумеется, с тропинки пришлось свернуть. Вид у меня и без того был не
слишком презентабельный, а после прогулки по лесной чащобе я и вовсе стала
похожа на упырицу.
Чертыхаясь на каждом шагу, я, наконец, вывалилась из густо разросшихся
кустов на поляну, где и обнаружила следы недавней битвы: несколько мёртвых
тел и одного окровавленного мужчину, неловко пытающегося перевязать свои
раны.
Моё появление его явно насторожило. Черты лица немедленно
заострились, мышцы напряглись, а рука целенаправленно потянулась к оружию.
Он не сразу понял, что я такое. Скорее всего, принял сперва за лесную нечисть, но потом рассмотрел, что перед ним пусть грязная и всклокоченная, но всё же
девица.
– Ты кто такая? – спросил он грозно, берясь за меч и пытаясь подняться, впрочем, безуспешно.
Я же неосознанно схватилась за метлу, с готовностью подставившуюся под
мою раскрытую ладонь. От мужчины не укрылось это нехитрое действие, и он
криво усмехнулся, мгновенно расслабляясь.
– Ведьма, значит. Ты вовремя. Мне как раз требуется твоя помощь.
Ещё бы знать, как ему помочь, не имея под рукой нужных зелий.
Я уже собиралась высказаться по этому поводу, но раненый вдруг начал
заваливаться на бок, теряя сознание.
И что мне теперь с ним делать?
Растерянно оглянулась в поисках подсказки. Напрасно. Угрюмый лес
хранил молчание, а метла и вовсе не подавала признаков жизни, видимо, опасаясь, что я передумаю и снова начну её игнорировать.
Положеньице складывалось не из лёгких.
Оставить раненого без помощи я не могла, а потому принялась делать то
немногое, на что оказалась способна в этой ситуации. Глубокие раны промыла
самогоном, обнаруженным во флягах разбойников, и перевязала, а мелкие
порезы просто смочила тем же вонючим пойлом, оставив их подсыхать. К