В самое сердце
Шрифт:
Настя налетела на Ветрова первая, ему и делать ничего не пришлось. Просто не отошел в сторону в нужный момент, вот и привет эпичное знакомство. Поднос выскочил из рук Ярика, стеклянный стакан, из далеких восьмидесятых, взлетел в воздух вместе с тарелкой салата. Содержимое моментально оказалось на полу, а кое-что и на новой толстовке Ветрова. Зато Настя отделалась легким шоком, еда на нее не попала.
— Ой, простите, пожалуйста, — тут же залепетала девчонка. Щеки ее вспыхнули, глазки забегали от волнения. Все же неплохо получилось.
— Да ладно, — любезно отмахнулся Ярослав и выдал свою фирменную
— Ой, так неудобно, Вы же запачкались, — продолжала Настя охать и ахать. А вот это ее «вы» молниеносно добило.
— Да говорю же, все хорошо. Т… — тут Ярик себе оборвал. Раз девчонка выкнула, выходит и ему надо. Но было как-то странно, конечно, настолько вежливо обращаться к своей ровеснице. — Вы сами чуть не пострадали. А давайте я в качестве извинений, угощу обедом, идет?
— Меня? — Калашникова захлопала ресницами, пару раз сглотнула, видно совсем растерялась. Потом, правда, подобралась вся, и кое-как собрала слова в предложение. — Так это же я не заметила Вас, кто и должен, так это…
— Садись… садитесь, — говорить настолько официально Ветрову было сложно. Он уже мысленно пару раз проклял Тему с его этой бредовой идеей, но поздно давать заднюю. — Я сейчас вернусь.
— Л-ладно, — Настя кивнула смущенно, и как-то растерянно поплелась к свободному столику. Ярик тем временем подошел на раздачу, выбрал первый попавшейся салат себе и девчонке, затем взял по котлете и пюре. На десерт попросил два пирожных и компоты. Еды оказалось много, на один поднос не поместилось. Поэтому пришлось сходить два раза. Калашникова, правда, порывалась помочь, но Ярослав, как подобает настоящему мужчине отказался.
Уже за столом эта странная особа протянула деньги, что вызвало еще большее недоумение. Неужели никогда с парнем не обедала, с другом допустим или просто с хорошим знакомым. Деньги Ветров, конечно, брать не стал. Это было в его понимании неправильно, и ниже собственного достоинства. Хотя то, что он делал сейчас, тоже не считал особо достойным. Если уж совсем откровенно, было стыдно. Нет, не с этой чокнутой девчонкой сидеть за одним столом, а стыдно заводить знакомства из-за выгоды.
— А какую Вы книгу читали? — любезно поинтересовался Ярик, стараясь хоть немного разрядить обстановку. Оба они сидели, будто связаны железными цепями. Настя сжатая, да и Ветров сам, ощущал давление на плечах.
— Практическое пособие по переводу с китайского на русский.
— О! Интересно, наверное?
— Сама методика так себе, но примеры современные, взяты из российских источников, больше из политики и жизни общества (церковь, программы на тв, современный город и так далее), на злобу дня, так сказать. Как-то попадалась интересная книга по конспектированию для переводчика, там же был неплохой справочник по общественно-политической тематике… Ой, простите, — девчонка резко замолчала и опустила голову, делая вид, будто рассматривает ингредиенты салата. Ветров про себя офигел насколько слухи о повернутости этой девчонки правдивые. В ее возрасте многие только о косметике, спа и клубах думают, а она даже ходит, уставившись в книгу.
— Вам, кажется, очень нравится этот предмет? — продолжил давить на педаль газа Ярик. Хотя выканье раздражало.
— Так очевидно? — Настя приподняла голову и смущенно улыбнулась. На щеках ее появились маленькие ямочки. И Ветров подумал, а что, если расплести эти ее дурацкие косички и переодеть в нормальную одежду, вдруг и она окажется девушкой из двадцать первого века, а не восемнадцатого.
— Немножко.
— Простите, я просто… иногда начинаю и не могу остановиться.
— Почему Вам так нравится китайский язык?
— С него начинается Азия, — глаза серой мышки загорелись, и в эту минуту она словно перестала быть серой. По крайне мере, Ярику на миг так показалось.
— А я думал с Дэн Сяо Пиня.
— Белая кошка или черная — значения не имеет; пока кошка ловит мышей — кошка хорошая, да?*. Не многие знают такие подробности о китайской экономике. — И тут Калашникову понесло. Она начала рассказывать один факт за другим, будто лектор перед огромным количеством студентов. Сначала Ветров решил, что он попал. Потому что слушать исторические справки ему и на парах хватало, но чуть погодя втянулся и в целом, девчонка не кидалась заученными нудными фразочками.
В какой-то момент Ярик даже подумал, как он такую как она сможет охмурить. Здесь обычные подходы не прокатят, а просто попросить помощи уже как-то стремно. Но тут в голове у Ветрова мелькнула идея.
— Слушай, а… можно на «ты»? — начал издалека Ярослав, старательно изображая из себя правильного мальчика.
— Ну… если хотите, то давайте на «ты», — вежливо согласилась Настя. Она вообще была какая-то вся супер вежливая. Кто таких воспитывает только, да и где. Как они вообще выживают в этом мире. С другой стороны, теперь понятно, почему никто из одногруппников с ней не общался тогда в коридоре. Уж на «вы и шепотом» не каждый готов.
— Дальше второй вопрос. В эту субботу будет проходить китайская выставка, я все думал сходить, да компании не было. А тут такое знакомство. Может, сходим вместе? — про выставку Ярик вспомнил случайно. На днях он шел по бродвею, мимо кафешек и магазинчиков, а недалеко от почты увидел на рекламном стенде плакат. Большими буквами там приглашали посетить однодневную выставку. В любой другой раз, Ярослав бы и не подумал идти на такую чушь. Скукота, да и только. Но сейчас варианта нет.
— П-правда? — девчонка чуть наклонилась вперед, от чего ее косички едва не попали в тарелку с салатом. Глаза расширились, большие такие, как две карамельные бусины, и ресницы пушистые-пушистые. Ветров, обычно не заострял внимание на таких вещах, нынче всё наращивают или наклеивают. Но тут видно свои — настоящие. И очень даже ничего.
— Ну если ты не хочешь или не можешь, — включил заднюю Ярик. Типичное отступление, перед типичной победой.
— Я… я с радостью! — воскликнула Настя. Другого и ожидать не стоило. Попал в яблочко, так сказать.
— Отлично! Тогда, обменяемся номерами? Чтобы позже согласовать время и место встречи.
— Да, конечно.
* Настя цитирует Дэн Сяо Пиня, китайского политика, фактического руководителя КНР с 1976 до 1989, сотворившего "китайское чудо".