В тени интриг
Шрифт:
– Тебе придётся выйти замуж, Эрми, – сказал юноша без тени ревности в голосе. – Ты королева…
– Мне всего семнадцать, успеется, – глухо отозвалась собеседница. – Я вообще не понимаю, с чего Джоргар решил объявить сезон сватовства открытым.
Юная государыня выпрямилась, опёрлась руками о перину и посмотрела на Данри.
– А ты ни чуточки не ревнуешь? – с едва уловимой грустью спросила она.
– Опасная тема, моя госпожа, – мягко ответил Дан. – Мы, кажется, договорились не затрагивать её. Помнишь?
Глаза девушки потемнели, губы сжались, и совершенно неожиданно в голову собеседнику полетела подушка. Тяжёлая,
– Вредный, занудный, совсем не знатный! Что я в тебе нашла? Да плевать на этих женихов, слышишь?! Пусть хоть табунами сюда сбегаются! Всё равно мне нужен только ты!
Данри отложил подушку и с трудом сдержался, чтобы не сказать что-нибудь резкое, о чём потом непременно будет сожалеть.
– Это не причина избегать замужества и обязанности родить наследника, – наконец, спокойно ответил он. – Я всего лишь твой фаворит, Эрми, не забывай.
Издав гневное восклицание, девушка вдруг одним гибким, быстрым движением оказалась рядом с моралистом, повалила его на спину и, крепко упёршись ладонями в плечи, нависла сверху. Брови грозно сошлись на переносице.
– Вот именно, мой, – сказала она строгим голосом, в котором слышались интонации будущей суровой государыни. – И будешь моим, пока не решу иначе!
Предотвращая дальнейшие возражения, наклонилась и приникла к губам фаворита долгим, настойчивым поцелуем.
Через несколько мгновений мужские руки легли на тонкую талию, но королева, судорожно вздохнув, нашла всё-таки в себе силы, чтобы отстраниться и уточнить немного осипшим голосом:
– Так ты будешь завтра на встрече?
– Буду, – сдался парень, понимая, что спорить бесполезно. – Только где-нибудь в сторонке, ладно?
– Спасибо, – с чувством произнесла Эрмеара и улеглась на Данри, поставив локти ему на грудь и подперев подбородок ладонями. – Но учти, умник, я не собираюсь тебя прятать, – игриво добавила она, и тонкий пальчик плавно скользнул по гладко выбритой щеке, спустился на шею. – Ты мой фаворит, и точка. Об этом знают все, и ничего плохого в этом нет!
– Давай поговорим об этом утром, ладно? – Данри примирительно улыбнулся, не желая больше обсуждать щекотливый вопрос, его пальцы начали медленно поднимать тонкий шёлк сорочки.
К счастью, Эрмеара не стала спорить и с удовольствием вернулась к прерванному поцелую. Это занятие ей нравилось гораздо больше, чем выяснение отношений с любимой игрушкой, не желавшей мириться с неожиданно вспыхнувшими чувствами хозяйки.
Выбросив из головы лишние мысли, парень перехватил инициативу, избавив Эрми от кружев, и одним быстрым движением, не прерывая поцелуя, перевернулся и уложил девушку на спину. Самый верный способ отвлечься от тягостных дум. Пусть Данри и не испытывал к её величеству столь сильных чувств, какие питала к нему она, но как женщина Эрмеара была привлекательна. Тем более ей очень нравилось учиться…
Уже поздней ночью, когда довольная и утомлённая королева сладко спала, фаворит лежал, уставившись в потолок, и вспоминал. Знать бы тогда, чем всё обернётся… А может, стоило выбрать эшафот?.. Но молодой человек тут же криво усмехнулся нелепым мыслям. Кого он обманывает? Неужто есть тот, кто в двадцать лет добровольно согласится
– У меня к тебе предложение, щенок.
Данри Кинаро молча смотрел на герцога Джоргара Асора, третьего по могуществу человека в королевстве, и не ждал от него абсолютно ничего хорошего. Тёмные глаза его светлости бесстрастно изучали затравленного, грязного пленника. Глава королевской службы безопасности стоял в дверном проёме, расставив ноги и заложив большие пальцы за широкий пояс, одним своим видом убивая надежду на спасение. В общем-то, за неделю сидения в сыром, пропахшем плесенью и гарью факелов каземате Данри уже почти смирился с мыслью о смерти. Джоргар позора не прощает, особенно таким соплякам, как он. Хотя умирать Данри, конечно, было страшно, и он старательно давил в себе панический ужас при мысли о казни. Не хотелось бы опозориться в последние минуты и на эшафоте умолять о помиловании.
– Не хочешь узнать, какое? – Джоргар лениво улыбнулся, в глубине глаз вспыхнули огоньки триумфа.
Данри пошевелился, кандалы звякнули, а рёбра заныли с новой силой. Парень поморщился – синяки с боков не сходили, причиняя неудобства, особенно когда ложился спать на жёсткую лежанку. Неплохо его отделали в первый же день пребывания в тюрьме, и это всего лишь за одну восхитительную ночь!.. Да, но с кем… Пленник прикусил губу, сдержав тоскливый вздох.
– Какое? – послушно спросил Данри.
Одолевало желание огрызнуться или съязвить, но Кинаро слишком хорошо знал, на что способен тяжёлый кулак герцога, и потому просто задал вопрос, которого ожидал начальник Тайной службы Алевидии. Кроме всего прочего, кто Джоргар, а кто Данри? Юноша – всего лишь мелкий аристократ, и не ему тягаться с могущественным герцогом. Возмущаться поведением такого человека значило нарваться на новый виток неприятностей. Этого Дан тем более не желал.
– Жить хочешь? – последовал очередной вопрос.
У Данри на мгновение пресеклось дыхание, а в глазах полыхнула надежда. Дурацкий вопрос для того, кому едва исполнилось двадцать и кто очень не хочет умирать из-за собственной глупости.
– Хочу, – поспешно ответил юноша, чуть не закашлявшись.
Джоргар широко ухмыльнулся, покачался с носка на пятку и выдал:
– Есть вариант, щенок. Можешь стать фаворитом её величества, ну или если побрезгуешь, на рассвете взойдёшь на эшафот.
Кинаро озадаченно моргнул, сомневаясь, что правильно услышал. Фаворит королевы? Минуя смотрины и тщательный отбор? Учитывая его не самый знатный род? Что за ерунда?.. Но с другой стороны, герцог бы не стал предлагать что-то, в чём не был уверен. Джоргар ошибок не совершал, никогда. По крайней мере, за всё то время, что герцог пребывал на высоком посту, парень ни разу не слышал, чтобы Асор оплошал. Даже слухов не ходило. Данри только открыл рот, чтобы задать один из множества вертевшихся на языке вопросов, но Асор не дал ему это сделать.