Вадбольский 2

Никитин Юрий Александрович

— Понял, — пробормотал Анрыл уважительно. — Нет, ты не подумай, мне с тобой удобно. Ты и сильнее втрое моего хозяина, просто я ему верен и хочу, чтобы у него получалось всё, что он желает.

Конечно, подумал я с усмешкой. С Джамалом я могу не сдерживаться, показывать всю свою мощь, всё равно временный персонаж, а в облике Юрия не смог бы вот так

легко вытаскивать за хвост ни дилофозавра, ни даже связку ньюсазавров.

Похоже, за мной установили слежку. Сегодня ночью вышел от графини, тьма кромешная, тучи висят над самыми крышами города, тоска, ни одного извозчика, нужно пройти через переулок на Невский, там извозчики в любое время, но сразу же я ощутил, что из тени вынырнул человек и пошёл за мной.

Мне понадобилось всего три шага, чтобы полностью нарисовать его портрет: рослый, почти вровень со мной, одет чисто, трезв, сердце бьется лишь чуть-чуть учащеннее, но без особого волнения, так что не первый раз идёт вот так в ночи и уже вытащил длинный нож…

Когда справа и слева пошли совсем тёмные дома без окон в эту сторону, я остановился, вжался в тень, а дрон по моей команде шагах в тридцати начал шелестеть кустами и шуршать мелкими камешками по дороге.

Незнакомец ускорил шаг, едва не перешел на бег. В нужный момент я сделал шаг вперед, выходя из тени и сразу же засадил кулаком в живот. Его согнуло, я добавил снизу в лицо, что отбросило его к стене.

Он, всё ещё перекошенный от боли в солнечном сплетении, жадно пытался ухватить воздух, но не мог, почти терял сознание, наконец легкие судорожно расправились, впуская влажный питерский воздух вперемешку с миазмами грязного переулка.

— Так, — сказал я тихо и приставил остриё ножа к его горлу. — Рассказывай, почему?

Он с трудом пробормотал:

— Хотел отнять кошелек…

— Не бреши, — сказал я и сильным ударом выбил ему передние зубы, это у меня получается лучше всего, что я здесь умею и делаю, как заправский ботан, дорвавшийся до источника силы. — Я вижу,

когда мне врут.

— Не вру…

Я ударил ещё и чуть всадил остриё в горло, по лезвию побежала чёрная в темноте струйка крови.

— Ещё раз соврешь, убью сразу. Повторяю вопрос, кто. Тебя. Нанял, Меня. Убить?

Он прохрипел надсадным голосом:

— Ладно, тебя в самом деле приказали убрать с этого света. Я оказался в этом районе, потому велено мне…

— Кто? — потребовал я.

Он посмотрел по сторонам и сказал совсем тихо:

— Шершень.

Я нахмурился.

— Что за Шершень? Не знаю такого.

Он посмотрел на меня с ужасом.

— Не знаешь Шершня? Он же старший по району! Все воры перед ним отчитываются.

Я сказал веско:

— А перед кем Шершень, если у меня с ним никаких тёрок? Говори!

— Ты с самим Шершнем, разберись сначала, — пробормотал он. — Я что, мелкая сошка, всегда на побегушках. А вокруг Шершня крутые бойцы. Ты поднял руку на меня, а тем самым нанес обиду Шершню. А этого он уже не простит.

— Это в будущем, — сказал я. — Где найти Шершня?..

Он сказал торопливо:

— У него ресторан на Невском проспекте, рядом с Домом Галантерейной Моды из Парижу. Там отдыхает, там сходка всех главных воров района!

— Спасибо, — сказал я.

Остриё кинжала вошло в горло по рукоять. Тут же выдёрнул, вытер о сюртук убийцы и успел вернуть в ножны, прежде чем у того подогнулись колени, и беззвучно сполз по стене на землю.

Жизнь пока что дешевле некуда, напомнил себе, чтобы не мучаться какой-то химерой. Кто может выпалывать сорняки — обязан выпалывать. Иначе какие там корабли к далёким планетам.

Шершня называют «пчелиным волком», это самая крупная оса, что убивает и жрёт других ос, пчёл, кузнечиков и саранчу. Так что да, кликуха знатная.

Вот и узнаем, я тот кузнечик, что кушал только травку и с мухами дружил, или тот, что кушает не только травку.