Шрифт:
Annotation
На каждой ступеньке выше враги сильнее, маги могущественнее. Выстоит ли аугментация против таинственной и непонятной магии?
Мир жесток, аристократы красиво соблюдают этикет, изысканно дерутся на дуэлях, но отвернись – получишь нож в спину.
Однако помню старую мудрость латинских авторов, сдачи нужно давать в двойном размере. Чтобы и обидчик, и другие понимали риск, на который идут.
Вадбольский — 3
Часть первая
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Часть
Глава 1
Глава 2
Вадбольский — 3
Часть первая
Глава 1
27 сентября Турция, заручившись поддержкой Англии и Франции, предъявила ультиматум России, чтобы та вывела войска из Молдавии и Валахии. Не получив ответ, 16 октября объявила России войну. 20 октября Николай I в ответ объявил войну Турции.
18 ноября эскадра под командованием вице-адмирала Нахимова в ходе Синопского сражения уничтожила турецкую эскадру Осман-паши. Это вынудило Англию и Францию объявить войну России.
Так началась Крымская война. Соединенный англо-французский флот прошёл через Дарданеллы в Мраморное море, а потом появился в Черном море.
Об этом писали газеты, сплетничали в светских кругах, обсуждали на переменах между лекциями в Академии, а я, вроде бы обеспокоенный судьбой мира, не мог усидеть на месте при мысли, что у этого Шершня свой ресторан. У вора в законе? Или здесь пока нет такого понятия? Вообще-то слово «бандит» уже пришло из Франции, но пока что всех преступников на Руси именуют ворами, даже Стеньку Разина, Пугачева и самого Лжедмитрия, побывавшего на кремлёвском троне.
Ладно, разберусь.
Дом Галантерейной Моды, что из самого Парижу, обосновался в хорошем месте, но ресторан на очень ветреном и часто продуваемом, на верандах долго не усидишь, лучше бы Шершень поднял хорошие стены, как в том же Доме Галантерейной Моды.
Я из своей комнаты смотрел на картинку, передаваемую Матой Хари. Она быстро пролетела по указанному наёмником адресу. Я оценил парковку, количество экипажей и автомобилей.
За гостями проследить не удалось, все заходят в здание, там главный зал ресторана, окна зашторены, доносится только звуки плохо сработавшегося оркестра.
— Хорошо, — сказал я вслух, — можно и самому сходить. Я не гордый, хоть и гордый.
Мата Хари заметила язвительно:
— Сходи-сходи. Ничто человеческое тебе ж не чуждо?
— Я по делу, — буркнул я. — Тебе не понять.
— Ну да, я же не пью, не курю, кишечник не набиваю…
Мелькнула мысль взять с собой Ивана и Василия, а то и вовсе явиться со всей пятеркой крепких и умелых бойцов, но нет, это рано, я же только на разведку, никто убивать меня в зале, где полно народу, не будет.
— Тадэуш, — сказал я, — проверь автомобиль. Как он, ещё жив?
Он хмыкнул.
— Вчера чуть не развалился, когда с вашим другом Джамалом загрузили его тварями из Щели Дьявола. Но сегодня я перебрал, кое-какие детали поменял, можно ехать.
— Тогда за руль, — велел я. — Можно и пешком, но автомобиль покажет, насколько
Он посмотрел с недоумением, лучше уж нанять элегантную коляску, чем ехать на таком автомобиле, но смолчал, пошёл выгонять его со двора на улицу.
Пока ехали, я раздумывал, что ещё то, что здесь считается обычной жизнью, в моём мире показалось бы диким беспределом. Боярские Рода не только соперничают, но частенько и воюют, а Высший Боярский суд Чести рассматривает, кто прав, кто виноват, и выносит решение либо насчёт крупного штрафа с виноватого, либо вообще исключают его из круга, а на такого потом любой может напасть, не опасаясь санкций со стороны Совета.
В разных местах Петербурга в любой момент две-три дуэли, но город большой, больше погибает от воров, несчастных падений с лошади или злоупотребления алкоголем. По столице прокатилась пугающая новость, что некая банда наловчилась похищать людей и требовать за них выкуп, в северной части города злоумышленники подожгли завод, на всех границах империи то идут мелкие войны, то ловят проникающие в страну банды грабителей, в Поволжье опять голод, умерших не успевают хоронить, князь Барятинский закатил свадьбу своей дочери на два миллиона рублей, аристократический род князя Голицина обещает объявить войну князю Сандальскому, если тот в трёхдневных срок не объяснится за хамское поведение в салоне княгини Марьи Алексеевны.
Жизнь бьёт ключом, мелькнула горькая мысль, человечество развивается, даже вот так криво и косо, но как-то же пришло к понятию личных прав человека и всеобщей справедливости?
Пока не пришло, раз с такой лёгкостью можно нанимать не только отбросов, но целые преступные группировки, чтобы убрать конкурента или просто обидчика.
Ну а так, если, по справедливости, человек вообще-то не имеет права распоряжаться бесконтрольно даже личными средствами. Власти обязаны знать, куда и сколько тратишь. Одно дело, если покупаешь книгу, кроссовки, новый автомобиль или роскошную яхту, это допустимо и не возбраняется, другое — если платишь немалую сумму, чтобы кому-то перерезали глотку.
Но это в моём прошлом мире, а вот в этом… Впрочем, в этом те же ограничения, вот только здесь власть не может проследить движение не только каждого рубля, но и миллионов рублей.
Кто-то заплатил через цепочку посредников, чтобы меня убрали, власть такого даже не видит, а предотвратить — тем более. Потенциальных заказчиков много, но с недругами из Академии вроде бы разобрался, хотя не со всеми и не до конца, однако появились более серьёзные, связанные с моей деятельностью. Лекарскую лавку обнести не удалось, было ещё две попытки, их пресекли ещё на подходе, так что могут перейти к решительным действиям.
Своими эликсирами я многим перешел дорогу, нарушил хрупкое равновесие, когда у всех примерно одно и то же, и в одинаково скверном качестве.
У Дома Галантерейной Моды из Парижу на стоянке с полдюжины элегантных колясок, даже две очень недешевые кареты, три автомобиля. Была здесь и пара чуть ли не броневиков, настолько укреплены стальными листами с обеих сторон, так что клиенты здесь не голытьба, не голытьба.
Преступники всегда устраивают себе жизнь более сытную, чем простые труженики, а государству не выгодно лишаться таких активных членов общества.