Валентинов день
Шрифт:
– Он выпускает облако дыма и опять вежливо улыбается. "Конечно, можете, – отвечает он. – Я сводник". – Мейер ухмыльнулся. – Ну как, понравилось?
– Очень. Кажется, пришли. Только не шути так же с леди, а то она не пустит нас.
– Подумаешь! Я в любой момент могу бросить эту вшивую профессию и устроиться на работу в рекламное агентство.
– Не делай этого, Мейер. Мы без тебя пропадем.
Они вошли в дом. Женщину, которую они искали, звали Мартой Ливингстон. Она заявила об исчезновении сына Ричарда всего лишь неделю назад. Парню было
– Какая квартира? – спросил Мейер.
– 24-я, второй этаж.
Детективы поднялись на второй этаж. В коридоре мяукала кошка. Карелла и Мейер подозрительно покосились на нее.
– Она учуяла, что мы копы, – предположил Стив Карелла.
Он постучал в дверь, а Мейер нагнулся погладить кошку.
– Киска, – нежно приговаривал он. – Кисочка. – Кто это? – закричал испуганный женский голос.
– Миссис Ливингстон? – спросил Карелла.
– Да. Кто это?
– Полиция, – объяснил Карелла. – Откройте, пожалуйста.
– По… – И наступила тишина, знакомая тишина неприятного удивления и поспешной пантомимы. Что бы ни происходило за дверью, было ясно, что миссис Ливингстон не одна.
Молчание продолжалось. Рука Мейера оставила кошку и потянулась к кобуре, висящей на правой стороне пояса. Он вопросительно посмотрел на Кареллу, который уже держал в руке револьвер 38-го калибра.
– Миссис Ливингстон? – позвал Стив Карелла. В квартире царила тишина.
– Миссис Ливингстон! – еще раз крикнул он.
Мейер Мейер, приготовившись, прижался к противоположной стене. – О'кей, ломай дверь, – сказал Карелла. Мейер поднял правую ногу, левым плечом оттолкнулся от стены и сильно ударил ногой по замку. Дверь распахнулась, и он ворвался в квартиру с револьвером в руке.
– Ни с места! – крикнул Мейер Мейер худощавому мужчине маленького роста, который, перекинув одну ногу за окно, собирался выскочить на пожарную лестницу. – Промокнете, мистер.
Мужчина замешкался. Потом, так и не решившись, опустил ногу и вернулся в комнату. Мейер взглянул на его ноги. Он был без носков и застенчиво смотрел на женщину, которая стояла около кровати. Кроме комбинации, одетой на голое тело, на этой крупной краснощекой женщине лет сорока пяти с крашенными хной волосами и тусклыми глазами алкоголички ничего не было.
– Миссис Ливингстон? – спросил Карелла.
– Да, – ответила женщина. – Какого черта вы врываетесь в мою квартиру?
– Куда это ваш друг так спешит? – поинтересовался Стив Карелла.
– Я вовсе не спешу, – возразил худой мужчина.
– Не спешите? Вы всегда уходите через окно?
– Я хотел посмотреть, не кончился ли дождь.
– Дождь не кончился. Подойдите.
– Что я сделал? – спросил тот, но все же быстро подошел к детективам.
Мейер методично обыскал его. Руки детектива на мгновение задержались на поясе, откуда он достал револьвер и протянул его Карелле. – Есть разрешение? –
– Да.
– Вам лучше иметь разрешение на ношение огнестрельного оружия. Как вас зовут, мистер?
– Кронин. Леонард Кронин.
– Почему вы так торопились выбраться отсюда, мистер Кронин?
– Ты не обязан отвечать, Ленни, – вмешалась миссис Ливингстон.
– Вы адвокат, миссис Ливингстон? – спросил Мейер.
– Нет, но…
– Тогда перестаньте давать советы. Мы вам задали вопрос, мистер Кронин.
– Ничего не говори им, Ленни.
– Послушайте, Ленни, – терпеливо обратился к Кронину Мейер. – Мы никуда не спешим. Если хотите, можете поехать в участок. В любом случае – там или здесь – вам придется отвечать. Кстати, наденьте носки. А вы, миссис Ливингстон, набросьте халат или еще что-нибудь, пока мы не подумали, что вы здесь немного резвились. О'кей?
– Зачем мне халат? – возмутилась миссис Ливингстон. – Надеюсь, вы видели раньше женское тело?
– Видел, но все равно наденьте халат. Мы не хотим, чтобы вы простудились.
– Не беспокойся о моем здоровье, сукин ты сын! – взвизгнула миссис Ливингстон.
– Прекрасный разговор, – покачал головой Мейер.
Кронин присел на край кровати и начал натягивать носки. На нем были черные брюки. На деревянном стуле в углу комнаты висел черный плащ. Рядом с ночным столиком на полу расползлась лужа от черного зонтика.
– Вы забыли плащ и зонтик, Ленни, – заметил Карелла.
– Действительно, забыл. – Леонард Кронин оторвался от своего занятия.
– Вам обоим придется пойти с нами, – сказал Стив Карелла. – Одевайтесь, миссис Ливингстон.
Марта Ливингстон накрыла левую грудь, направила ее на Кареллу, как пистолет, слегка сдавила и закричала:
– Катись ко всем чертям, фараон проклятый!
– О'кей, если хотите, пойдем так. К обвинению в проституции мы можем добавить обвинение в появлении в общественном месте в непристойном виде.
– Проститу… – задохнулась Марта Ливингстон. – О чем вы говорите, черт бы вас побрал? Я такого наглеца еще не видела! – Знаю, – согласился Карелла. – Пошли.
– Как бы там ни было, почему вы вломились в мою квартиру?
– продолжала настаивать на своем миссис Ливингстон. – Что вам здесь нужно?
– Мы пришли задать вам несколько вопросов о вашем пропавшем сыне, – ответил Карелла.
– О моем сыне? И только? Надеюсь, этот поганец мертв. Вы что, только поэтому и сломали замок?
– Если вы желаете ему смерти, почему заявили о его исчезновении?
– Для того, чтобы получать чеки из фонда помощи по потере кормильца. Ричард был моим единственным источником существования. Как только сынуля исчез, я сразу обратилась за помощью, а они требуют, чтобы все было оформлено официально. Мне наплевать, жив он или нет!
– А вы прекрасная леди, – саркастически произнес Мейер.
– Да, я прекрасная леди. Что, противозаконно встречаться с человеком, которого любишь?
– Нет, если муж не возражает.