Валет червей
Шрифт:
— Ну, давайте, мои дорогие, садитесь за этот стол. Я погадаю вам вместе, верно? Сначала одной… потом другой… Если, конечно, не выявятся какие-то секреты. Их я, разумеется, расскажу с глазу на глаз… если будет такая необходимость. Но для начала поглядим, есть ли эти секреты. Ведь вы так молоды, верно? Скажите-ка мне ваш возраст, дорогие. Это немножко помогает.
Лизетта сказала, что ей семнадцать. Я чуточку приврала, сказав, что мне шестнадцать.
— И вы живете здесь… в Париже?
— Мы здесь проводим часть своего
— Не все время. Вы ведь из богатой семьи, верно?
— Да, — быстро подтвердила я, — да.
— Я так и думала. Дайте-ка ваши руки. Первой она взяла мою руку.
— Хорошенькая маленькая ручка, — проговорила она. — Беленькая и чистенькая. И как вам удается сохранять их такими беленькими… Руки леди. Вот они какие.
Она вцепилась в мою руку, а выражение ее глаз встревожило меня. Я поняла, что нам не следовало приходить сюда. Я взглянула на Лизетту. Ей наше приключение все еще доставляло удовольствие.
Мадам Ружмон взяла за руку и ее, так что теперь мы обе были в ее власти.
— Еще одна чудная маленькая ручка, — сказала она. — О, я много чего здесь вижу. У вас обеих богатые мужья… дальняя дорога, много развлечений… Вам предстоит еще много счастья.
Я спросила:
— Вы хотите сказать, одно и то же для обеих?
— Нет, конечно, различия есть, но вы, юные дамы, обе будете счастливы. Вы скоро встретите свою судьбу… А одна из вас прямо сегодня.
— Которая из нас? — спросила Лизетта. Мадам Ружмон положила ладонь ей на голову и прикрыла глаза.
— Мне кажется, — сказала она, — нам следует заглянуть в хрустальный шар. Сначала для светловолосой дамы.
Она поставила перед собой хрустальный шар и снова прикрыла глаза. Затем начала говорить сонным мечтательным голосом:
— Вижу, вижу его. Он высокий, темноволосый, красивый. Он близко, очень близко… Он будет нежно любить тебя. Ты будешь разъезжать в каретах. Опасайся сомнений. Если ты проявишь нерешительность, ты упустишь свою удачу, дорогая. — Потом она повернулась ко мне:
— А теперь тебе, юная красавица. Ага, вот он снова. Перст судьбы. Твое будущее вскоре решится… и оно в твоих руках. Когда удача придет к тебе, ты не должна упускать ее. Из-за колебаний ты можешь потерять все. Это может показаться неожиданным, но если ты немедленно не воспользуешься дарами судьбы, ты будешь горько сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Я вижу, что твоя судьба переплетается с судьбой второй юной дамы, вот почему мне трудно говорить об этом более открыто. Но не отчаивайся. Если одной из вас счастье не подвернется сегодня, то это произойдет завтра.
Я встала. С каждой минутой мне становилось все более и более не по себе, это место оказывало на меня какое-то угнетающее воздействие.
— Нам пора идти, — сказала я. — Большое вам спасибо, мадам Ружмон.
Лизетта тоже встала. Видимо, мое настроение передалось и ей.
Мадам Ружмон сказала:
— Вам
— Нет, — ответила я, — нам пора идти. Но она крепко держала нас за руки.
— Там мы подаем вино, — сказала она. — Небольшой салон с винами. Дамы и господа любят заходить туда, чтобы утолить жажду.
Девушка, проводившая нас сюда, появилась вновь. Она открыла дверь, и нас едва не силой втянули в комнату, где стояли небольшие столики и кресла с красной плюшевой обивкой.
За одним из столиков сидел мужчина. Он производил впечатление высокого, был определенно темноволос и красив.
— Ах, месье Сен-Жорж, — произнесла мадам Ружмон, — как я рада видеть вас! Мы с этими юными дамами как раз собирались пропустить по стаканчику вина. Не откажитесь присоединиться к нам.
Она подала знак, и появился лакей. Она кивнула ему, и он исчез.
Месье Сен-Жорж отвесил нам поклон, поцеловал руку мне и Лизетте и сказал, что очень рад такому знакомству.
Все мы сели за столик. Мои страхи почти исчезли. Что же касается Лизетты, то ей это приключение, несомненно, доставляло удовольствие.
— Эти юные дамы живут в одном из лучших домов, — сообщила мадам Ружмон. — Ведь это так, мои дорогие?
— И в каком же? — спросил молодой человек.
Мы с Лизеттой быстро обменялись взглядами. Я почувствовала, что краснею. Будут большие неприятности, если выяснится, что мы ходили к этой гадалке. Тетя Берта всегда предупреждала Лизетту об опасностях, подстерегающих в Париже. Это был самый верный путь подтолкнуть Лизетту к активным действиям.
Молчание затянулось на несколько секунд. Мы обе пытались вспомнить фамилию какой-нибудь богатой семьи, в которой мы, якобы, служили.
Лизетта оказалась сообразительней, чем я. Она сказала:
— Особняк д'Аржинсон.
— Тот, что находится… — начал месье Сен-Жорж Вновь пауза, и снова Лизетта:
— В Курселе…
— Ах, в Курселе! Да вы проделали долгий путь.
— Мы любим пешие прогулки, — сказала я.
— Понимаю.
Он залпом выпил вино, но я заметила, как он сделал какой-то знак мадам Ружмон, и она произнесла:
— Извините, меня ждет клиент.
Она наклонилась к Лизетте и что-то шепнула ей. Позже та рассказала, что слова были такие: «Смотри, вот он, твой темноволосый красавец».
Месье Сен-Жорж подождал, пока мадам вышла, затем резко спросил:
— Кто вы и что делаете в таком месте?
— Что вы имеете в виду? — воскликнула я. — В каком таком месте?..
— Вы хотите сказать, что понятия не имеете, куда попали? Мой Бог, невинные создания в Париже! А теперь сообщите мне, где живете. Но только говорите правду. Вы вовсе не служанки. Где вы раздобыли свою одежду?