Валор 2
Шрифт:
– Библиотекарь, – односложно ответил Страж, и я с огромным трудом сдержал желание взять одну из табличек и разбить о его железную голову.
– Не тяни кота за лапку! Подробнее. Прошу развернутого ответа. Что. Ты. Такое?!
– Информация относится к категории закрытой. Для получения доступа вам потребуется пройти двухфакторную аутентификацию. Осталась одна попытка. Вы готовы к началу процедуры?
– Нет! Стоп! – крикнул я в отчаяньи. Больше рисковать нельзя. В отличие от Хироши и всех знающих о проблеме взрослых, я понимал, что должно стать первым шагом для пробуждения мастеров Юань-ци: восстановление интерфейса. И единственная серьезная
Что я вообще знаю об интерфейсе? Меньше чем ничего. Для меня его использование столь же естественно, как дыхание или хождение – я делаю это не задумываясь. Но даже о таких процессах я знаю куда больше. Анатомия, управление нервными импульсами, способы скрытия шагов, отравляющие газы. А интерфейс? Пусто!
Логично предположить, что это магия Души, и они напрямую связаны. Вот только это ничего толком не решает, ведь магию без интерфейса применять я не способен. С другой стороны, народы, населяющие Чщаси, делали это без труда, добиваясь всего путем развития своего Ци через прием эликсиров, медитации и тысячи часов тренировок. А раз так – значит, и я смогу! Да, ни одного мастера Юань-ци в сознании не осталось, но это еще не повод отчаиваться.
– Спокойной ночи, библиотекарь, – помахал я на прощание железному истукану, и тот неожиданно тоже поднял руку. Может, просто скопировал движение, а может, и в самом деле понимал, что делает. Об этом думать точно смысла не было.
– Уже поднимаешься? – не слишком довольно сказал встретившийся мне возле усиленного поста охраны Лян. – Нашел способ разбудить нашего главу?
– Если бы нашел, об этом бы уже вся башня знала, – буркнул я, взглянув мастеру прямо в глаза. Может, ошибся? Нет, могу поспорить, именно его я видел той ночью. Да и интерфейс единожды мне это уже подтвердил. – Хотите проверить документы сами – я оставил их внизу, вместе с заметками.
– Госпожа Сонг приказала не развивать конфликт, и только поэтому я не буду обращать внимания на твое высокомерие, – фыркнул преподаватель.
– Ага, аналогично, – кивнул я, проходя мимо. Общаться с ним мне совершенно не хотелось. К тому же и не нужно. Он больше не мой мастер. Просто посторонний человек и, с большой долей вероятности – враг. Не самый хитрый, чувствующий свое полное превосходство, да еще и легко раздражающийся. Хотя, возможно, тут сыграл комплекс неполноценности. Ведь мастер, достигнув вершины знаний в рукопашных схватках, не смог продвинутся по лестнице.
Преследовать меня Лян не стал. Лишь проворчал что-то вслед. Не то стражников испугался, не то и в самом деле решил спуститься и проверить записи. Ну и черт с ним. Пусть попробует. Без поддержки интерфейса в моих каракулях разберусь только я. С другой стороны, вдруг что-то и в самом деле поймет? Дело сдвинется с мертвой точки. В конце концов, главная задача оставалась прежней – выжить самому и сохранить жизнь близким.
Или душу и слепок личности, если говорить о Джи, чья душа сейчас спала в камне. Как так вышло, что она весь месяц оставалась жива, и что произошло на севере? Я не знал. Обрывки чуждых воспоминаний, пробившихся через завесу, ничего толком не объясняли. Наоборот, делали все только запутаннее. Я очнулся здесь больше месяца назад, но последние мысли тоже принадлежали мне. Сражавшемуся под предводительством бога Света.
Разумное объяснение могло найтись у супруги. Но для этого нужно найти ей подходящее тело, или, по крайней мере, более сильный кристалл души, который сможет принять ее пробужденную форму. И эту задачу я мысленно пометил себе как приоритетную. Работай интерфейс, восстановление которого, естественно, стояло на первом месте, я бы создал сам себе задание.
– Стой, кто идет? – окрикнул меня часовой, из первогодок, стоило мне появиться на этаже. Ого, кажется, Пинги заморочились. Вместо одного парня меня встречал целый отряд, с тренировочными мечами и копьями. Конечно, против реального противника они сделать ничего не могли, но выглядели куда внушительнее, чем вчера.
– Вал, из Фенгов, – ответил я, выходя в круг света. – Первый год, индивидуальные занятия.
– А, это тот, который Ичиро сегодня победил? – уточнил караульный. – Говорят, ты был хорош.
– Не думал, что после сегодняшнего это хоть кто-то обсуждает, – хмыкнул я.
– Нужно же что-то хорошее вспоминать о сегодняшнем, – мгновенно помрачнел парень. Переубеждать его я не стал, лишь кивнул и прошел в свою комнату, которая совершенно неожиданно оказалась заперта. Какого черта? У нас же даже цепочки или щеколды на перегородке не было, а тут заперта, и довольно серьезно. Подобравшись, я постучал, вначале негромко, но затем все требовательнее.
– Кто там? – недовольно проворчал Куват, подходя к двери.
– Это я. Какого черта закрылись?
– Думал, ты вместе с Хироши пришел, – ответил здоровяк, открывая замок. – Чего смотришь на меня так? Это близнецы придумали. Нервно им после сегодняшнего, не могли заснуть, вот и притаранили откуда-то железные гвозди, сделали крючок. Но я думаю, он совершенно не поможет, если реальная опасность будет. Дверь-то в середине бумажная, да и перегородки между комнатами из гипса и клееной бумаги.
– Все одно лучше, чем ничего, – одобрил я идею дварфов. – Теперь, по крайней мере, придется пошуметь, а мы настороже, проснемся от любого громкого шороха. Да и с оружием у часовых – тоже неплохо. Минимальная, но уверенность.
– Это точно, – зевнул полуорк, широко раскрыв рот. – Есть будешь? У меня тут пара ломтей сушеного мяса осталась. С вечера. Батя говорит, чтобы правильную массу набрать, нужно по расписанию есть. Днем и ночью.
– Никогда в этом не разбирался, но давай. Я еще все равно зубы не чистил, – согласился я, принимая из рук приятеля ломтик. – Свинина… Интересно, как она получается такой сухой? Тут же жира должно оставаться больше половины?
– Где ты жирных свиней видел? – удивленно посмотрел на меня Куват. – Они же все ездовые да рабочие. Да и наесть запасы при нашей островной диете проблематично. Это мы, главные семьи, можем себе ни в чем не отказывать. Да, учеников кормят, как воинов – лишь бы росли. Обычным крестьянам приходится куда хуже. Все, до утра не будить. Дверь сам закроешь.
– Спокойной, – кивнул я, пытаясь сообразить, что меня смущало в нашей комнате. Было что-то непривычное кроме появившейся щеколды. Но, потратив с полминуты и ничего не обнаружив, я лишь пожал плечами. Дожевал кусок мяса и сходил в ванную. Только почистив зубы, умывшись и забравшись в гамак, я сообразил, что именно мне не давало покоя. Взгляд. Потусторонний взгляд, который я ощущал на себе последнюю неделю, исчез.