Vanitas
Шрифт:
— Зато как мутузит, — коварно улыбнулся Орфей и задорно подмигнул. Принц закатил глаза, а друг продолжил уже серьёзнее, задумчиво: — Когда она сражается, я не могу оторвать глаз. Её танец, техника… дыхание перехватывает. Словно какие-то чары.
— Не чары, — рефлекторно возразил принц. — Она смертная.
Нахмурился.
— Знаю, — со стоном выдохнул Орфей и откинулся на спинку стула. — Просто… Люция совсем на другом уровне. В сотни раз лучше нас, понимаешь? Словно для неё это не просто «танцульки с кинжалами», а… не знаю. Реальное сражение?
Далеон
Он понимал чувства друга. Сам не раз ловил себя, на том, что залипает на Люцию во время тренировок. На точные движения, текучесть подтянутого тела, женственные изгибы, сверкание клинков в тонких руках, ритмичность выпадов, жестов, взглядов.
Внутри всё сжимается и трепещет.
Но Далеон обязан её победить. Переломить. Подчинить.
Брат-Кейран ждёт этого. Ждёт от него успехов, ибо в искусстве своего Двора принц должен быть лучшим. Это непреложный завет. Все без слов это понимают. Но Люция… Люция всё портит. Точно специально желает опозорить его, уязвить. Борется, не подчиняется.
Но в этот раз!.. В этом проклятом Турнире он поставит её на место. Превзойдёт. Обязан. Обязан!
Война не может длиться вечно.
— Так ты, — заговорил принц, ещё строя в мыслях безрадостные планы. — Решил приударить за ней?
Орфей хитро сверкнул глазами.
— А почему бы нет?
Далеон поднял брови. Не ожидал, не ожидал. И внутренности почему-то неприятно скрутило. Но он натянул ленивую усмешку и потянул:
— Отец прибьёт тебя.
— Если узнает, — поправил химер и лукаво ухмыльнулся. — Если узнает…
Предложение Виктора Грейвана — выйти замуж за лэра и таким образом повысить статус — легко объяснить.
Во-первых, он считает, что женщинам не место на поле брани, а единственным оружием в её руках может быть лишь иголка да пяльцы с вышивкой. Во-вторых, здесь, на Севере империи, к людям и смешанным бракам относятся терпимее, чем везде.
И даже если Люц не родит детей от благородного мужа-террина — а он не даст родить из-за общественного осуждения полукровок — у неё появится статус лэры, дворянки, а это в разы лучше, чем зваться нэссой — простой смертной девушкой.
Лучше… с позиции Виктора. Ведь не ему придётся ублажать неизвестного высокомерного мужика. А он точно будет высокомерным, ведь все террины такие. Высшая раса, чтоб их!
И не Виктору придётся укатить в фамильное поместье мужа, а в имперском замке объявляться, в лучшем случае, по праздникам на балах.
Не Виктор принёс магическую клятву, которая даже мысли в голове Люции не допускает о её нарушении. Не Виктору мстить императору, а опосля думать о возрождении целого клана.
В общем, сводный братец и половины всей ситуации не ведает, и потому раздаёт такие «полезные» советы. Хотя… его нельзя за это осуждать. Виктор прав. Для обычной человечки-Люции, коей она претворяется, совет выйти замуж — дельный. И способ для повышения статуса — самый простой.
Но она полукровка и последняя фарси на континенте. И ей нужна власть. Не
Сложная ситуация. Очень сложная. И как её разрешить с максимальной пользой?
Мысли бродили по кругу, не находя ответ, всё то время, что Люция добиралась до полянки, где планировали провести сегодняшнюю тренировку.
Погодка шептала. Светило яркое тёплое солнышко, столь редкое в конце лета в этих суровых краях. Ветерок играл в волосах, одежде, листве и свежей зелёной траве. Мягко стучали копыта, фыркала лошадь, где-то неподалёку журчал ручей.
Люция прибыла на место первая. Спешилась и привязала кобылку к дереву в ближайшей рощице. Пока возилась, подъехал шестой принц в окружении свиты.
Он точно великий полководец гордо восседал на своей любимой вороной кобыле Дарси. Ретивой и крайне злющей зверюге. Под стать хозяину.
Она никого, кроме Далеона, не слушалась, не позволяла себя седлать, не давалась гладить. Могла подпустить близко, разрешить угостить, прикинуться послушной девочкой, но стоило отвернуться — кусала за зад, отпрыгивала и ржала, как!.. Как самая настоящая лошадь. Хотя Люции иногда казалось, тварь эта вылезла из глубин Бездны, не иначе.
Вот и сейчас, она чуть не цапнула Орфея за нос, когда он перехватил брошенные Далеоном поводья и попытался увести её с поляны к деревьям. Но после тихого шепотка принца и ласкового хлопка по крупу, Дарси, фыркнув, покорно поцокала за настороженным придворным.
Шестой тем временем встал посредине широкого поля и окинул округу взором короля-градостроителя. Подбородок вздернут, нога отставлена, рука упёрта в бок.
Хищное лицо, высокие скулы и капризная линия рта, изогнутая в ленивой усмешке. Кожа отливает серым, как гранитный камень, клыки и уши — острые, на пальцах чёрные когти.
У Далеона проблемы с магией, особенно — с иллюзорными чарами.
В отличие от всех Ванитасов и придворных терринов, он не может скрыть свой истинный облик. Вот этот. Полузвериный. А то, что даже в нём он ослепительно хорош собой, говорит далеко не в пользу принца. Наоборот, кричит о слабости.
Чем сильнее террин — тем меньше он похож на человека.
Однако у них не принято демонстрировать истинное обличие. Умение создать красивую и устойчивую оболочку-иллюзию высоко ценится.
Что за противоречивые создания…
Холодные синие глаза Далеона наткнулись на Люцию и зажглись в жестоком предвкушении. Видно, задумал Его Высочество очередную гадость. Что ж, вперёд. Кочку на дороге она ещё припомнит.
Дав себе мысленный зарок, Люция с трудом оторвалась от гипнотического взора принца и переключилась на дела насущные. Отточенным движением сдернула с седла кожаный свёрток, развязала бечёвки, отстегнула ремешки, развернула.
На «холстине» не больше двух локтей в длину и локтя в ширину в кожаных петлях фиксировались ножны, а в них — чуть изогнутые клинки без гарды и с тупыми лезвиями (специально для тренировок). Красивое оружие, лёгкое и изящное, улучшенная версия кинжалов фарси. Хотя, по правде сказать, ни удлинённым кинжалом, ни коротким мечом сие творение не было. Скорее, чем-то средним. И оттого особо подходящим для «Танца мечей».