Шрифт:
Все права защищены. Охраняется законом РФ об авторском праве. Никакая часть электронного экземпляра этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
Варшавская
Действующие лица
Гелена.
Виктор.
Часть первая
Прежде чем вспыхивает свет и начинается действие, мы слышим слегка измененный записью голос Виктора.
– В Москве, в сорок шестом, декабрь был мягкий, пушистый. Воздух был свежий, хрустящий на зубах. По вечерам на улицах было шумно, людям, должно быть, не сиделось дома. Мне, во всяком случае, не сиделось. А таких, как я, было много.
Свет. Большой зал консерватории. Где-то высоко, у барьера, сидит Геля. Появляется Виктор. Садится рядом.
Геля (мягкий акцент придает ее интонации некоторую небрежность). Молодой человек, место занято.
Виктор. То есть как это – занято? Кто смел его занять?
Геля. Здесь будет сидеть моя подруга.
Виктор. Не будет здесь сидеть ваша подруга.
Геля. Молодой человек, это есть невежливость. Вы не находите?
Виктор. Нет, не нахожу. У меня билет. Этот ряд и это место.
Геля. Ах, наверное, это там… (Жест вниз.)
Виктор. Как же там… Именно тут.
Геля. Но это есть анекдот, комизм. Я сама доставала билеты.
Виктор. Я тоже сам достал. (Протягивает ей билет.) Смотрите.
Геля (смотрит). Вы купили на руках?
Виктор. Вы хотите сказать – с рук?
Геля. О, пожалуйста, – пусть будет с рук. У брюнетки в рыжем пальто?
Виктор. Вот теперь все верно. Чудная девушка.
Геля. Не хвалите ее, пожалуйста. Я не хочу о ней слышать.
Виктор. Что-то, видно, произошло. Она страшно спешила.
Геля. Так, так… Я знаю, куда она спешила.
Виктор. А вокруг все спрашивают билетика. Представляете, какая удача?
Геля (небрежно). Вы часто бываете в консерватории?
Виктор. Первый раз. А что?
Геля.
Виктор. Иду себе – вижу: толпа на квартал. Значит, дело стоящее, все ясно. Бросаюсь в кассу – дудки, закрыто. Администратор меня отшил. Что за черт, думаю, – чтоб я да не прорвался? Такого все же еще не бывало. И тут эта ваша, в рыжем пальто… А что сегодня будет?
Геля. Если вы не возражаете – будет Шопен.
Шум, аплодисменты.
Виктор. Шопен так Шопен. У вас есть программа?
Геля. Пожалуйста, тихо. Теперь – надо тихо.
Свет гаснет. Музыка.
Свет снова вспыхивает в антракте между первым и вторым отделением.
Геля. Почему вы не идете в фойе? Там можно прогуливаться.
Виктор (не сразу). Что-то не хочется. Шум, толкотня…
Геля. Вы не любите шума?
Виктор. Смотря когда. Сейчас – нет.
Геля. Вы любите музыку?
Виктор. Выходит – люблю.
Геля. Стоило прийти, чтоб сделать такое открытие.
Виктор. Глупо, что я сюда не ходил. Честное слово.
Геля. О, я вам верю без честного слова.
Виктор. А вы – из Прибалтики?
Геля. Нет, не из Прибалтики.
Виктор. Но ведь вы не русская.
Геля. Я богатая дама, совершающая кругосветный тур.
Виктор. Ваша подруга в рыжем пальто тоже путешествует вокруг света?
Геля. Моя подруга… Не будем говорить про мою подругу. Она – легкомысленное существо.
Виктор. Все-таки скажите, вы – откуда?
Геля. Не верите, что я богатая дама?
Виктор. Не знаю. Я никогда их не видел.
Геля. Я из братской Польши.
Виктор. Вот это похоже. Я так и подумал, что вы не наша. То есть я хотел сказать – не советская. То есть я другое хотел сказать…
Геля. Я понимаю, что вы хотите сказать.
Звонки.
Антракт оканчивается.
Виктор. А что вы делаете у нас?
Геля. Я у вас учусь.
Виктор. В каком это смысле?
Геля. В консерватории, если вы ничего не имеете против. И моя подруга тоже в ней учится. Но она – ваша… То есть я хотела сказать – советская. То есть я хочу сказать – мы живем в одном общежитии.