Варвар
Шрифт:
Женщина поймала ткань, невольно прикрылась ею и отступила в указанный угол, боясь поднимать глаза.
– Завтра организую тебе новое платье, ибо это никуда не годно, и хорошую ванну, - продолжал мужчина, наблюдая за ней.
Вилия робко мочила ткань, а потом вытирала плечи, руки, грудь, стараясь отвернуться от него. Капли воды бегали по ее светлой коже. Картина нравилась мужчине так сильно, что он задумчиво кусал собственный язык и пытался представить, какой она может быть, когда расслабится.
– Ты знаешь,
Она не ответила, только посмотрела на него, закрывая изящными руками грудь.
– Чтобы их мужчина мог обладать ими, когда ему захочется, - ответил он на свой собственный вопрос.
– Но мы не в Эштаре, - негромко ответила Вилия.
– Ошибаешься. Теперь эта земля часть королевства Эштар, и если ты хочешь остаться здесь, тебе придется жить по эштарским законам, и белья носить не будешь, - сообщил жестко мужчина.
Вилия отвернулась, чтобы он не видел, как она кривится, прежде чем тихо ответить:
– Хорошо, господин.
Энрар улыбнулся, но хвалить ее не стал.
– Ты знаешь об эштарских правилах отношений мужчины и женщины? – спросил он, не меняя тона.
– У ваших мужчин гаремы и наложницы, - ответила женщина, задумчиво оттирая чистую уже руку.
– Гаремы и наложницы только у знати, а я из простых эштарцев, - спокойно сообщил Энрар, – и вряд ли смогу прокормить двух женщин с их детьми. Таким как я положена одна единственная жена, но пока я не женат, имею право содержать женщину на правах наложницы. Ты понимаешь, что это значит?
– Что я теперь ваша наложница и должна вас слушать, чтобы не быть наказанной и не оказаться на улице? – спросила Вилия вместо ответа, всё же поднимая на него свои огромные темные глаза.
Ее чуть приоткрытые от волнения губы заставили Энрара застыть на мгновение, забыв, о чем он только что говорил. Такими красивыми женщинами он еще никогда не обладал. Если они и находились в поверженном городе, то доставались принцу Эеншарду или кому-то из его приближенных, но никак не простому капитану – Энрару. Ему казалось, что он заполучил сокровище, достойное королевского гарема, и не был уверен, что имеет право оставить его себе навсегда.
– Да, только ты можешь уйти в любую минуту, - ответил он, заставив себя взглянуть в ее темно-медовые глаза. – Силой я держать тебя не стану.
От этих слов Вилия невольно выдохнула. Напряженные плечи расслабились, делая линии обнаженных ключиц еще выразительнее.
Осторожно вдохнув, эштарец спросил:
– Ты голодна?
– Я не смогу сейчас ничего съесть, - призналась Вилия, понимая, что всё внутри сжалось в болезненный комок, и тут же осознала, что упустила шанс сбежать из этой комнаты.
– Тогда иди ко мне, - попросил Энрар чуть мягче, протягивая ей руку.
«Ты должна подчиниться, - напомнила себе Вилия, делая
Она подошла к лежанке и вложила свою руку в мужскую ладонь. Ее тут же поймали две сильные руки и опрокинули на жесткую подстилку. Мужчина перевернул ее на живот и поднял бедра, буквально заставляя встать на колени с отставленным задом. В этот миг Вилия по-настоящему испугалась, вцепилась в покрывало и попыталась приподняться, но сильные мужские руки, скользнув по спине, не позволили ей сменить положение.
– Постой так, - попросил мужчина.
Он не давил на нее, но женщина слишком хорошо ощутила силу его рук. Горячие, огромные, они медленно скользили по ее спине, смешивая ужас со странной, не совсем понятной дрожью.
Прикосновения грубых мозолистых пальцев не были неприятными, даже когда скользнули со спины на ягодицы, а потом осторожно сжали их, словно проверяя упругость.
Это была лучшая задница в жизни Энрара, потому, закусив язык, он с удовольствием неспешно помял ее, не замечая, как сбивается женское дыхание от страха и волнения.
– В Эштаре мужчины и женщины свободно делят ложе, - говорил мужчина, наслаждаясь ощущением под пальцами. – Так же вы именуете то, что я собираюсь с тобой сделать, верно?
Вилия не ответила, она просто зажмурилась, уткнувшись носом в покрывало, и застыла, убеждая себя, что она должна просто потерпеть, потому что это не самое худшее, что может с ней произойти.
– Только в Эштаре не плодят никому не нужных детей. Не жене мужское семя не достается, - продолжал спокойно воин. – Только сдерживаться я не собираюсь, и тебе придется научиться принимать меня тут.
Он провел большим пальцем по нежной коже вокруг ануса, с восторгом наблюдая, как тот сжимается.
– К этому ты явно не готова, но я легко тебя научу, а пока согласен просто с тобой поиграть.
Вилия едва не заскулила от ужаса, чувствуя, как что-то большое и горячее появилось в борозде меж ее ягодиц. Закусив покрывало, она запретила себе плакать, а мужчина сжимал ее бедра, гладил ягодицы и терся членом о ее промежность, скользя по интимным губкам, прикрывающим ее лоно. Он чувствовал, что она напрягается, почти не ощущал влаги и не мог понять ее скованности.
– Расслабься, ничего с тобой не случится, если тебя трахнет эштарец, - сказал он холодно и скользнул рукой к низу ее живота, чтобы шершавыми пальцами погладить ее, нащупать клитор и чуть помассировать, а потом снова погладить, ощущая скудную влагу.
Подобная реакция его устроила. Он еще раз потерся членом о чуть влажную ложбинку, сжал ее бедра и резко толкнулся, одним движением врываясь в нее целиком, так, как он поступил бы с эштарской женщиной, познавшей ласки не одного мужчины.
Вилия выгнулась, звучно вскрикнула от острой боли и тут же зажала себе рот, стараясь не заплакать.