Варвар

Кащеев Денис Георгиевич

– Протестую! – не удержался полицейский.

– Против чего вы протестуете? – уточнил судья.

– Свидетель защиты допускает прямые оскорбления свидетеля обвинения!

– Полагаю, Ваша Честь, – вмешался Мисс, – не пройдет и четверти часа, как станет абсолютно очевидно, что мой свидетель имеет на это полное право.

– И, тем не менее, раз протест заявлен, я вынужден его удовлетворить, – заметил Грозус. – Продолжайте, свидетельница. Что касается оценочных характеристик, суд сам способен разобраться в ситуации.

– Появился Башш и его головоре… его подручные, – поправилась

Ольга. – Надеюсь, младший лейтенант не сочтет это оскорблением?

Иффи промолчал.

– Башш стал приставать ко мне, пытался силой увести с собой.

– С какой целью?

– Протестую! – словно через силу выдавил Иффи.

В зале послышались смешки.

– Принято. Измените вопрос, защитник.

– Как Башш мотивировал свои действия? – с улыбкой спросил Мисс.

– Про… А, черт с вами! – под дружный хохот зала полицейский плюхнулся на скамью. – Делайте, что хотите.

– Башш требовал, чтобы я пошла к его шефу, Гадту.

– Зачем?

– Гадт уже не раз делал мне разного рода непристойные предложения, деталей которых я не хотела бы раскрывать здесь.

– И как вы поступили? – задал вопрос мэтр.

– Разумеется, я отказалась.

– И что последовало за этим?

– Башш попытался увести меня силой. Пул, – Ольга указала рукой на гростианина, – вмешался, но один из банди… один из подручных Башша, кажется, его зовут Личш, ударил его и сбил с ног. Тогда Крим выхватил пистолет и пригрозил Башшу. Тот испугался и отпустил меня. Мы выскочили из кафе и побежали к катеру. Бандиты… Я все-таки настаиваю на своем: именно бандиты, так вот, бандиты бросились за нами. Нам пришлось забежать в катер. Так как преследователей с каждой минутой становилось все больше и никуда уходить они не собирались, мы решили стартовать.

– Кто управлял катером?

– Я.

– Кто-нибудь принуждал вас к взлету?

– Я же говорю: Башш и его головорезы.

– Нет, я имею в виду, на борту катера.

– Нет, это было наше общее решение.

– Понятно, – кивнул мэтр. – И куда же вы направились?

– Сначала мы просто заметали следы. А потом подвернулся этот астероид.

– Подвернулся?

– Вот именно. Мы вынырнули из прыжка прямо возле него.

– И решили переждать на нем погоню?

– Да, именно так.

– Что же произошло потом?

– Мы провели на астероиде около недели и уже подумывали отправиться куда-нибудь еще, как вдруг бандиты нашли нас. Катер имел поисковый маячок, и они выследили нас по его сигналу. Я никак не думала, что это возможно: код знал только мой отец. Не знаю, как они добыли его – это уж пускай теперь наша доблестная полиция выясняет, не все ей протесты заявлять!

Зал грохнул. Иффи сидел с видом, будто все происходящее не имеет к нему никакого отношения.

– Как Башш и его люди попали на катер? – спросил Мисс.

– Пул и Крим вышли размяться. Я сидела и ждала их. Я думала, это они возвращаются, и сама открыла люк.

– Что было потом?

– Бандиты набросились на меня, связали руки и оставили под охраной в рубке. Они ждали возвращения Пула с Кримом, и те скоро пришли. Их тоже схватили.

– Дальше?

– Башш заявил, что собирается доставить

ребят к Гадту. На мой счет, якобы, никаких указаний у него не было. Крим предложил Башшу отпустить меня в обмен на неоказание ими сопротивления. Башш сделал вид, что думает об этом. Он велел мне надеть скафандр. Я решила, что они переведут меня на свой корабль, но вместо этого он приказал одному из головорезов просто выставить меня в шлюз. Тот так и сделал. Через несколько часов, когда кислород в баллоне должен был закончиться, меня ждала смерть. Вот, собственно, и все, что я знаю.

– Спасибо, – произнес мэтр. – У обвинения будут вопросы? – спросил он с иронией.

– Да, будут, – было заметно, что следователь прилагал все возможные усилия, чтобы выглядеть уверенно. – Скажите, свидетельница, а как же вам в итоге удалось выжить, да еще и поспеть так вовремя в суд? Одной, на пустом холодном астероиде, почти без воздуха?

– Протестую! – с улыбкой произнес Мисс. – Вопрос не имеет отношения к делу по обвинению моего подзащитного и Пула Ковара.

– Я вынужден согласиться с защитником, – после секундного раздумья проговорил судья. – По-человечески мне и самому чрезвычайно интересно, как так вышло, что эта история все-таки завершилась благополучно, но вопрос действительно не имеет отношения к рассматриваемому делу. Протест удовлетворяется.

– Раз так, у меня нет вопросов, – буркнул Иффи. Казалось, младший лейтенант вот-вот расплачется.

– У вас есть вопросы, мэтр? – спросил Грозус второго адвоката.

– Нет, Ваша Честь, – развел руками Пурр.

– В сложившейся ситуации суд рекомендует обвинению снять с Крима ред кеш ан Шторра и Пула гр кеш ан Ковара предъявленные обвинения, не вынося вопрос на рассмотрение присяжных заседателей, – провозгласил судья.

На Иффи не было лица.

– С одной стороны, конечно, да… Но с другой стороны… Мы…

– Говорите по существу, обвинитель! – прервал его Грозус. – Вы снимаете обвинение с обвиняемых?

– Мы… Да, Ваша Честь, мы отказываемся от обвинения! – решился наконец полицейский. – В конце концов, все действительно очевидно… – словно попытался оправдаться он перед кем-то.

Зал разразился аплодисментами.

– В связи с отказом обвинения дело закрыто! – провозгласил судья. – Крим ред кеш ан Шторр, Пул гр кеш ан Ковар, вы свободны и вправе оставаться в городе, либо покинуть его по вашему усмотрению. Коллегия присяжных распускается. Это все, господа!

37

– Спокойно, любезнейшие, спокойно, – увещевал друзей мэтр Мисс, вызволяя Ольгу из их объятий. – Успеете еще наобниматься. Ничего еще не закончилось!

– В смысле – не закончилось? – не понял Крим.

– В прямом. Опасность вовсе не миновала. Пойдемте скорее вниз!

– Мэтр прав, – как-то виновато проговорила Ольга. – Надо делать то, что он говорит.

– Пойдемте, – повторил адвокат.

– Никуда я вас не отпущу! – заявил Смит. Он вновь был похож на прежнего Джона Смита, разве что седина никуда уже не могла деться. – Сейчас поедем ко мне, отпразднуем это дело, – торговец не выпускал ладони дочери из рук, словно боялся, что она вновь исчезнет.