Варвар
Шрифт:
– Крим! – голос Ольги застиг его на пороге. Что-то в нем заставило Шторра оглянуться.
– Да?
– Крим, останься, прошу тебя! – проговорила девушка. – Ты не выживешь один в лесу! Погибнешь! Я не хочу…
– Я погибну землянином.
– Но это же глупо!
– Нет. Пул прав, это единственный способ спасти Терру, идею Терры. Спасти то, во что я верил и верю.
С этими словами он отвернулся и шагнул за порог.
– Крим! – это уже был голос гростианина.
– Что еще?
– На, возьми, – Пул протянул ему большой десантный нож в кожаных ножнах. – Это мой личный, он не относится к имуществу Протектората.
Помедлив
– Спасибо, – сухо проронил он.
Ольга торопливо рылась в карманах.
– Возьми еще вот это, – девушка извлекла на свет небольшую зажигалку.
– Спасибо, – повторил Крим, принимая подарок. На этот раз в его тоне было чуть больше теплоты.
– Я никогда не забуду тебя! – голос Смит дрогнул.
– Забудь меня. Забудьте меня оба.
Крим вышел из здания мэрии. Часовой при входе проводил его почти равнодушным взглядом.
44
Часа через три Криму захотелось пить. Все это время он двигался практически без остановок, стремясь как можно быстрее покинуть территорию Протектората. Однако, удаляясь от Империаполиса, он все дальше уходил и от реки, на берегу которой располагался поселок.
Свою ошибку Шторр понял слишком поздно. Возвращаться назад не хотелось. Идти дальше – неизвестно еще, встретится ли на пути вода.
Крим попытался восстановить в памяти карту местности. Когда они с Фрэнком подлетали к планете, в окрестностях поселка был уже вечер, и разглядеть сверху удалось не так много. Вроде бы в лучах заката что-то поблескивало впереди за лесом. Река не река, озеро не озеро. Сколько может быть до него? Час пути? День? Больше?
– Ладно, ерунда, – сказал сам себе Шторр. – Пусть даже идти больше суток. Что я, не дойду что ли?
Решив так, он зашагал дальше.
Лиственный лес постепенно сменился хвойным: земля была сплошь усыпана толстым слоем иголок, мягко пружинящим под подошвами сапог. Подлесок почти исчез, трава пробивалась лишь местами, в основном на полянках и прогалинах. Идти стало легче, так как больше не приходилось продираться сквозь заросли. Крим ускорил шаг.
Тем временем солнце заволокло густыми облаками. С каждой минутой небо становилось все темнее и темнее. Шторр все ждал, что пойдет дождь и можно будет наконец напиться, но тот все никак не начинался. Первые капли упали с неба лишь поздно вечером. Остановившись, Крим раскрыл рот и подставил дождю лицо. Приятная прохлада коснулась его языка, смочила губы. Шторр жадно сглотнул.
Однако дождь быстро кончился, так и не утолив в полной мере его жажды. Крим огляделся в поисках остатков воды, но та вся ушла в слой опавших игл. Одинокие капельки поблескивали лишь на редких травинках. Опустившись на колени, Шторр лизнул зеленый стебелек. Вкус показался ему каким-то странным. Крим сплюнул: слюна была розовой. Он понял, что ухитрился порезать травой язык.
Решив действовать по-другому, Шторр поднялся, подошел к ближайшему дереву и попытался его качнуть. Толстый ствол поддался слабо, сверху упало лишь несколько капель – Крим даже не успел подставить лицо. Тогда он отступил на полшага и с силой ударил по стволу подошвой сапога. На этот раз он был вознагражден парой пойманных ртом капель. Раз за разом он повторил процедуру с другими деревьями и окончательно отбил ногу, но ему наконец удалось кое-как напиться.
Между тем, в лесу окончательно стемнело. Предстояло найти место для ночлега. Выбрав холмик посуше (вот
– Кто здесь? – крикнул Крим.
Резкий шорох, быстрый топот – и все стихло.
– Наверное, зверь, – пробормотал землянин.
Он вновь закрыл глаза, но сон пропал. Ночной лес таил в себе неясную угрозу. Водятся ли здесь хищники? Скорее всего – да, ни одна экосистема не сможет существовать без санитаров. В таком случае, достаточно ли они сильны и агрессивны, чтобы ему следовало их опасаться? Исключать этого было нельзя.
Всю ночь Крим так и просидел под деревом, не сомкнув глаз. Сжимая в руке нож, он вслушивался в загадочные звуки леса. Вот пролетела какая-то ночная птица… Слабый шорох – как будто что-то скользит по иголкам. Не змея ли это ползет?.. Отдаленный топот лап… Еще более отдаленный вой… Леденящий душу стон!.. Или это просто дерево скрипит?
Только под утро, когда первые лучи рассвета рассеяли мрак, Шторр позволил себе задремать. Проснулся он совершенно не отдохнувшим, к тому же снова хотелось пить.
Погода была пасмурная, однако не настолько, чтобы надеяться на дождь. Засунув нож в ножны, Крим поднялся и, прикинув направление, двинулся в путь. Ориентироваться в лесу без солнца было непросто, и он не мог быть уверен, что строго придерживается намеченного маршрута. Ну да ладно, главное, чтобы не назад.
В течение дня не произошло почти ничего, заслуживающего внимания. Ближе к вечеру лес вокруг вновь немного изменился, появились деревья лиственных пород, кустарники. Несколько раз Криму попадались ярко-красные ягоды, однако он не рискнул их попробовать, опасаясь отравиться. Встречались и грибы, но на их счет у Шторра и вовсе не было уверенности, что они съедобны. Впрочем, голод и не доставлял ему особых хлопот – все ощущения целиком и полностью забивала жажда.
Уже почти стемнело, когда на пути попалась поляна, сплошь поросшая красивыми голубыми цветами на высоких ножках. Дело, однако, было не в них, а в их широких конусообразных листьях. Во многих из них, как в стаканчиках, сохранилась дождевая вода. Набросившись на этот поистине королевский подарок, Крим принялся жадно пить и не останавливался до тех пор, пока не опустошил все имеющиеся запасы.
Решив, что выспаться все равно не удастся, Шторр не стал останавливаться на ночлег, продолжая идти вперед. Двигаться в темноте было довольно трудно, однако не было худа без добра: продираясь едва ли не на ощупь, Крим создавал в ночной тиши столько шума, что ни один хищник в здравом уме не рискнул бы приблизиться к такому монстру. На заре, выбившийся из сил и исцарапанный, Шторр рухнул под первый же попавшийся куст и почти сразу же уснул.
Разбудил его солнечный луч, бесцеремонно бивший сквозь разрыв в листве прямо землянину в глаза. Потянувшись, Крим нехотя встал на ноги. Посмотрев на небо, сориентировался. Похоже, что он несколько отклонился влево. Прикинув поправку, Шторр продолжил путь.
Сверяясь по солнцу, было намного проще держать направление, однако имелись и свои недостатки. Стало довольно жарко. В сочетании с высокой влажностью (дождь, что ли, позавчерашний испарялся?) это создавало определенные неудобства. Часа через два Крим был вынужден снять промокшую от пота рубашку, а еще через три часа пути – остановиться на привал.