Варвар
Шрифт:
Клейн был ученым Храма; Джеррин и Дрейд до сих пор проявляли интерес только к военному искусству и не занимали официальных гражданских постов. Тем не менее каждый из них, в соответствии с законом, имел право совещательного голоса в делах Империи, хотя и не мог прямо вмешиваться в решения администрации. По-видимому, думал Тьюз, нужно предоставить двум старшим племянникам легальную возможность заниматься государственными делами, назначив их советниками правительства. Подобный шаг был несколько рискованным, но он продемонстрировал бы нобилям и народу полную лояльность Тьюза относительно других членов правящей
Конечно, продолжал размышлять Тьюз, Клейн мог обратиться к нему с этими письмами; мутант действует в пределах своих прав члена династии. Правда, ему не следует быть таким настойчивым — здесь Тьюзу пришли на память слова, сказанные однажды матерью: «Благоразумнее не напоминать слишком часто о своих правах, если они не подкреплены силой». Афоризм доставил ему удовольствие; он улыбнулся.
Ночью, перед отходом ко сну, у Тьюза вдруг мелькнула мысль, что в его жизнь снова входят подозрение и страх — те самые чувства, которые принесли ему столько тревог и беспокойства на Венере. «Очевидно, проклятая атмосфера дворца, пропитанная интригами, действует на меня», — подумал он.
Он остро осознал свою неспособность к глубокому мышлению; этот дар он признавал в других с величайшей неохотой и только потому, что, в конечном счете, это редкое качество приносило пользу государству. В определенной степени ему было присуще чувство долга, хотя он всегда ощущал его как довлеющий над ним груз. И все же во многих случаях долг определял мотивы его поведения; это действительно было так. Успокоенный собственной честностью, он подумал: «Меня могут ввести в заблуждение, но, даже если это произойдет, я все равно должен оставаться бдительным по отношению к любым возможным источникам опасности. А наш уродец Клейн, с его научными знаниями и коллекцией древних машин и оружия, относится к таким факторам, которые я, как хранитель государства, должен держать под своим контролем».
То, что и у него могут возникнуть серьезные мысли, он уже доказал Клейну во время войны на Венере. Теперь надо было показать свою власть, проявив одновременно обе ее стороны — великодушие и твердость. Урод должен получить предупреждение — достаточно дипломатичное, но ясно показывающее, кто является хозяином положения. После долгих размышлений Тьюз остановился на следующем варианте:
Мой дорогой племянник!
Твой интерес к государственным делам радует меня; считаю необходимым предложить тебе пост Советника. Такое же намерение я питаю относительно Джеррина и надеюсь, что вы согласитесь разделить со мной груз забот о благе Империи.
Ты никогда не обращался с просьбой о предоставлении почетной стражи, на которую тебе дает право твое происхождение. Полагаю, тебе будет приятно услышать, что государство выделяет солдат для охраны материалов и инструментов, которые ты разыскал в божественных копях и других древних сооружениях.
Наиболее надежным местом для всех этих вещей является наша резиденция в Линне. В соответствии с этим я разрешаю перевезти все ценности в город любым удобным
Капитан стражи, лично отвечающий передо мной за эту операцию, окажет тебе содействие для транспортировки твоих сокровищ. В недалеком будущем, когда я закончу свой отдых, я смогу лично оценить достоинства твоих коллекций и найти им достойное применение на благо государства.
С наилучшими пожеланиями Тьюз, Великий Советник.
«По крайней мере, — подумал Тьюз, после того, как он отправил послание и отдал необходимые распоряжения воинским частям, — эти опасные игрушки будут собраны в одном месте. Затем можно будет сделать второе предупреждение уроду — если, конечно, это будет необходимо».
Мудрый руководитель должен предусмотреть любую случайность. Даже действия его самых дорогих и любимых родственников следует объективно взвесить и проверить.
Вскоре Тьюз получил известие, что Клейн не оказывал сопротивления и все ценности доставлены в Линн без инцидентов.
Он все еще находился в горном дворце Линнов, когда пришло третье письмо от Клейна. Кроме краткого обращения, письмо было полностью посвящено социальным проблемам.
Нашему дяде, Великому Советнику Тьюзу.
Сиятельные нобили Империи Джеррин и Клейн считают, что численное превосходство рабов над свободными гражданами Линна может привести к опасной ситуации; нам кажется, что рабство совершенно нежелательно в нормальном государстве. Предлагаем Великому Советнику Тьюзу и его правительству, в чьих руках находится ответственность за будущие поколения, руководствоваться в своей деятельности следующими принципами:
1. Всем свободным людям предоставляется неотъемлемое право распоряжаться собственной личностью.
2. Должен начаться процесс постепенного освобождения рабов, разбитый на несколько этапов, причем два первых этапа вступают в силу немедленно.
3. На первом этапе отменяются физические наказания рабов, кроме совершаемых по постановлению суда.
4. На втором этапе их рабочий день ограничивается десятью часами.
Другие этапы предусматривали последовательное освобождение рабов, пока, спустя двадцать лет, в этом сословии не остались бы только неисправимые преступники. Весь процесс должен был гарантироваться законами государства, трактующими каждого как независимую и свободную личность.
Тьюз прочитал этот документ, одновременно изумивший и развлекший его. Он вспомнил другое высказывание своей матери: «Не беспокойся из-за идеалистов. Толпа сама перережет им горло в соответствующий момент».
Он жестоко усмехнулся. Эти мальчики действительно стали слишком настойчиво вмешиваться в дела государства.
Лето кончалось, и он начал готовиться к возвращению в город. Настроение у Тьюза было мрачное; он чувствовал, что схватка за власть будет неизбежной.
На второй день после возвращения в Лини он получил еще одно письмо от Клейна. Письмо содержало просьбу об аудиенции для обсуждения «вопросов безопасности империи, относительно которых Ваши департаменты собрали информацию».