Варяги. Смута
Шрифт:
Хирдман, понявший, о чем именно я толкую, притащил небольшой мешок. Открыв его, я увидел то, что и ожидалось — десяток глиняных зажигательных бомбочек, переложенных соломой, чтобы не разбились от неосторожных движений. Добтав одну из них, я придирчиво осмотрел ее. Все было нормально. Замазанное отверстие, пропитанный горючим составом короткий фитиль. Улыбнувшись, я выложил на утоптанный снег все десять девайсов. И посыпались вопросы вперемешку с комментариями…
— И что это?
— Куда вообще эти горшочки нужны?
— Игрушки какие-то, у дочурки похожее видел…
Обычные комментарии, примерно
Время открыть второй козырь, который я столь заботливо подготовил.
— Ждан, Оттар! Установите те набитые тряпьем доспехи, о которых я вам говорил…
Быстро засуетившиеся хирдманы буквально за минуту расположили пять подобий бойцов в полном обмундировании. Обычного воина, скрывшегося за ростовым щитом и группу из трех воинов. Полный набор для тех вариантов применения «зажигалок», которые я намеревался продемонстрировать.
— Берем этот сосуд из прочной глины, затем поджигаем фитиль от искры или от лучины там, что не столь важно, — одновременно со словами я демонстрировал и практическую часть обращения с новым для хирдманов оружием. — Ждем самую малость, пока огонь не прожжет преграду, отделяющую фитиль от «греческого огня. Вспышка, пламя стало ярким! Значит, можно метать. Бросок!
Хорошо пошла… И врезалась аккурат в куклу воина с двумя клинками. Разбилась, естественно, о броню, и вот тут горящая вязкая жидкость разлетелась, вгрызаясь не в плоть, но в то, что ее символизировало. Тряпки, обильно политые водой, а потому заледеневшие, все равно пылали, показывая, что подобные мелочи «греческому огню» не преграда.
— Теперь в щитовика…
Та же самая картина, но с некоторыми изменениями. Глиняная оболочка разбилась об окованный железом щит, на доспехи почти ничего не попало. Вот только щит, несмотря на присутствовавшее на нем железо, горел.
— Ну как, дети Одина? — звонко крикнула Роксана, видя, что внимание всех присутствующих приковано к пылающему щиту. — Долго любой из вас продержит эту пламенеющую опасность в своей руке? Не советовала бы это делать. Рука обгорит до кости. А как бросите, так строй нарушится, пробить его легче будет.
— А теперь насчет групповой цели, — вновь перевел я внимание на себя, подбрасывая на ладони зажигательную бомбочку более солидного размера. — Наверное, всем вам случалось разбивать кувшин с водой или ной жидкостью. Некоторые и вовсе разбивали его о стену в порыве чувств. Значит помните, как брызги воды разлетались во все стороны… Так вот, сосуд с «греческим огнем» по сути своей от кувшина с водой ничем не отличается. Только брызги эти прожгут плоть стоящих рядом с основной целью до костей. Вот так вот!
И снова в яблочко. Удачным броском я заставил горящее содержимое расплескаться по всем трем составляющим групповой цели. Горит щитовик, на шлем которого
— Ну вот и все, — развел я руками. — Три сосуда со столь опасным огоньком я уже использовал, осталось еще семь. Можете убедиться лично. Только под пристальным наблюдением моих хирдманов. Зигфрид, Олаф, Лейф… Прошу вас! Возможность почувствовать силу нового оружия не так часто даруется благосклонным взглядом богов.
Оставив союзно-вассальных ярлов тешиться опасными игрушками под строгим надзором Оттара и Ждана, я вместе с побратимами отошел в сторонку.
— Ты всех впечатлил, — серьезнейшим голосом заявил Магнус. — Даже нас, которые знали о готовящемся. Это страшное оружие уже показывало свою мощь на воде, а порой и на суше… Но только в руках ромеев. Сейчас тайна вырвана из их рук. Слава жителям Асгарда, давшим нам эту возможность!
— На асов надейся, а и сам не оплошай, — подмигнул я жрецу Локи. — Боги предпочитают помогать тем, кто сам деятельно шевелится, стремится достичь невозможного.
— Только вот излишняя таинственность, клятвы молчания, взятые с присутствующих тут союзных ярлов… Не слишком ли?
— В самый раз, брат, — ответил я, а Гуннар согласно кивнул, показывая полную со мной солидарность. — Будем готовить такие вот неприятные дары нашим врагам. Но скрыто, чтобы поразить их при первом применении «греческого огня» как можно более больнее и обширнее. А вот потом можно будет чуть приоткрыть завесу тайны. Но опять же не насчет способа создания оружия.
Магнус пожевал губами, но согласился. Видимо, представил себе ситуацию, что сведения о наличии у нас «греческого огня2 достигнут того же ромейского посольства. реакцию предсказать легко, а вот последствия уже не очень. Кроме того, что они будут крайне неприятными и случатся до того, как мы будем готовы на них четко реагировать
— Ты только посмотри! — восхищенно ахнула Змейка. — Стурлассон, обычно такой важный и гордый, открыто радуется, попав твоей придумкой в обряженное в доспех чучело. Оно горит, а он аж руки потирает и лицо такое… возвышенное.
— Точно так, — вздохнул Олег. — Все три ярла метнули огонек по два раза, остался только один сосуд. Сейчас будут его меж собой делить или разыгрывать. Всем хочется еще раз почувствовать власть над огнем. Как тебе это, Мрачный?
— Пусть развлекаются. Один вложим им в головы достаточно мудрости. Чтоб не переругались и тем более не подрались. Лучше скажите, как, по вашему мнению, эти виды оружия способны вырвать победу в крупном сражении?
Радостные улыбки не исчезли. Но теперь к ним добавились оттенки серьезных мыслей. И действительно, у ромеев это оружие было, но били их не так чтобы редко. Одна последняя битва у Траяновых Ворот чего стоила! Да уж, порезвились тогда болгары, нечего сказать. Потому впадать в дикий оптимизм побратимы не собирались, не тот характер у любого из них.
— Было бы сражение на море, — протянул Эйрик Петля, после чего добавил. — А на суше «греческий» огонь может пугать тех, кто духом слаб или за гнев богов и посылаемое ими пламя его примет.