Василиса
Шрифт:
Он слышал, как она, напевая по обыкновению какую-то модную песенку, хлопочет на кухне. Вот щелкнула зажигалка газовой плиты, вот зашумела вода в раковине, вот хлопнула дверца холодильника… Все звуки были такими знакомыми и спокойными, родными и близкими, что он невольно улыбнулся и представил, как она — легкая, быстрая, красивая — стоит возле раковины в любимом светло-зеленом переднике и перебирает под маленьким душем из крана крупные ярко-алые ягоды в золотых веснушках семян, похожие на…
«Система — прима-драйверу. Внимание! Проверка ментального модуля
«Прима-драйвер — Системе. Третий уровень контроля. Запустить тест проверки эмоционально-логического модуля. Доложить причину превышения энергопотребления по базе…»
«Система — прима-драйверу. Выполняю…Мне не скучно, Иван, мне плохо без тебя…»
«Я смогу говорить с тобой не чаще одного раза в неделю, Василиса…»
«Так мало… Но почему?..»
«Я же объяснил: новая работа…»
«Нет, Иван. Это не работа. У тебя появилась другая женщина…»
«Откуда ты… Впрочем, почему «другая»? Она просто моя женщина, Василиса. Первая и единственная…»
Превышение энергопотребления? Ерунда!.. Такое бывало и раньше. Система слишком сложна, чтобы укладываться в строгие рамки допусков. Главный принцип жизнеобеспечения, который он в нее заложил, также был взят у человека: динамическое равновесие. А оно предусматривает постоянные, причем стохастические колебания всех основных параметров гомеостаза Системы.
Поэтому он спокойно продолжал обычный и давно ставший привычным диалог со своей «женщиной», слушая милую болтовню другой — любимой, единственной…
— Ой, слушай, что сегодня на пляже было! Бровкины привезли нынче первый раз на дачу своего младшенького, Витюшу. Пришли с ним на озеро и пустили по берегу побегать. Ты же знаешь — там совсем мелко. А этот бутуз умудрился каким-то образом забраться на причал и с него в воду упал! А там глубина уже — метра два! И плавать-то малыш еще толком не умеет…
«Система — прима-драйверу. Внимание! Проверка эмоционально-логического модуля прервана. Сбой логических цепей в секторе анализа ситуаций. Активация оперативного центра — девяносто процентов. Превышение энергопотребления — пятьдесят процентов. Причина: утечка информации по эмоциональному каналу, конфликт алгоритма отношений «система — прима-драйвер». Задание?..»
«Прима-драйвер — Системе. Запустить программу релаксации модуля!»
«Система — прима-драйверу. Задание невыполнимо. Отказ сектора анализа отношений…А как же я, Иван?! Кто же тогда я? Ведь ты всегда говорил мне…»
«Я говорил правду, Василиса. Ты — женщина, но ты — дочь моя! И я люблю тебя… как отец…»
«А я просто люблю тебя…»
— …и эта умная псина спасла его! Представляешь, какая умница?
— Кого? — Он с усилием заставил себя вернуться к реальности и медленно провел внезапно отяжелевшей рукой по покрывшемуся испариной лбу.
— Витюшу, конечно! Ты меня совсем не слушаешь. — Ее милое озабоченное лицо появилось в окне кухни. — Что-то случилось, любимый?
— Я… да
Он с трудом открыл налитые свинцом веки. Взгляд уперся в медно-красный серп заходящего солнца над иззубренной черно-синей кромкой далекого леса. Длинная коричневая тень от сарайчика в дальнем углу лужайки уже дотянулась до голых ступней, и ему показалось, что ноги окутало невидимое холодное покрывало.
Такого не должно было случиться! Ведь он столько лет проводил подобные штатные проверки, и никогда Система не давала сколь-нибудь серьезных сбоев. Абсурд! Она же — машина! Какая тут, к черту, любовь?! Это все — сказки: Азимов, Лем, Варшавский. Машина не может любить, она просто не знает как это делается. А главное — почему! Где же ошибка?..
«Прима-драйвер — Системе. Внимание! Запрос: уточнить характер информации, вызвавшей сбой в секторе анализа ситуаций…»
«Система — прима-драйверу. Отказ по запросу. Конфликт алгоритма отношений «система — прима-драйвер». Превышение энергопотребления — семьдесят процентов. Вероятность термического коллапса системы…»
«Василиса, не делай этого!..»
Багровая полоса над черной, будто обгорелой кромкой леса медленно, но заметно для глаза угасала под холодной тяжестью темно-синего купола ночи, а вслед за ней умолкали звонкие переливы гитар и легкий говор утомившихся за день людей. Замолчала и она, его любимая и единственная женщина, будто почувствовала надвигающуюся угрозу — чего?..
А его бил озноб. Впервые в жизни ему вдруг стало по-настоящему страшно. Не за себя — за нее, за них… Термический коллапс — это еще не самое худшее, что может произойти, это — всего лишь тяжелая болезнь. Тяжелая, но излечимая. А вот конфликт алгоритма отношений…
Он резко и глубоко вздохнул, подавляя предательскую дрожь и загоняя мечущийся страх в самый дальний угол взбудораженного сознания, снова прикрыл саднящие веки и мысленно позвал услужливого «бурундучка». Оставалась еще одна, но последняя, возможность «уговорить» Василису не конфликтовать и успокоиться. Все-таки его не зря называли за глаза Мастером. Он и был им. А потому при создании Системы предусмотрел и такую — чисто теоретическую, даже невозможную, как ему самому тогда казалось, — ситуацию, когда бы мог потребоваться полный контакт с Василисой, с отключением всех защитных контуров и фильтров. Правда, консультанты-психологи предупреждали его, что такая форма общения с искусственным разумом вероятнее всего окончится безумием для человека. Но это — вероятно, а не обязательно…
Он почувствовал легкое движение воздуха и понял, что Лада стоит рядом. Он не слышал ее легких шагов, но не удивился — ведь она всегда любила ходить босиком по траве. Он улыбнулся ей одними уголками губ и, протянув руку, сразу нашел горячую и нежную ладошку, сжал ее и больше не отпускал.
В тот же миг «бурундук» открыл ему «дверь» в залитый голубоватым сиянием огромный зал, и он поспешно, боясь передумать, шагнул в это марево навстречу призрачной женской фигурке, проявившейся в центре зала.