Вдовы
Шрифт:
Линда допивала вторую чашку чая, когда они с Долли услышали стук в главные ворота гаража. Появилась Ширли. Она ковыляла на высоких каблуках по неровному полу, задевая об углы чемоданом и извиняясь за опоздание.
– Черт побери, ну и прикид! – воскликнула Линда. – Долли, гляньте, как она вырядилась. И что это у тебя – накладные ресницы, что ли?
Ширли уронила чемодан прямо в маслянистую лужу, и свеженький автозагар на ее ногах покрылся рябью брызг. Девушка отпрыгнула, сломала каблук и, потеряв равновесие, плюхнулась на капот самой грязной машины
– У меня восьмое место! Я выставила себя полной идиоткой, еще и маме нагрубила!
Линда попыталась утешить подругу:
– Восьмая – так не последняя же, Ширл. Сколько всего вас там было?
– Десять… – жалобно всхлипнула девушка, и Линде пришлось поскорее отвернуться, чтобы спрятать улыбку.
Ширли поднялась с капота и попыталась отряхнуть сзади свое пальто. Нащупав на ткани что-то липкое, она посмотрела на ладонь – оказалось, машинное масло. Бедняжке страшно было подумать, как теперь выглядит ее прекрасное бежевое пальто. Последней каплей стало открытие, что при падении она сломала ноготь. Утирая слезы, Ширли сказала:
– Я не собиралась приходить.
– Тебя кто-нибудь видел? – спросила Долли, втайне довольная появлением Ширли: всегда приятно, когда все идет по плану.
– Нет. Я вышла перед вокзалом, как вы велели.
– А ты сама кого-нибудь видела?
– Ну разумеется, видела! Это же, черт возьми, вокзал в час пик! – вспылила Ширли, но быстро взяла себя в руки.
Долли попыталась успокоить девушку и принялась поглаживать ее по голове – точь-в-точь как Вулфа, а Линду отправила делать кофе.
– Стоило переться сюда через весь город, чтобы бесплатно поработать официанткой, – бурчала Линда, ставя чайник.
Десять минут спустя три женщины, запасшись чаем, кофе и печеньем с кремом, сидели вокруг большого ящика и рассматривали карты и схемы, которые принесла Долли. Линда жевала сласти, Ширли обкусывала обломанный ноготь, стараясь придать ему приемлемую форму, и отмахивалась от дыма сигареты, которую курила Долли, склонившись над планами и методично записывая в ежедневник то, что требовалось купить, сделать, изучить.
– Главная проблема – как все это нести на себе отсюда… – Долли дополнила свою схему туннеля под Стрэндом аккуратной линией, – в то место, где у нас будет припаркована машина. На ней мы скроемся от преследования. Бежать до нее ярдов пятьдесят.
Долли оторвала глаза от схемы и увидела, что Линда поглощена слизыванием крема с печенья.
– Ты слушаешь? – поинтересовалась женщина.
Линда бойко повторила все, что говорила Долли:
– В туннеле краденый грузовик перегораживает дорогу машине инкассаторов спереди. Еще один краденый фургон блокирует ее сзади. Один стрелок держит под контролем водителей остальных авто. Второй стрелок заставляет инкассаторов открыть дверцы их машины. Затем набиваем рюкзаки деньгами.
– Очень тяжелыми деньгами, – уточнила Ширли.
– Очень тяжелыми деньгами, – согласно повторила Линда. – Пятьдесят ярдов бегом до третьей машины, чтобы скрыться от полиции. – Она явно гордилась собой.
«Строптивая сучка», – подумала Долли. Пока она решила закрыть глаза на дерзость Линды, но сделала мысленную пометку
– Кому-то из нас предстоит научиться пользоваться бензопилой, и вот это по-настоящему тяжелая штука, – продолжила Долли.
– В руках у меня совершенно нет силы, – заметила Ширли. – А вот ноги довольно крепкие, так что рюкзак с деньгами не должен стать проблемой.
– Тебе уже доводилось носить за спиной треть миллиона мелкими купюрами? – сухо спросила Долли.
Ширли сникла. Она слишком устала, чтобы подсчитывать, сколько весит эта мифическая треть миллиона в купюрах, поэтому сменила тему:
– Что будет, если на нас набросятся люди из машин в туннеле?
Ей ответила Линда:
– Ты что, не слышала? Я же только что сказала: один стрелок держит под контролем водителей остальных авто. Стрелок – это я. И пусть твоя хорошенькая головка не тревожится: в мою смену геройствовать никто не осмелится. – Линда ухватила еще одно печенье. – А что насчет взрывчатки?
Долли смерила Линду долгим холодным взглядом, после которого никаких слов уже не требовалось. «Если бы взгляды убивали, я бы давно валялась на полу», – подумала Линда.
– Извиняюсь, – сказала она и потянулась, чтобы утешительно похлопать Долли, но женщина отдернула руку и избежала ненужных сантиментов.
– Скоро я встречусь с осведомителем. Судя по записям Гарри, машина инкассаторов всегда проезжает через этот туннель, но время и маршрут могут различаться. Примерно раз в месяц они перевозят особо крупную сумму, и наша цель – именно такая перевозка, ориентировочно – через четыре месяца. Осведомитель должен назвать точную дату и путь следования, после чего нам нельзя будет терять ни минуты.
Долли наклонилась, доставая что-то из сумки, и Линда с Ширли, переглянувшись, закатили глаза. Два месяца, четыре или шесть – она что, всерьез полагает, будто они сумеют совершить вооруженное ограбление?
Когда Долли выпрямилась, в ее руке было два больших коричневых конверта.
– Найдите себе по машине, – велела Долли, раздавая конверты. – Заплатите наличными и убедитесь, что все налоги на машину оплачены и техосмотр пройден. После дела мы от них избавимся.
Линда открыла конверт и чуть не ахнула. У нее заблестели глаза и по коже побежали мурашки: да тут штуки две, не меньше! Заканчивая собрание, Долли раздала девушкам ключи от гаража, и Линда приняла их с улыбкой до ушей.
– Итак, теперь этот ангар будет нашим штабом, – сказала Долли, завершая встречу. – Приходим и уходим с максимальной осторожностью. – Второй комплект ключей она протянула Ширли. – Вот он, твой шанс, милочка. Ты с нами или нет?
Ширли прижала к себе конверт с деньгами, взглянула на Линду – та ободряюще закивала – и взяла ключи.
Долли поднялась, вполне удовлетворенная тем, чего удалось достичь за вечер.
– На сегодня всё, – объявила она. – Наиглавнейшее правило: ни одна из вас не должна звонить мне или приходить ко мне домой, я сама свяжусь с вами, когда будет нужно. Кроме денег, в этих конвертах вы найдете список дел. Действовать будем поэтапно. Перво-наперво решите вопрос с машинами, а ты, Ширли, купи одежду – какую именно, указано в твоем конверте.