Вечно
Шрифт:
Селия провела его к большому, высохшему дереву, растущему посреди ранчо, возле которого в землю был воткнут небольшой деревянный колышек. Они постояли там несколько минут, смотря на могилу. Горячий воздух был наполнен невысказанными словами.
– Ты не виноват, – сказала Селия, поглаживая Кармина по спине. – Я знаю тебя. Ты все время винишь себя в тех ситуациях, когда ты попросту не можешь ничем помочь.
Кармину хотелось сказать ей, что она ошибается, потому что это была его вина, но Селия все равно не согласилась бы с ним.
Она покачала головой, так и не услышав от него ответа.
– Можешь ничего не говорить, главное – выслушай
Кармин кивнул, вспоминая то, как он в детстве часами бродил по лесу, придумывая в своей голове различные варианты развития событий, при которых его мама была бы жива. Он выискивал в своей памяти самые незначительные детали, преувеличивая их значение и превращая в катализатор, который и привел к катастрофе. Ему не хотелось, чтобы в эту ловушку попалась и Хейвен, поскольку он прекрасно знал, что за этим следовало. Это приводило к тому, что люди становились черствыми, равнодушными – их душа медленно умирала, уступая темноте.
– Это несправедливо, – сказал Кармин. – Она даже не смогла пожить.
Селия вздохнула.
– Она не могла распоряжаться своей жизнью, но вопрос смерти оказался в ее власти. Она приняла решение и довела его до конца. Мы не можем ее за это осуждать. Мы не имеем такого права. Мы должны уважать ее решение, как бы это ни было тяжело.
Кармин посмотрел на Селию, удивленный ее словами. У него едва не остановилось сердце, когда он заметил возникшую рядом с ними Хейвен. Вздрогнув, он схватился за грудь.
– Господи, ниндзя. Ты напугала меня.
Не произнеся ни слова, Хейвен прошла к могиле и присела перед ней на корточки.
Молча водя руками по земле, она набрала в руку горсть земли и сжала ее в кулак. Просачиваясь между пальцами Хейвен, земля вернулась на свое место.
Посидев еще минуту, Хейвен поднялась на ноги и, миновав Кармина и Селию, вернулась в машину.
* * *
В течение следующих нескольких дней Хейвен практически не разговаривала. Кармину не удавалось заставить ее нормально поесть, их сон был быстротечным. Остаток недели они провели в мотеле, пытаясь скрыться от окружающего мира, однако Кармин понимал, что к концу выходных им придется отправиться в обратный путь. Мафия покинула город, его отец был жив, а произошедший в Блэкберне инцидент был улажен. Пора было возвращаться к своим жизням. Пришло время столкнуться с реальностью.
Возвращение домой проходило в напряженной тишине. В течение дня Кармин часто останавливался для того, чтобы отдохнуть, однако пределы Дуранте они пересекли уже к концу выходных.
Припарковавшись возле «Мерседеса» своего отца, Кармин, потягиваясь, вышел из машины. Хейвен направилась прямиком в дом, не дожидаясь его. Проследовав за ней и зайдя в фойе, он наткнулся на отца.
– Привет, ребята, – сказал Винсент, с беспокойством смотря на них.
– Привет, – ответил Кармин.
– Доктор ДеМарко, сэр, – сказала Хейвен. – Можно мне уйти?
– Разумеется, dolcezza. Тебе даже не нужно об этом спрашивать.
Кармин нахмурился, наблюдая за тем, как Хейвен поднимается по лестнице.
– Я пойду спать.
Винсент вздохнул.
– Дай ей время, Кармин.
Кивнув,
Разувшись, он лег рядом с ней.
– Это не твоя, блять, вина, Хейвен, – сказал он, притягивая ее к себе. – Ты ни в чем не виновата. Я не позволю тебе отталкивать меня.
Ее тело задрожало, когда она начала плакать, так и не сказав Кармину ни слова.
Глава 42
Книжные шкафы, окружавшие Хейвен, походили на небоскребы, возвышавшиеся над ней в библиотеке. Прохаживаясь меж рядов, она наугад доставала книги и изучала их обложки. Бегло просматривая описание книги, она надеялась найти что-нибудь для себя.
С момента их возвращения в Дуранте прошло уже несколько дней. Вернувшись аккурат к началу нового учебного года, который должен был стать для него выпускным, Кармин погрузился в учебу и футбол, оставляя Хейвен наедине с ее собственными делами. Несмотря на то, что она готовила и поддерживала чистоту в доме, у нее по-прежнему оставалось много свободного времени.
Желая отвлечься, она все чаще и чаще стала пропадать в библиотеке. Она надеялась на то, что сможет затеряться в других мирах, погрузиться в вымышленные времена и места, прожить жизнь другого человека. Ей хотелось забыть обо всем том, что вновь обрушилось на нее, дабы вновь и вновь не терзать себя мыслями о последних мгновениях жизни своей матери. Хейвен часто размышляла о том, о чем она думала и что чувствовала. Было ли ей страшно? Было ли больно? Усомнилась ли она хотя бы она один короткий миг в правильности своего решения?
Хейвен снедало чувство безысходности. Она сбежала в тот день в Блэкберне из-за того, что ей отчаянно хотелось спасти свою маму, и она никогда об этом не забывала. Она всегда помнила о своем обещании и была так близка к тому, чтобы его выполнить, но в самый последний момент все рухнуло.
Теперь было уже слишком поздно. Ее мама умерла.
Проводя пальцами по корешкам книг, Хейвен наткнулась на безымянный корешок. Достав книгу в кожаном переплете, Хейвен заметила упавший на пол листок. Подняв его и развернув, она нахмурилась, поняв, что это было письмо.
Опустившись в стоявшее у окна кресло, она положила книгу на колени и прочла выцветшее от времени письмо.
08/10/97
Миссис ДеМарко,
после тщательного расследования я решил, что больше не могу вести это дело. Берясь за него, я не знал подробностей, касающихся несовершеннолетнего ребенка, в отношении которого проводится расследование, и, знай я их изначально, я ответил бы Вам отказом. Официально Хейвен Антонелли не существует, и я настоятельно прошу Вас забыть о том, что Вы когда-либо с ней виделись. Опасно втягивать себя в какие бы то ни было дела с подобными людьми, поскольку они, не колеблясь, заставят Вас замолчать в том случае, если им станет известно о Ваших действиях. К данному письму прилагаются все средства, которые были выплачены мне с Вашей стороны. Пожалуйста, обратите внимание на то, что наш контракт расторгнут. Прошу Вас никогда больше не обращаться ко мне по данному вопросу. Благодарю за понимание.