Вечное таинство – смерть
Шрифт:
Последнюю фразу она с восторгом выкрикнула, на мгновенье обернувшись к отцу, который лишь снисходительно пожал плечами, и тут же вновь затормошила своего новоявленного питомца:
— Так ты понимаешь по-французски? А я уже начала изучать русский, купила себе целую гору учебников! Я могу сказать тебе по-русски…
Тут она приняла серьезный вид и произнесла с очаровательной старательностью: «Спа-си-бо!»
При этом не переставала трясти, обнимать и целовать окончательно сконфуженного Билли. Еще немного, и, казалось, пес произнесет если не по-французски, то по-русски: «Мадемуазель,
В конце концов эту самую фразу вальяжно произнес мой отец, после того как мы с ним вполне по-дружески обнялись и традиционно похлопали друг друга по плечам.
— Дорогая Лулу, тебе бы следовало в первую очередь поприветствовать Алена. Поднимись, прошу тебя, и поцелуй — только в щеку! — моего дорогого сына.
И, пока ничуть не смутившаяся Лулу бойко чмокала меня в щеку и горячо трясла мою руку, отчего-то все повторяя слово «товарищ», Старый Лис представлял нас друг другу:
— Мой дорогой сын Ален… Моя подруга Лулу… Как, Ален, зовут собаку? Билли! Что ж, прекрасное имя — приветствуем тебя, Билли! Рад, что все мы познакомились. Ну а теперь давайте отправимся домой — сказать по правде, мне уже до чертиков надоел этот аэропорт!
Разумеется, мы не заставили себя ждать, тут же направившись на выход: впереди весело трусили Лулу с Билли на поводке, за ними энергично вышагивали мы с отцом. Уже рассаживаясь в машине, я вдруг вспомнил, что мне говорила Анастасия насчет слабительного эффекта снотворного, тут же донес эти сведения до Лулу, которая только махнула ручкой, удобно устроившись в обнимку с Билли на заднем сиденье:
— Уверена, ничего такого Билли сейчас совершенно не хочет — смотрите, он все еще такой сонный! Облегчится дома, где-нибудь в нашем саду — там полно замечательных кустиков!
И мы отправились домой.
По приезде на место, едва открылись дверцы машины, вполне пришедший в себя Билли рванул в заросли шиповника в дальнем конце сада, Лулу с веселым хохотом бросилась за ним, а мы с отцом, поулыбавшись-поумилявшись на эту мирную картинку, прошли в дом, где я первым делом поднялся в свою комнату на второй этаж, чтобы разложить вещи по ящичкам в шкафу и переодеться.
На календаре был месяц октябрь, стояли последние теплые дни парижского бабьего лета. Приняв душ и переодевшись, я спустился на кухню, и мы с отцом накрыли стол к ужину на террасе.
Сказать по правде, Старый Лис великолепно умеет готовить, но, в отличие от меня, он чрезвычайно ленив и не любит утруждать себя лишний раз. Поэтому на протяжении не одного десятка лет у него трудилась приходящая прислуга — славная мадам Пико, женщина с золотыми руками, которую я помню еще с детских лет, когда мы с Ольгой, бывало, проводили у отца пару-тройку недель на летних каникулах. И вот теперь, как с довольным видом сообщил мне отец, в услугах мадам Пико больше не было нужды: ее заменила Лулу, наилюбимейшее хобби которой — кулинария.
Итак, мы со Старым Лисом неторопливо ужинали на террасе. Лулу, перекусив буквально на ходу, от ужина отказалась: она резвилась с Билли в саду. Мы с отцом полюбовались, как в стремительно сгущавшихся сумерках они гоняют мяч по все еще зеленой лужайке, после чего я по просьбе Старого Лиса изложил
Естественно, события этого бурного дня вытрясли из меня все силы — я ощутил это, рухнув в кровать. Несколько минут поворочавшись в благоухающих простынях, повздыхав и поохав, я подумал, что все хорошо, что хорошо кончается, загадал желание, чтобы Вера Бунина послушалась моей эсэмэски и покинула мой дом, отдав ключи Ольге, после чего погрузился в сон.
Глава 5. Здравствуй, Париж!
Где-то я прочел простую и замечательную фразу о том, что, когда человек счастлив, время для него летит незаметно. И вот, в этот зарождающийся день октября по всему выходило, что я был абсолютно несчастлив, потому как, проснувшись, несколько минут лежал, буквально кожей ощущая, как время невообразимо медленно тянется, в душе растет тоска, а в голову приходят мрачные мысли в духе «Зачем я прилетел к отцу?» и «Что делать дальше?».
Весь дом был погружен в тишину, а когда серый рассвет стал вползать в комнату, я услышал, как отец неторопливо спустился на кухню и включил кофейный агрегат. Старый Лис жаворонок: встает очень рано, ложится сразу после десяти вечера, трудится без счета времени, все свои силы отдавая родной фирме. Стало быть, можно с полной уверенностью сказать, что собственные благополучие и обеспеченность он честно заработал.
Следующей моей мыслью было, что, раз уж я проснулся, лучше по-быстрому встать и присоединиться к отцу: выпить в его компании чашку кофе, обсудить труды праведные на благо родных «Садов», а заодно договориться о безвозмездной аренде автомобиля из его гаража, чтобы свободно передвигаться по Парижу.
В одно мгновение я ощутил прилив сил, вскочил, оделся и почти кубарем скатился по лестнице на кухню.
— Ты уже встал? — удивленно вздернул брови Старый Лис. — Это я только приветствую. И что ты теперь намерен делать?
Устроившись за столом и приняв чашечку горячего кофе из его рук, я кратко изложил свои планы на ближайшее время и конкретно — на этот день: работать на «Сады Семирамиды» в поте лица, первым делом побеседовав на месте с моим парижским коллегой Анри Бюссе о наилучшем оформлении сайта фирмы — и прочее, прочее, все в том же духе.
Выслушав, отец бросил на меня недоверчивый взгляд и даже покачал головой, высказав вполне здравое предположение, что, скорей всего, Анри не будет в восторге от моего вмешательства в его дела.
Я заверил отца, что проявлю массу корректности и буду при Анри лишь смиренным наблюдателем, при необходимости все «оформив» как прекрасную возможность лишний раз поучиться у настоящего аса рекламы.
Отец в общем и целом согласился. Пара минут — и мы решили с ним вопрос с автомобилем (я «арендовал» его зеленый «Рено»), после чего расстались на некоторое время, вновь разойдясь по своим комнатам.