Вечность пополам

Логунова Елена Ивановна

Я мрачно посмотрела ему вслед. Я действительно знала.

Восстанавливать пароль было не сложно, а стыдно, ибо я делала это уже в четвертый раз. И даже мысль о том, что помощь в процессе обретения нового волшебного слова мне будет оказывать бездушный робот, не очень-то утешала. Даже робот, наверное, уже должен был проникнуться моей изумительной тупостью!

На «Одноклассники» я не заходила больше года, и что сейчас делается на моей страничке, не имела представления. Она перестала меня интересовать одновременно с мужчиной, ради которого я объявилась в «Одноклассниках»

пару лет назад. Смешно, но когда-то мы с ним действительно сидели за одной партой. И, как оказалось, в качестве смутного нематериального воспоминания мой одноклассник был намного приятнее, чем во плоти. Теперь я была готова похоронить его в прошлом окончательно и бесповоротно, так что и «Одноклассники» могли гореть синим пламенем погребального костра.

Вот только для того, чтобы удалить свой профиль на сайте, надо было сначала на него зайти.

– Ладно! – стиснув зубы, я в пятый раз прошла унизительную процедуру восстановления пароля.

В письме, которым откликнулся на это мое моральное харакири почтовый робот сайта, содержался новый пароль. Я бы не удивилась, если бы это было простое и емкое ругательное слово, но робот оказался сердоболен – он зашифровал свою оценку моей умственной деятельности в невыразительных цифрах.

Я с облегчением и признательностью подумала, что искусственный интеллект определенно превосходит человеческий разум. Санчо, небось, еще долго будет язвить и иронизировать по поводу моих взаимоотношений с «Одноклассниками», что бы за этими словами не стояло…

Я воспользовалась вновь обретенным паролем и зашла на свою страничку.

Теперь-то понимаю – зря я это сделала! Ох, зря…

«Опасное это дело, Фродо, выходить за порог. Ведь прямо за порогом начинается Дорога, и еще неизвестно, куда она приведёт…»

Каюсь, я слишком любопытна. Ну, не могла я удалить свой профиль, не посмотрев, что там собралось за год с лишним – приветы, букеты… Ничего такого особенного, впрочем, и не было, если не считать одного сообщения.

Оно пришло полгода назад и осталось без ответа лишь потому, что я его не читала.

«Аннушка, ты же такая умная, так почему не богатая?.. Я твой счастливый билет… Не упусти… Скоро узнаешь…».

– Это еще что такое? – удивилась я вслух. – Очередной фанат?

– Где? – моментально примчался любопытный Санчо.

Вдвоем мы еще раз прочитали письмецо. Первую его фразу – про досадное несоответствие между имеющимся у меня умом и отсутствующим у меня же богатством – автор сообщения бессовестно списал с моего собственного сайта. Но последующие смутно заманчивые посылы он добавил от себя.

– Кто таков? – я прищурилась на имя, набранное латиницей. – Ка-ля… Каляка Маляка?!

– Да нет же! Калюка Малика! – поправил меня зоркий Санчо.

– Это хоть мужчина или женщина? – засомневалась я.

Желтый огонек игриво подмигивал, сигнализируя о том, что загадочный Каляка, тьфу, Калюка Малика в настоящий момент тоже присутствует на сайте. Отлично!

– Не знаю, но вообще-то Малика – это совершенно точно женское имя! – ответил мне Санчо, прижмурившись так, словно упомянутое имя навеяло ему сладостные воспоминания.

Я

покосилась на помощника:

– Избавь меня от компрометирующих признаний! – и решительно кликнула по ссылке, чтобы зайти на страничку Калюки Малики, кто бы он (она, оно), не был(а,о).

– Да-а-а! – протянул Санчо после паузы – долгой и исполненной противоречивых чувств, как минута молчания в честь памяти павших героев.

Главное фото в профиле Калюки Малики было впечатляющим. В щелястой дощатой тележке, запряженной кротким осликом, горделиво восседал хлипкий чернокожий мужичонка неопределенного возраста.

– Мы живем на Занзибаре, в Калахари и Сахаре, – озадаченно процитировала я крепко запомнившиеся с детства строчки Чуковского. – Ну, и на кой черт мне такой счастливый билет в Африку?

– Может, он принц? Черный принц? – с робкой надеждой вопросил мой помощник. – Смотри, вот есть еще фотка в университетской шапочке! Сама подумай, бедный африканец не смог бы отучиться в МГИМО!

Мы придирчиво рассмотрели оставшиеся снимки и подписи к ним.

Портрет холеного ослика в богатом убранстве и праздничном макияже сопровождал хвастливый текст: «Я сделал тюнинг тачки!». Неописуемая лачуга из расслоившейся фанеры и мятой жести величалась коротко: «Мой офис». Три чернокожих богатыря – все в весе мухи Це-це и в шикарных лохмотьях цвета хаки – были представлены как «Я с папой и братом».

– Вранье! – уверенно сказала я. – Я готова спорить на что угодно – это розыгрыш!

– Неужели на что угодно?

Мой помощник сначала встрепенулся, потом задумался, явно прикидывая, не подвернулся ли ему шанс реализовать одно из своих тайных желаний. Таковых, помимо непреходящего желания прибавки к жалованию, вероятно, имелось немало, а определиться с приоритетом Санчо было трудно, так что молчание затянулось.

Я тем временем потянулась к клавиатуре и быстро настучала короткое и абсолютно честное признание уважаемому Калюке Малике:

«Я заинтригована!»

Ответ пришел даже раньше, чем ожил Санчо:

«Ты правда хочешь это выяснить? Что-то ждет тебя впереди, но ты этого еще не знаешь…».

– Эй, дружище, да ты меня заманиваешь? – хмыкнула я.

Градус моего настроения, давненько уже пребывающий на нуле, резко повысился.

Если кто-то вздумал меня охмурить, это будет занятно! По части охмурения я и сама специалист не хуже профессиональных жрецов и шаманов. Хотя официально на розливе опиума для народа не стояла и не стою.

Коварно ухмыляясь, я настучала:

«Знание – сила, разве нет?»

И получила зловещий ответ:

«Иное знание смерти подобно!»

– Ух, ты! – искренне восхитился Санчо. – Неужели маньяк?!

Его восторженному восклицанию не доставало только словечка «наконец-то». Ликующий помощник ободряюще похлопал меня по спине, намертво задавив побежавшие по ней мурашки:

– Донна Анна, я чувствую, что теперь к тебе уже очень скоро придет настоящая слава!

– Если посмертная, то лучше не надо! – благоразумно (что со мной бывает редко) открестилась я. – Нет, Санчо, это не маньяк. Тут что-то другое…