Вечность

Звездов Олег-Александр Михайлович

Он подошел, поприветствовал рыбаков: “Вижу, у вас сегодня удачный улов”. — “Да, Иисус, сегодня нам повезло”. — “Благодарите Бога на Небесах, ибо Он держит сегодня море спокойным. А через четы­ре дня не выходите в море, будет сильный ураган и шторм”. — “Хорошо, Иисус, мы так и сделаем. У нас есть запас”. — “Овед, а почему твой сын все вре­мя молчит?” — “Иисус, его в детстве собака испуга­ла, и у него Бог речь отобрал”. — “Нет, Овед, ты ошибаешься. Не Бог у него речь отобрал, страх пред собакой вселился в него”.

Сидели мы и трапезничали, рыба была очень вкусной. Иисус взял горящее полено в руки и резко поднес его к глазам сына Оведа. Тот закричал: “Ты же меня лишишь так зрения. С меня хватит того,

что я не могу говорить!”

Все рассмеялись. “Не могу говорить, а почему ты так кричишь?” У отца появились слезы на глазах, а Тоах громко кричал, повернувшись к морю. Потом сказал Иисусу: “Что Ты сделал?” — “Страх изгнал из твоего тела. Говори на здоровье, только изрекай умные слова, а то страх снова вернется”. — “Хоро­шо, Иисус, я все так и буду делать”.

Рыбаки, отдохнув, собрались снова в море. Они благодарили Иисуса. Челнок отплывал, Тоах кри­чал: “Море, ты меня слышишь, я снова говорю!” Мы смотрели на них, пока они не скрылись за горизон­том.

Отдыхали мы еще два дня, потом отправились в селение, где жил Давид. Перед входом в селение было видно, что надвигается ненастье. Встретив одну жен­щину, Иисус спросил ее: “А где семья, что жила в том доме?” — “Я не знаю”, — грубо ответила она и начала удаляться от нас. “Странно, — подумал Иисус, — здесь что-то неладное”. Женщина верну­лась: “Извините меня, я не узнала вас. Это вы исце­лили мать Давида?” Разыгрался ураган, загремел гром. “Давайте войдем в дом, здесь никто не живет”. Мы зашли, на улице шумел сильный ливень. Жен­щина нам все рассказала.

“А где же сейчас находится Давид?” — спросил Иисус. “Так ведь он же отправился искать вас. Жал­ко мальчика, он такой хороший был. Мы всем селе­нием слушали его чтение, и если бы не проклятые священники, все было бы хорошо”.

Я увидела слезы в глазах Иисуса. Сверкала гро­за, гремел сильный гром, мы молчали. После Иисус сказал: “Гром и молния всегда даруют Мне удачу. Вот они и сейчас здесь и говорят Мне: “Иисус, все хорошо, Давид жив. Он находится в надежных ру­ках”. Прошумел сильный раскат грома, который как бы подтвердил сказанное Иисусом. “Да, Мама, Ты была права, и Мне нужно чаще прислушиваться к Тебе. Но пока Меня интересует другое: кто напра­вил сюда священников? Хотя у Меня есть одно пред­положение”. — “Иисус, Мне кажется, Ты не ошиба­ешься, но доказать будет пока трудно”. На улице гремело и шумело, но мы так и не сомкнули глаз до утра.

Утром еще шел дождь, был сильный ветер. “Ког­да успокоится погода, мы снова пойдем в Каперна­ум. Нужно увидеть Петра и Андрея, от них тоже нет никаких известий”. Все поддержали своего Учителя.

Когда успокоилась погода, мы отправились в Ка­пернаум. “Мама, Я был гоним и предан этим горо­дом. Не знаю, как он встретит Меня сейчас”. — “Если Петр с Андреем вели там хорошую работу среди людей, то встретят нас хорошо”. — сказала Я. “Что ж, придем, увидим”.

В город мы вошли поздней ночью и сразу напра­вились к дому Петра. Здесь тоже прошел ливень, на улице было прохладно. Ветер еще шумел. В доме Петра было темно, мы постучали, нам никто не от­крывал. Снова начали стучать.

“Кто там?”— прозвучал голос Петра. “Твой Учи­тель с Учениками”. — “Равви, Равви, сейчас я от­крою”.

Мы вошли в дом. Петр растерялся. “Успокойся”. — “Нет, нет сначала покушайте, а после будем го­ворить”.

Мы разместились, места всем хватило. “Извини, Петр, что потревожили тебя и твою семью так по­здно. Сам знаешь, после того, что случилось здесь с нами, нам некуда больше податься”. — “Равви, мы — братья, считай, что ты пришел домой”. — “Спа­сибо, Петр. Что ты можешь нам сказать, как у вас с Андреем идут дела?” — “Знаешь, Иисус, по-разно­му. Многие верят, другие говорят, что мы слуги дья­вола. Когда проповедуем, возникают разногласия. Сразу же начинаются потасовки

среди людей”. — “Да, Петр, до людей еще не доходит полностью, но все переменится. Не может быть такого, люди все поймут”. — “Хотелось бы побыстрее увидеть это”, — сказал Петр. “Труд наш не останется незамечен­ным, ибо добро прививается быстрее, чем зло. Вот еще, Петр, когда вы уходили из Кесарии, с вами был Давид”. — “Да, Иисус, мы его завели в его селение и отдали матери. Что-то случилось?” — “Мне кажет­ся, случилось. Мать Давида убита, а он же ушел, чтобы найти нас, и пропал. Никто его не видел”. — “Странно, очень странно. Кто мог сказать церков­нослужителям, что у Давида есть Книга, подарен­ная ему Царствием Небесным? — молвил Петр.— И еще, Иисус, среди вас я не вижу Иуду, где он?” — “В Назарете он ждет нас. У него там возникли ка­кие-то личные дела”. — “Что ж, понятно. Что бу­дем делать дальше?” — спросил Петр. “С рассветом отправимся в Назарет, там и обсудим, как нам дей­ствовать”.

Утром пришел Андрей. Мы все были готовы в дорогу. Мы шли по улице Капернаума. Люди, уви­дев нас, старались обойти стороной. Стыд делал свое дело. Подойдя к дому Корнилия, мы остановились, Иисус зашел в дом. Корнилий был рад встрече. “Иисус, я не ожидал, что Ты посетишь меня”. — “Я никогда не забываю добрых людей, тем более, ко­торые помогают Мне”. — “Иисус, я собираюсь по­кинуть Капернаум, переберусь в Кесарию навсегда и там проведу всю оставшуюся жизнь. Это моя ро­дина, и мне там легче будет жить и творить добро”. — “Корнилий, Я попрошу тебя, ты помнишь, у Меня был мальчик Давид?”—”Да”.— “Он пропал. И если ты встретишь где его, пожалуйста, побеспокойся о нем”. — “Хорошо, Иисус, я все сделаю. Иисус, я вижу, у тебя есть колесница, возьми еще две у меня, вам легче будет передвигаться”. — “Спасибо, Кор­нилий. Я не откажусь”. Жена Корнилия собрала нам провизию в дорогу, и мы отправились в Назарет.

По дороге в Назарет, пред самым селением, нам повстречался Варавва со своей свитой. Мне казалось, что Варавва изменился. Да, было видно даже по раз­говорной речи. “Учитель, я приветствую Тебя и Тво­их Учеников и преклоняюсь пред тем, что вы несете людям. Я о вас рассказываю людям, и каждое селе­ние, чувствую, ждет Тебя”. — “Спасибо, Варавва”. — “Иисус, я Тебе давал своих людей, чтобы они ох­раняли Тебя, а сейчас я их не вижу среди вас”. — “Варавва, Я отпустил их по домам, они больше не вернутся в твою стаю”. — “Что ж, их право, но кто

же Тебя будет охранять?” — “Вера Моя — Оберег Мой”. — “И то правда. Вот что еще: недавно я встре­тил молодого человека, он был странно одет. На нем была верблюжья шкура, опоясанная кожаным рем­нем, но не в том дело, с ним был мальчик, которого я видел у Тебя. Он что, бросил Тебя, Иисус?” — “Ва­равва, ты правду говоришь?” — “Зачем мне Тебя обманывать, Я видел их, они шли в сторону Енона. Мальчик нес Книгу с собой”. — Ну, Варавва, спа­сибо тебе за такое приятное известие. Значит, Да­вид жив, и судьба его свела с Иоанном Предтечей. Огромное спасибо тебе”. — “Иисус, за что, я не пой­му?” — “Я тебе когда-то расскажу”, — ответил Иисус. Я заплакала. “Раз он с Иоанном, то беспоко­иться не нужно, Мама. С ним он не пропадет. И мы скоро встретимся с ними”.

У Меня на душе стало легко. Иисус повеселел тоже. “Мамочка, Я думаю, почему так сходятся наши пути. Я даже не мог никогда и подумать, что Давид встретится с Иоанном”. — “Сынок, сам Все­вышний ведет нас по жизни, и не стоит удивляться”.

“Иисус, — обратился Варавва, — в Назарете я видел Твоего Ученика Иуду, он мне показался стран­ным. По его поведению можно было заметить, что он чего-то боится”. — “Варавва, спасибо тебе и за эту весть. Я сам стал замечать, что с ним что-то тво­рится неладное. Что ж, Варавва, нам следует идти дальше. Я чувствую, что мы с тобой расстаемся не­надолго”.