Вечность

Всё-таки северные люди для меня особенные. А поэты – особенные вдвойне. «Потому что я с севера, что ли…» Да, именно потому, что я долго жил на мурманском Севере, меня волнуют эти слова: Хибины, Мурманск, Заполярье, Соловки, брусника, морошка, белые ночи…

Нигде я так не ощущаю вечность, как на севере. И у Алексея Полуботы это ощущение вечности я нахожу. Понимаю всем сердцем такие его строки:

А может, я останусь навсегдаСолёным камнем; слушать песни моря.И будет мне студёная водаПодругой верной

в радости и в горе.Такие вот его стихи всей душой разделяю:Солнце моё незакатное,Чайки встревоженный крик.Речка звенит перекатная,Жизнь моя – вечность и миг.Светятся кочки морошкою.Лето вступило в зенит.Счастье моё заполошноеПрямо в глаза мне глядит.

В этой книге и в самой судьбе Алексея видна такая доминанта: Север – Москва – Донбасс. Да, Север – это детство, юность, очарование миром. Потом идёт Москва, где уже более глубокое постижение противоречий жизни. И наконец – война, на которую Алексей часто ездит, и в окопах бывает, и гуманитарную помощь возит, и жизнь постигает с её трагической стороны.

Ha жгучих полях НовороссииСошлись они в смертном бою.Умылись кровавыми росамиЗа веру и правду свою.Один – славянин ополяченный.Другой – воин светлой Руси.В крайне, усобьем охваченной,Пощады теперь не проси.И вот, чёрной пулей прострелены,Обнялись, как братья, они.Как бесы над ними – пропеллерыРокочут и мечут огни.

В целом Алексей жизнестойкий человек, но порой у него появляются горькие стихи. Он вопрошает Небо: почему так устроено? И через какое-то время сам же находит ответ, что надо жить, надо делать то, что тебе поручено, надо верить и преодолевать тоску.

Отцу Андрею (Лазареву)

Автобус едет ниоткуда,автобус едет в никуда.Здесь вряд ли кто-то верит в чудо,и чья-то светится звезда.Я выхожу на остановке,где с глазом выбитым фонарь,и просит «на пузырь» неловкокакой-то спившийся бунтарь.Промозглый сумрак накрываетприволжский бедный городок.А в церкви свечи возжигают,читают: «Да воскреснет Бог…»

Не могу не сказать об особой любви Алексея Полуботы к поэзии Николая Тряпкина. Никто в наши дни столько не делает для памяти этого, несомненно, классика русской поэзии, которого после его смерти стали забывать, как Полубота и его друзья-поэты. Они инициировали создание Комиссии по сохранению творческого наследия Тряпкина при Союзе писателей России, ездят на родину Николая Ивановича в Тверскую область, поставили на месте не существующей ныне родной деревни поэта памятный крест и знак, проводят всероссийские фестивали, конкурсы, вечера памяти в Москве, Лотошине, Реутове, Старице и во многих других местах. Много всего делают. Опять же, благодаря Алексею и его товарищам были собраны народные деньги на памятник на могиле Николая Ивановича. И теперь к столетнему юбилею место упокоения поэта приобрело божеский вид.

Я думаю, что эта любовь к Тряпкину у Алексея не случайна. Он нашёл в его стихах опору своим мыслям и настроениям.

Тряпкин помогает ему жить в этом мире, укрепляет его веру в настоящее искусство. Такой компас и нравственный и эстетический.

Не могу не привести здесь замечательное стихотворение Алексея о Тряпкине и его родине:

И хлеба колосились буквально у самой избы…

Н. И. Тряпкин

В этом поле жухлые колосьяСмертному о смертном говорят.Только ветер шепчет в безголосьи,Облака скрывают солнца взгляд.Русь моя! Вселенское терпенье,Сколько ран на сердце – не сочтёшь…Столько лет зияет запустеньеТам, где раньше колосилась рожь.Где глядел влюблёнными глазамиНа луга, задворки и стогаСветлый отрок, что прозрел стихамиВ страшный час нашествия врага.Дорогой наш, Николай Иваныч!Помолчим у твоего Креста.Наша жизнь – промозглые туманы.Наша жизнь – о солнышке мечта.Верю я – ещё заколоситсяЭто поле хлебной теплотой.И взовьётся жаворонок-птицаНад воскресшей нашей стороной!

Одним словом, северный мальчик, очарованный красотой мира в детстве, прошёл уже определённый путь в жизни и подводит некоторые промежуточные итоги в этой книге. И мы видим, что это уже зрелый поэт, зрелый гражданин. В лучших стихах Алексея есть и поэтическая правда о стране и мире, и неизбывная вера в добро и свет.

30 марта 2018 года

Геннадий Иванов,

поэт, первый секретарь правления Союза писателей России

С первых стихотворений, которые я прочитал у Алексея Полуботы, у меня сложилось определённое впечатление о его мировидении. В его поэзии присутствует то, что я бы назвал проникновенным откровением. Поэт всегда как бы советуется с природой, о чём бы он ни писал – о своих чувствах, о событиях нашей жизни и истории. Он всё время находится под воздействием природы, не слыша этого, не отдавая себе отчёт. Поэтический мир, который он несёт в себе, и мир окружающий, где автор получает впечатления, – едины. Он не делит их.

Такой поэт, как пчеловод, – в трудах своих не замечает, что живёт среди прекрасной природы. Она для него естественная и единственно возможная среда для жизни.

Полубота с этим чувством природы родился и вырос. Это самое главное для поэта. Припрягать себя к этому – дело безнадёжное.

Стихотворение «Вечность», давшее название сборнику, одно из лучших и характерных для поэта. В нём он говорит от имени своей души, но мы это видим шире. Мы слышим голос великого пространства. Это так и положено! Когда Есенин пишет «Если кликнет рать святая…», он восклицает от себя, но выражает общее чувство. И в этом – сила поэта.

В стихотворениях Алексея Полуботы ощущается родная поэтическая дорога. По ней шли Пушкин, Тютчев, Некрасов, Кольцов, Есенин. Над ней журавли кричали и грозы гремели! Без этой дороги нечего в русской поэзии делать вообще.

У поэта есть хорошая черта – доверие своему таланту. Он не стремится изо всех сил проявить порывистые чувства в стихах, но встречает голос природы распахнуто и благородно. Мудрость и доброта родной земли живут в его слове, интонации, и потому стихи его ритмически довольно разнообразны. Чувствуется влияние русской народной песни, поговорки, сказки. В поэзии его много взято от русского характера. И слава Богу, что бережное отношение к культуре наших предков живёт в его сердце.