Вечный попадос

Бах! Противник разлетается на дымящиеся ошмётки, оставляя на зелёной лужайке кучку лута. Выкуси, неудачник!

— Двое на три часа… Контакт!.. Упс, их тут трое! — глуховатый голос тиммейта с дурацким ником Электротапок слегка подрагивает от напряжения. Он всегда играет так, будто на кону по меньшей мере его жизнь и благополучие. Такое отношение к простому в общем-то развлечению кажется мне довольно забавным. С другой стороны, кто я такой, чтобы

Ведь в играх каждый находит для себя что-то ценное. Я не исключение.

Сбежать от задолбавшей реальности — почему бы и нет? Тут мы не общаемся на личные темы, не пытаемся «подружиться». Мы почти ничего не знаем друг о друге и нас обоих это вполне устраивает. Главное — насколько эффективно мы действуем сообща.

Хотя Тапок тот ещё любитель свалить куда-нибудь подальше в поисках приключений и лишних киллов. Вот и вляпывается в самое пекло.

— Держись, я щас, — врубаю ускорение на полную и за пару секунд перемещаюсь из цветущего пригорода в мрачный промышленный район. Из троих отмеченных тиммейтом челов на карте уже остались двое — один вяло перестреливается с Тапком, типа внимание отвлекает, второй явно подбирается к товарищу с тыла.

Бах-бах-бах! Любитель тылов рассыпается ворохом снаряжения — ему оно больше не понадобится, а вот мне — очень даже. Ого, сколько всего! Везучий чувак! Был, пока со мной не встретился.

Жалко только, что перед самым финалом раунда.

Хватаю бесхозный теперь огнемёт и топаю к месту легендарной схватки двух ёкодзун — Электротапка и оставшегося противника. Но моя помощь там уже не требуется: напарник со всем разобрался.

— Челик с огнемётом был моим, — трагически, с какой-то детской обидой, сообщает он, заценив мою обновку.

— Кто успел, тот и съел, — усмехаюсь я. — Лучше скажи спасибо, что прикрыл.

— Пушка скажет, я не при делах, — словно по-настоящему дуется этот жадина. Но это у него такие шуточки: ну не может огнемёт, который испарится в конце раунда, представлять какую-то ценность!

Пока Электротапок, что-то бурча в микрофон, копается в луте, я разминаю затёкшую шею. За окном громыхает, сверкают молнии и лупит дождь. По-хорошему, стоило бы прямо сейчас выключить комп и ложиться спать. Тем более, день завтра важный, нельзя облажаться.

С другой стороны, ещё пять человек — и победа у нас в кармане. О, уже четверо. Ладно, ща добьём этих молодцов — и офф. Хоть отосплюсь сегодня, а то задолбался ложиться в четыре, а вставать в восемь. Уже никакой «Красный бык» не спасает.

— Го к центру, — мой алчный тиммейт наконец выбрал себе всё самое лучшее и готов к подвигам. А я-то всегда к ним готов.

— Го, — прыгаю на мотоцикл, или как он тут называется, и шурую в центр карты. Электротапок пыхтит на своём неповоротливом монстре где-то позади. Ещё бы — всадил всё в защиту, теперь мучается. Я ему про баланс сто

Сбоку прилетает очередь, я на рефлексах маневрирую и слетаю с мотоцикла. Придурок, который меня подбил, даже не прячется — настолько уверен в победе. Но это мы ещё посмотрим, чувак!

От всей души швыряю в него светошумовую и, пока он не прочухался, заливаю струёй огня. Этот готов. И на что он рассчитывал с таким шмотом?! Даже взять нечего.

Осматриваюсь по сторонам — пока я тут развлекался, кто-то кого-то уже порешил. Теперь на карте трое — я, Электротапок и неизвестный чел.

Ничего, сейчас познакомимся.

Замечаю смазанное движение в окне соседнего дома. Ага, на ловца и зверь бежит. Но ещё быстрее бежит Электротапок, который наконец-то меня догнал и жаждет нанести последний удар. Без понятия, почему для него это важно, но если уж ему так хочется…

— Мой! Я добью! — радостно орёт напарник и чешет прямо к врагу, не пытаясь скрываться и выхватывая лицом редкие пули. Ну, твой так твой, если ливнуть не успеет.

Не спеша иду следом, чисто для подстраховки.

И вдруг перед глазами будто взрывается солнце. Разрывая уши, бахает гром. Что за нах?!

Продираю глаза и понимаю, что стою на лужайке в городе, по которому только что бегал с Электротапком. Да не в своём персе — у меня вообще-то кибервалькирия с пятым размером! — а какой есть: в одних трусах, босой, небритый и лохматый, как чёрт после спячки.

Пока я озираюсь по сторонам и пытаюсь сообразить, на каком я свете, сзади раздается щелчок затвора. Весомый такой, серьёзный. Как настоящий.

Медленно, будто муха в меду, разворачиваюсь на звук и вижу бездонное чёрное отверстие в стволе, внутри которого уже закипает огонь.

Короткая вспышка — и чернота.

Сквозь вату, заложившую уши, пробиваются невнятные причитания. Голос незнакомый и раздражающий, явно мужской, но визгливый и осипший, будто его обладатель долго орал. Возможно, всю свою жизнь.

Пытаюсь поднять веки — бесполезно, они как свинцовые. Ни руки, ни ноги тоже не двигаются. Даже мысли в голове текут медленно и лениво, будто разом превратились в кисель.

Что вчера было-то? Я ведь из дома даже не выходил. Или выходил?

Пытаюсь вспомнить — и тут же лёгкий звон в голове перерастает в буханье кузнечного молота, причём хреначит он прямо по моей черепушке. В желудке, оказывается, всё это время леденел тяжеленный камень, а во рту явно пробегала стая кошек.

Да ещё мужик этот гундит, чтоб его!

— Конечно, сам виноват! Соплёй ведь перешибёшь, а всё туда же. И прёт внагляк, дурилка. Старшой, не старшой — ему всё едино. Никакого уважения! Вот молодёжь пошла! Слова им не скажи, пальцем не тронь. Кто ж виноват, что его папаша…