Шрифт:
Посвящается Королю Ведьм Алексу Сандерсу (Оррелу Александеру Картеру), также известному как VERBIUS.
Я негу люблю,
Юность люблю,
Радость люблю
И солнце.
Жребий мой – быть
В солнечный свет
И в красоту
Влюбленной.
Сафо (перевод Вяч. Иванова)
"Нет никого во Вселенной превыше Триединой Богини!"
Роберт Грейвз
ПРОЛОГ
Июльский полдень в Хэттлстоуне выдался поистине жарким. Вентилятор гуляет по кругу, а центральный зал магазинчика "Лунные лисицы" наполняется тёплыми волнами из открытой двери.
"То, чего вы все так долго ждали! – вывожу я на розовом листе вереницей пузатых свинок. – Знаменитая гаражная распродажа у Хелен Степфорд! Рецепт любовного зелья первым пяти покупателям и бесплатный мастер-класс по отливке "денежной" свечи!"
Хелен Степфорд – это моя мама, "Лунные лисицы" – название нашего ведьмовского ковена 1 . Ну и магазинчика, соответственно, тоже.
Я чиркаю на листе, размышляя, чем бы усилить "замануху", поднимаю глаза и вижу в дверном проёме изящного мужчину в белой расстёгнутой рубашке с коротким рукавом и жемчужно-серых мягких брюках. Его длинные пальцы унизаны вызывающе крупными кольцами, а в синих глазах прыгают бесовские искры.
1
Ковен – сообщество ведьм, регулярно собирающихся для проведения обрядов на эсбаты (праздники, связанные с фазами луны) и саббаты / шабаши (дни силы, праздники Колеса Года – Имболк, Белтайн, Лугнасад, Самайн и др.); ведьма – инициированный мужчина или женщина, член колдовской группы.
Он смотрит на меня в упор и решительно переступает порог. Косится вправо-влево, как будто пересекает проезжую часть, фыркает и неожиданно громко чихает: "О, дьявольская пыль!". Миссис Стаут чуть вздрагивает во сне. Чих сотрясает витрины повторно: "О, проклятье!". Я в панике начинаю шарить под прилавком и водружаю на стойку пластиковую табличку: "Перерыв 15 минут". Хочу напомнить джентльмену о том, что аптека через дорогу, но он меня опережает.
– А вы не очень-то обходительны, дамочка. Ну и лавчонка, сплошное сено! – Он приближается к прилавку, шумно принюхиваясь, смахивает объявление на пол, и нахально смотрит глаза-в-глаза. – Мне нужен пучок вашего сена и любая свеча. Ну, вернее, не любая, а потолще и подешевле. И желательно, чтобы всё это не воняло.
Телефон на стойке тихо дребезжит, но покупатель перехватывает и крепко держит мою руку, пока звонки не прекращаются.
– Обратите внимание – у нас грандиозная скидка на мётлы, сэр. – Я машу свободной рукой в сторону десяти самых крупных "экземпляров". – Вчера их было больше. Разлетаются как ведьмы в Вальпургиеву ночь!
(И – да – конечно, я хочу их сплавить. Позавчера целая туча мётел со склада неожиданно взлетела в воздух и обрушилась на мою голову).
– Оставь их себе, Рыжая.
Я подныриваю под прилавок и вытаскиваю табличку взамен "павшей": "Перерыв 20 минут".
Он приглаживает мягкие каштановые локоны, зловеще улыбается и тянет объявление к себе,
– Я зажгу самую толстую и самую дешёвую свечу, – гнусавит он, сдерживаясь, чтобы не чихнуть, – от неё зажгу пучок травы, как это делает моя жёнушка, и если всё сработает, она приползёт ко мне на коленях, моля о прощении, уже в эту субботу!
Я делаю скорбную мину.
– Так вы женаты, сэр? В таком случае, от меня вы не получите ни крошки. И вообще у нас инвентаризация! Сейчас моя мама избавится от бигуди, и мы приступим.
Синеглазый прикусывает губу, оборачивается к спящей миссис Стаут и неожиданно цапает со стойки бумажный пакет с эмблемой хэттлстоунских "Лунных лисиц" и девизом "Всё вечно под луной!
– В чём дело, вас тошнит? – я стараюсь улыбаться ехидно. – Острая потребность в свежем воздухе? Пройдите на улицу, а я запру за вами дверь.
Он очаровательно скалится ("Свежий воздух? Сегодня? Где???") и тащится прямиком к коробкам со свечами.
– Я сторонник философии нашей редакции: "Бери, что нужно, и будь что будет!" И если у тебя из зарплаты вычтут за украденное, я буду несказанно рад.
– Что за редакция?
–Так, местная еженедельная газетёнка с городскими сплетнями и ежемесячный журнал. И некая ведьма Дженни Бэк ведёт у нас свою дурацкую колонку.
Дурацкую!? Нет, это уже слишком!
– Маааам! – кричу я что есть мочи. – Грабят "Лунных лисиц!" Сюда! Скорее!!!
– Не могу, милая! – кричит со второго этажа мама. – Они вычислят, по какой схеме накручивать бигуди, и секрет моей фирменной причёски будет раскрыт!
– Приветствую, миссис Степфорд! – вопит нахал в сторону лестницы. – Можете не торопиться!
– Привет-привет, Бобби, малыш! – откликается мама.
Миссис Стаут не просыпается от воплей, но сильнее прижимает к груди журнал.
– Хм, свечи разного цвета… Это что-то значит?
До него начинает доходить.
– А все травы – с разными названиями! Кажется, вы не безнадёжны, мистер.
Я собираюсь выйти из-за прилавка и за шкирку оттащить его от коробок, но в этот момент в магазинчик ураганом врывается Лея Уоттс, женщина, которая в принципе ненавидит любые магические практики и планомерно отравляет жизнь "Лунным лисицам".
Миссис Стаут просыпается, сладко потягиваясь: "Ах, Дженни, спасибо за журнал. Статья про майские оргии просто восхитительна, и я так хорошо поспала!" Тут она замечает ошеломлённую Лею и неожиданно резво несётся к выходу. Синеглазый делает шаг к оставленному ею журналу и принимается жадно перелистывать страницы. Судя по пакету, зажатому подмышкой, он успел набрать в общей сложности семь свечей разного "калибра", включая фигурную.
– Дженнифер! Дженнифер Бэк! Ты должна поехать со мной! Возьми всё, что нужно, дело не терпит отлагательств.
"Ещё как терпит, и не смей вопить на моей территории, сучка",– думаю я. Медленно перевожу взгляд с Роберта на Лею. Кажется, она и впрямь не в себе: голубая льняная блузка "Миссис Совершенства" запачкана, с юбки свисает репей, а в волосах застрял и грустно жужжит крупный шмель. Из всех, кого я встретила сегодня, мне больше всего жаль шмеля.
– Присядьте, я сейчас принесу воды.
– Не нужна мне твоя вода, – взвивается Лея. – Мне нужна ты. Сейчас!!!
Пользуясь женской истерикой, нахал уже в открытую шурует на полках с ведьмиными бутылками, напевая под нос пошлятину, и попутно присматривается к амулетам. Как пережить этот день?