Ведьма и король
Шрифт:
Саар пожала плечами и подчинилась.
Мы ступили в низкий коридор, словно покинув мир живых. Не стану лгать, что мне не было страшно. Я еще ни разу не заходил в курганы, и теперь ждал всего, что угодно. Может, души умерших, не нашедшие покоя, набросятся на нас. Может, мы попадем в сияющий зал, где пируют сиды, и нам уже никогда не будет дороги обратно. Я думал об этом и чувствовал за спиной дыханье Саар. Оно успокаивало и придавало сил. Мычание слышалось уже совсем рядом, звуки раздавались из бокового хода, круто уходившего
– Это сделали не древние, - вполголоса сказала Саар.
– Смотри, пролом свежий.
– Ты права, - согласился я.
– Будь здесь, посмотрю, что там.
Она хмыкнула и, как я и ожидал, последовала за мной. Мы прошли полных двадцать шагов и оказались в пещере. Здесь можно было выпрямиться в полный рост. Пахло навозом и сыростью. Я поднял факел повыше и осветил вокруг. У стены и в самом деле лежала корова - бурая в пятнах, ее задняя нога была вывернута в сторону, и при виде нас она заревела еще громче.
– Наверное, забежала сюда, когда улады напали на стадо, и сломала ногу, - Саар встала на колено, разглядывая утоптанную землю.
– Смотри-ка, здесь есть и человеческие следы. Вот тут разводили костер, а тут кто-то спал, даже одеяло осталось. А это что?
Она разворошила кучу жухлой травы, достала длинный кинжал и передала мне. Я осмотрел ножны и клинок.
– Это сделано в Мидэ, - сказал я.
– Зачем кому-то прятаться здесь и прятать оружие?
– Это защита, - сказала Саар.
– Кинжал - плохая защита от тех, кто здесь похоронен.
– Не слишком-то наш гость их боялся, - Саар указала на груду человеческих костей, у стены.
– Думаешь, он просто могильный вор?
– Нет, воры побывали тут до него. А он обосновался совсем по другой причине.
Я посмотрел на нее и понял:
– Это был шпион.
Саар кивнула и подошла к корове. Она что-то пошептала ей на ухо и погладила по спине и бокам. Потом вынула из-за пазухи и скормила пучок травы. Животное шумно вздохнуло и поднялось на ноги. Моя колдунья привязала веревку, сунула конец мне в руку и жестом предложила идти. К моему удивлению, корова пошла следом, припадая на поврежденную ногу, но, похоже, не чувствовала боли. Саар тем временем старательно затерла в пыли наши следы.
– Он придет. Тот, кто прятался здесь, - сказала она.
– И мы поймаем его.
– Это так же верно, как то, что небо синее, - ответил я.
Следующие дни мы были с Саар неразлучны. Нам удалось выследить и поймать гостя из могильника. Как и догадалась Саар, он оказался шпионом с уладской стороны. Нашли мы и того, кто помогал ему, опознав кинжал и его владельца.
Перед казнью изменник пожелал сказать мне несколько слов. Саар остерегала, опасаясь, что тот может навредить, но я все-таки подошел.
– Ты многим как кость в горле, пес, сын пса, - услышал я.
– И придет время, когда удача оставит тебя, и гейсы обратятся против тебя.
Саар стояла рядом, но
– Предскажи мне судьбу, - попросил я вечером у Саар. Мы пили южное вино, ели яблоки и играли в шашки.
Она посмотрела на меня, насмешливо прищурясь.
– Скажи мне, что ты видишь?
– снова попросил я.
– Я вижу два пути, Конэйр. Один - твоя слава и процветание. Много-много детей и серебра. Второй путь печальнее.
– Чем же?
– Таких людей, как ты, мало кто понимает в этом мире. Ты будешь одинок. Тебя ждет предательство.
– Как избежать этого?
– Ты задаешь слишком много вопросов, - засмеялась она.
Полог резко откинулся, и на пороге возникла Этне. За ней стояли женщины из числа ее подруг. Лица у всех были грозны. Я опешил.
– Что случилось?
– спросил я, невольно привставая на шкурах, на которых лежал. Краем глаза я заметил, как Саар потянулась рукой к ножнам.
– Что делает здесь мой муж?
– ответила вопросом на вопрос Этне.
– Почему тебе приятнее проводить вечера не со мной, а с ней?
Я начал понимать.
– Успокойся, жена. Твоей гордости ничего не угрожает, поверь.
– Я иду в свою спальню, а ты идешь за мной, - сказала Этне.
Я нахмурился:
– Не дело тебе указывать, куда мне идти. Возвращайся, я буду до полуночи.
Но в Этне словно вселился демон. Она залилась слезами и принялась поносить меня за неверность, а Саар за коварство. И подруги жены приглушенно роптали, принимая ее сторону.
Я взглянул на Саар, ища поддержки, но она перестала обращать внимание на меня и Этне, переставляя по доске фигурки. На губах ее то и дело проскальзывала презрительная усмешка. Этого я не смог стерпеть. Вскочив, я схватил Этне за руку повыше локтя и поволок к дому. Женщины испуганно расступились передо мной и побежали следом. Кто-то из них прошипел что-то обидное Саар. Она рассмеялась.
По дороге нам попался Кельтхайр. У него было удивленное лицо. Кровь прилила к моим щекам. Я развернулся и ударил Этне. Она вскрикнула и громко заплакала. Женщины, бывшие с ней, завопили. Я крикнул, что пора бы им вспомнить о своих мужьях и детях и топнул ногой. Они разбежались, как стайка куриц.
Этне плакала навзрыд.
– Прекрати выть, - сказал я жестко.
Кельтхайр не осмелился подойти и остался стоять во дворе.
Мы с Этне зашли в ее спальню. Она села на ложе и закрыла лицо. Косы ее упали на колени, а плечи вздрагивали. Я взъерошил волосы. Потом схватил со стола кувшин с вином и бросил в угол. Этне заплакала сильнее.
– Зачем позоришь меня перед людьми? Что ты вытворяешь, жена?!
– спросил я у Этне.
– Пусть она уйдет, если я и вправду жена тебе, - сказала она.